ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

От Герберта Артем узнал, что Цильх был действительно родом из семьи колбасника из Ганновера. В ранней молодости он подался в ландскнехты и, прослужив лет двадцать и отличившись в какой-то битве, был назначен главой ополчения Петербурга. Сейчас Цильху было уже под пятьдесят, но его выносливости, ловкости и искусству владения мечом можно было только позавидовать.

В “гвардейской” сотне, кроме Артема, было только трое русских. Двое уже перешли в католичество, один еще нет. Но, впервые увидев их, Артем сразу понял, что эти люди относятся к категории тех, к кому поворачиваться спиной нельзя никогда. Друзей у него так и не появилось. С сослуживцами он держался ровно, но сближаться с этой публикой, способной говорить только о шлюхах и пиве, желания у него не было.

“Идеологической работой” среди ополченцев Занимался отец Паоло. Итальянец, правая рука Великого Инквизитора, бывшего, по слухам, серым кардиналом при Гроссмейстере. Для католиков служились мессы, а с православными ополченцами отец Паоло проводил собеседования. Артем быстро оценил мастерство священника. Тот не критиковал православие. Никогда. Ничего не требовал от иноверцев. Он просто проводил этакие “политинформации”, из которых следовало, что христианский (то есть католический) мир расширяется и побеждает везде и скоро охватит всю землю. Ополченцам мягко намекалось, что скоро не католикам в этом мире будет некуда податься. А вот сменив веру, они могут присоединиться к хозяевам жизни. Пропаганда брала свое, и каждый месяц кто-то из православных переходил в католичество.

Уже получив первую увольнительную, Артем отправился к отцу Александру и рассказал свою историю. Священник выслушал его молча, глядя куда-то сквозь стену, и наконец промолвил:

– Ступай, человече, Бог тебе судья.

– Отец Александр, – произнес Артем, – я не предам вас.

– Главное не предай себя, – ответил священник. – Ты сильный и умный человек. Ты не останешься в серых лошадках. Ты либо взлетишь высоко, либо падешь низко. Выбор будет за тобой. Падать легче, чем подниматься. Может быть, даже, падая, ты обретешь богатство и власть, но не это главное в жизни. Господь наш сказал: “Не ищите богатств в этом мире”, потому что нажитое богатство и власть могут быть потеряны тобой в мгновение ока, и не стоит это многих лет твоей жизни и тех злодейств, которые потребуются, чтобы обрести их. Каждый ответит перед Богом за свои деяния. Но и не это главное. Ты многое можешь понять в этом мире. У тебя большая душа. Но если пойдешь иным путем, потратишь свою жизнь на тщетное, предашь себя. Ты еще не нашел своего пути, но скоро должен будешь выбирать. Постарайся запомнить мои слова. Я верю в тебя, но твое будущее в твоих руках. Ступай. И, поднявшись, священник благословил Артема. Аудиенция была окончена, но после нее у Артема на душе остался тяжелый камень.

Глава 11

Служба

Так потекла служба. Примерно через два месяца Артему пришлось впервые применить боевые навыки. В январе, после объявления о повышении сбора за торговлю на ратушной площади, приезжие торговцы собрали нечто вроде стихийного митинга. Магистрат вызвал ополченцев, и три десятки из цилъховской гвардии очистили ратушную площадь за полчаса. Артем участвовал в разгоне и был удивлен, насколько вяло сопротивлялись торговцы. Впрочем, даже тех, кто полез в драку, ополченцы быстро скрутили. Артему удалось захватить какого-то рослого купчину, который взгромоздился на свои сани и, размахивая оглоблей, отгонял подступивших ополченцев. Увидев это, Артем вложил в ножны меч, которым он орудовал как дубинкой, нанося удары плашмя, шагнув вперед, принял удар оглобли на щит и, мгновенно рванув вперед, ударом того же щита сбил купчину с ног. Прыгнув на противника сверху, он завел руку купца на болевой, а подоспевший Герберт помог связать пленника веревкой.

Вскоре после этого Артема пригласил на “индивидуальное собеседование” отец Паоло. На улице стояли крещенские морозы, и, войдя со двора, Артем даже вздрогнул от резкого перепада температур. Комната была жарко натоплена, а в камине ярким пламенем горела большая охапка поленьев. Похоже, итальянец так и не привык к северному климату. Священник сидел за столом, покрытом красной скатертью. Перед столом стоял стул с высокой спинкой, на который Паоло пригласил Артема сесть. Русским священник владел достаточно хорошо. Хотя к этому моменту Артем уже достаточно успешно объяснялся с сослуживцами по-немецки, падре настоял, чтобы беседа велась по-русски. Проговорив несколько дежурных фраз о верности долгу ополченцев и необходимости добросовестно нести службу, отец Паоло обратился к Артему:

– Скажи мне, Артем, я обещаю, что любой твой ответ никак не повредит твоей службе. Я просто хочу понять тебя. Я знаю, что в ополчение ты попал не по своей воле. Если бы ты мог уйти со службы, ты бы оставил ее?

“Провокация, и не очень искусная”, – подумал Артем.

– Нет, – ответил он. – Я думаю, что остался бы на службе.

– А что тебя держит? – с мягкой, вкрадчивой улыбкой спросил священник. – Разве тебе, человеку умному, грамотному, место среди тупого отребья?

“Вот это поворот, – подумал Артем, – похоже, игра посложнее. Ну что же, побеседуем”.

– Мне очень нравится наш командир Клаус Цильх, – откидываясь на спинку стула, произнес он.

Священник удивленно поднял брови:

– Правда? Чем же?

– Он смелый воин, умный человек. Под его командованием служить приятно.

– Интересно, я надеюсь, что это не грубая лесть.

– Нет, не лесть, – спокойно отозвался Артем.

– Даже если и лесть, – улыбаясь, произнес Паоло, – ты сказал мне главное, что я хотел услышать. Ты воин. Если бы в душе ты был купцом, ты даже льстил бы по-другому.

– Что из этого следует? – сказал Артем, сохраняя внешнюю невозмутимость, но внутренне содрогаясь. Он понял, что поп поймал его в какую-то ловушку. В какую, он пока не понял.

– Из этого следует, что нельзя рассчитывать на верность человека, если он служит только по принуждению. Цильх очень доволен тобой. Ты сильный боец, умный человек. Мне бы хотелось, чтобы ты служил нам. Но для этого нам нужно понять, чего ты хочешь. А я хочу, чтобы ты знал, что верная служба не останется без награды, как и предательство без наказания.

17
{"b":"71895","o":1}