ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Уже через два часа после начала атаки на главном направлении 18-й армии противник был выбит из района Негребовка, Раковичи, Лисица. Однако в середине дня наступление было задержано вражескими контратаками. Поэтому для завершения прорыва обороны противника и развития успеха с рубежа Забелочье, Шнуров лес была введена в сражение 3-я гвардейская танковая армия. О ее действиях я расскажу несколько позже. А пока - об атаке пехоты и поддерживающих ее танков на примере совместных действий 129-й гвардейской стрелковой Дивизии и нашей 91-й отдельной танковой бригады.

Еще в середине декабря бригада поступила в распоряжение командующего 18-й армией и получила задачу действовать в качестве танков непосредственной поддержки пехоты 22-го стрелкового корпуса на участке Негребовка, Раковичи. Такое дело для бригады было не новым.

Здесь, на житомирском направлении, ей пришлось прорывать оборону противника совместно с частями 129-й гвардейской стрелковой дивизии. Для каждого танка заранее были проложены маршруты выхода в атаку, проделаны и обозначены проходы в минных полях. Особенно детально было организовано взаимодействие с командирами поддерживаемых частей.

И вот начался штурм вражеских позиций. Прорвав оборону противника, танки, пехота и артиллерия стремительно продвигались вперед. Уже в течение первой половины 24 декабря нам удалось овладеть населенными пунктами Негребовка и Забелочье. К вечеру разгорелся тяжелый бой за Кочерово и развилку дорог Киев - Житомир - Радомышль. Фашисты стремились удержать этот район не только как опорный пункт на направлении главного удара наших войск, но и как важный узел коммуникаций. Однако добиться своей цели они не смогли, хотя и бросили в район Кочерово много боевой техники. Немало ее было подбито и сожжено. Хваленые гитлеровские "пантеры" и "тигры" не выдержали огня нашей артиллерии и ударов грозных тридцатьчетверок.

Отступая, враг почти полностью сжег Кочерово, в котором до войны насчитывалось более 450 домов. Дымящиеся развалины, остовы труб и пепел вот все, что осталось от некогда большого и красивого украинского села.

Вечером и ночью стоял мороз, все покрылось инеем. Температура доходила до 10 - 15 градусов. А утром резко потеплело. Потекли ручьи, от воды, казалось, некуда было спрятаться. Кто-то из офицеров шутил, что, дескать, теперь нам будет легче - сама талая вода вынесет нас на запад, к реке Тетерев.

Только командованию бригады было не до шуток. Все бойцы обуты в валенки. Подумалось, что особенно трудно будет автоматчикам майора Мустафаева и всем остальным, кто двигался не в танке. Для замены валенок нужно время. А где его взять? Приказ властно звал вперед, быстрее к Коростышеву.

И тут нам помог случай. В ночном бою в районе Кочерово части бригады захватили вражеский склад. Что в нем находилось, уточнять некогда было. Но нашлись смекалистые - не поленились, уточнили. В складе имелись сапоги, очень нужные нам в ту пору. По моему приказанию бригада была переобута за каких-нибудь полчаса.

К исходу дня 91-я отдельная танковая бригада вышла из оперативного подчинения 18-й армии и снова действовала в составе 3-й гвардейской танковой, где ей поставили новую задачу: наступать вдоль шоссейной дороги на Житомир, прикрывая правый фланг от ударов противника с направления Радомышль, Коростышев.

В результате первого дня боя соединения 18-й армии, прорвав оборону противника, продвинулись на 12 - 14 км. В полосе наступления армии было освобождено 12 крупных населенных пунктов, уничтожено большое количество живой силы и боевой техники врага. В достижении этого успеха большую роль сыграла 3-я гвардейская танковая армия. Не ожидая выхода передовых частей 22-го и 101-го стрелковых корпусов на рубеж, установленный планом операции, танковая армия прошла через боевые порядки пехоты, совместно с ней отразила танковые контратаки и завершила прорыв вражеской обороны. К исходу первого дня наступления главные силы армии продвинулись на глубину до 20 км, перерезали шоссе Киев - Житомир, а передовыми частями завязали бой за Приворотье, Озеряны.

Несмотря на то, что в первый день наступления в бою участвовали только два корпуса: 6-й гвардейский танковый генерал-майора А. П. Панфилова и 9-й механизированный генерал-майора К. А. Малыгина, - танковая армия нарастила силу удара на главном направлении и повела за собой пехоту. Успех был достигнут благодаря правильному определению генерал-лейтенантом П. С. Рыбалко момента ввода армии в сражение, стремительному развертыванию танковых и механизированных соединений, надежному и непрерывному артиллерийскому обеспечению.

В течение первого дня наступление развивалось с неослабевающей силой и на других участках ударной группировки фронта. Ее правофланговая 1-я гвардейская армия под командованием генерал-полковника А. А. Гречко (член Военного совета генерал-майор И. В. Васильев, начальник штаба генерал-майор В. В. Панюхов, с 9.1.1944 г. - генерал-майор Г. И. Хетагуров) нанесла главный удар юго-восточнее Радомышля и одновременно прочно обороняла занимаемый рубеж по реке Тетерев.

Первый эшелон армии - стрелковые дивизии подполковника В. И. Катрича, полковника М. М. Музыкина, генерал-майора Г. И. Вехина и полковника И. М. Богданова - успешно взломал оборону противника, но к исходу дня углубился всего на 5 - 6 км. Сказалось отсутствие в армии танковых соединений, которые бы могли завершить прорыв всей тактической глубины обороны противника и повести за собой пехоту и артиллерию, что было особенно важно в условиях распутицы и бездорожья. В результате, как отметил командующий 1-й гвардейской армией, стрелковые корпуса первого эшелона поставленную на день задачу выполнили не полностью.

Значительно лучшего результата добилась 38-я армия под командованием генерал-полковника К. С. Москаленко (член Военного совета генерал-майор А. А. Епишев, начальник штаба генерал-майор А. П. Пилипенко). Имея в первом эшелоне все три стрелковых корпуса: 74-й генерал-лейтенанта Ф. Е. Шевердина, 17-й гвардейский генерал-лейтенанта А. Л. Бондарева и 21-й генерал-майора Е. В. Бедина, - она нанесла удар своим правым флангом и центром. В последующем, продолжая успешное наступление уже в тесном взаимодействии с 1-й танковой армией, ее стрелковые соединения овладели Лазаревкой, восточной окраиной районного центра Брусилов, Соловьевкой, северной окраиной Турбовки. К исходу 24 декабря они вклинились в оборону противника на глубину до 1.5 км.

1-я танковая армия под командованием генерал-лейтенанта М. Е. Катукова (член Военного совета генерал-майор Н. К. Попель, начальник штаба генерал-майор М. А. Шалин) во второй половине дня, обогнав боевые порядки соединений 38-й армии, нарастила силу удара. Правофланговый 11-й гвардейский танковый корпус генерал-лейтенанта А. Л. Гетмана к исходу дня вышел на рубеж Водотый, Гнилец, а левофланговый 8-й гвардейский механизированный под командованием генерал-лейтенанта С. М. Кривошеина к этому времени вел бой в районе юго-западнее Соловьевки, Турбовки.

Однако командование фронта не было удовлетворено действиями соединений М. Е. Катукова. Генерал Н. Ф. Ватутин так высказался по этому поводу: "Армия, имея превосходство в силах над противником, вместо развития успеха не оторвалась от пехоты и оставалась на линии ее"{77}.

Таким образом, к исходу первого дня операции наибольший успех наметился в полосах наступления войск К. Н. Леселидзе и К. С. Москаленко, вместе с которыми действовали танковые армии. Противник здесь упорно сопротивлялся. Основную силу его контратакующих войск составляли танки. Против наступающих частей действовало до 120 - 130 боевых машин.

Настойчивые контратаки противника несколько снизили темп наступления наших войск. По данным фронтовой разведки, на следующий день ожидалось усиление контратакующих группировок противника частями 7-й и СС "Адольф Гитлер" танковых дивизий. Все это, естественно, не могло не насторожить командование фронта, которое приняло необходимые меры. В частности, Н. Ф. Ватутин приказал командующим армиями ударной группировки в течение 25 декабря вести наступление по следующему плану:

87
{"b":"71893","o":1}