ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Тем не менее, и одного военного применения передатчика было достаточно, чтобы изменить лицо Земли. В 1983 году, году Волшебного Прыгающего Креста, русские основали на Луне процветающую базу с многочисленным персоналом. Соединенные Штаты в это же время бесславно потеряли два экипажа астронавтов при попытках высадиться в Море Ясности. Речь при этом шла не только о потере престижа. Русские объявили, что разработали стратегическую ракету, запускаемую с поверхности Луны и имеющую вдвое большую точность, чем прежние межконтинентальные ракеты. Такое заявление можно было бы счесть хвастовством, но ему придавало вес разоружение, которое в одностороннем порядке провела Россия на поверхности Земли. Мировая общественность требовала от США последовать хорошему примеру, не обращая внимания, что русское разоружение было чистой видимостью.

С появлением передатчика ситуация развернулась на сто восемьдесят градусов.

К 1985 году, благодаря передатчикам, американский персонал на Марсе превосходил советский лунный персонал на 400 процентов. Все американское ядерное оружие было переведено на соседнюю планету, и к 1986 году мировое разоружение стало свершившимся, хотя и не особо важным фактом, поскольку дамоклов меч по-прежнему висел над человечеством, и ниточка, на которой он висел, была тоньше, чем когда-либо раньше.

Ракеты, лежавшие на марсианских складах, строго говоря, не должны были запускаться с этой планеты. Их предполагалось передавать на геостационарные спутники, которые, в свою очередь, направят их в цель. Как и все, касающееся передатчиков, спутники в значительной степени являлись декорацией. Их единственной функцией было удержание на орбите 49 с половиной унций приемного оборудования. Были там также миниатюрные радары и система самоуничтожения, которая сработает, как только радары обнаружат, что кто-то подошел к спутнику ближе чем на 15 футов. Все это было предусмотрено на случай, если русские попытаются захватить приемник.

Ах, если бы можно было обойтись без приемников! Пентагоновские стратеги мечтали о такой золотой возможности, но, к сожалению, все их математики подтверждали утверждения Пановского, что передача возможна лишь от одной установки к другой. Если бы не потребность в приемнике, то стало бы возможным все, что угодно. В том числе — решительное и победоносное завершение холодной войны. Абсолютно победоносное! Ибо, обладая способом мгновенной доставки бомб прямо с марсианского склада в любую точку на территории России… Хотя, при чем тут Марс? Бомбардировать русских можно было бы откуда угодно — с другого конца Галактики, если захочется. Когда отпадет необходимость сначала посылать в точку назначения приемник, расстояния теряют смысл. В таких условиях легко можно обойтись без Марса, можно обойтись без спутников, и, по большому счету, имея в своем распоряжении всю Вселенную, можно, пожалуй, обойтись и без Земли.

Но для передачи, увы, требовались приемники и, значит, промежуточные спутники тоже были неизбежны. И был неизбежен Марс или какой-нибудь другой склад вроде него.

Но самое главное, ради чего затеяли все это дело, была фатальная неизбежность ядерного Армагеддона. В конце концов, бомбы делают для того, чтобы их сбрасывать.

— Добро пожаловать на Марс, Натан.

— Всегда приятно вернуться, сэр.

— Вернуться? А, понятно. Спасибо. Приятно, что вы вернулись. Садитесь и расскажите о путешествии.

Генерал Питман уселся в одно из кресел, стоявших друг напротив друга, и положил ногу на ногу, так что щиколотка одной оказалась на колене другой. В такой позе он мог бы сойти за манекен из витрины. Сшитая на заказ форма идеально сидела на нем, сохраняя безупречность каждой складки. Идеальными были также ухоженные ногти, густые волосы с первыми следами седины, ровный, глубокий загар, искусственная обветренность лица и легкая, чуть насмешливая улыбка.

— Ничего существенного в пути не произошло, но скучать не пришлось ни минуты. В этом чемоданчике, сэр, находится адресованное вам письмо. Особо важное. Генерал Фосс приказал, чтобы вы достали и прочли его при мне.

— А, старое трепло Фосс? Натан, вот ключ. Откройте, пожалуйста, ваш чемоданчик. Честно говоря, я ждал чего-нибудь в этом роде.

По мере того, как генерал Питман читал письмо, улыбка исчезала с его лица и выступали хмурые морщинки на лбу. Хотя на его лице даже такое выражение казалось немного искусственным.

— Этого я и боялся, — сказал генерал, протягивая письмо Хэн-зарду.

Хэнзард с сомнением глядел на письмо, не осмеливаясь его взять.

— Да, Натан, прочитайте, что там написано. Мне будет легче, если я с кем-нибудь поделюсь этим. Я уж рискну поверить, что через вас утечки информации не произойдет.

Письмо содержало приказ сбросить ядерный арсенал, находящийся в лагере Джексон/Марс, на противника. Кто этот противник — не уточнялось, в том не было нужды. Сроком операции согласно действующему оперативному плану “В” было назначено первое июня 1990 года. Письмо было подписано президентом Ли Мэйдигеном и заверено Большой Государственной Печатью.

Хэнзард вернул письмо командиру. Он не знал, что сказать, и потому заметил неопределенно:

— Да, тут и вздохнуть не успеешь.

Улыбка попыталась вернуться на лицо генерала.

— Мы можем спокойно дышать еще шесть недель. К тому же я уверен, что прежде наступления срока приказ будет отменен. Разумеется, будет. Это обычные игры на краю пропасти. Соответствующие службы организуют утечку информации об этом приказе, и русские отступят в том вопросе, который все это вызвал. Я думаю, в данном случае речь идет о Ямайке. Ну и, кроме того, Мэйдиген хочет доказать всему миру, что он вовсе не размазня. А русские будут бояться наших бомб только в том случае, если мы будем готовы их сбросить. Мы ведь готовы их сбросить, правда, Натан?

— Не в моей компетенции отдать такой приказ, сэр.

— И не в моей. Это в компетенции президента, и он такой приказ уже отдал. А мы обязаны его выполнить. Именно наш палец: мой или ваш, — Питман, словно демонстрируя, неподражаемым жестом молодого баптистского проповедника вознес ввысь наманикюренный палец, — должен быть готов нажать кнопку. Но не кажется ли вам, что такое действие будет чем-то вроде геноцида?

— Как вы только что сказали, сэр, концепция сдерживания становится бессильной без готовности применить оружие.

— Это не ответ на мой вопрос.

— С вашего разрешения, сэр, я не думаю, что мое положение позволяет отвечать на такой вопрос.

— А мое — не позволяет его задавать. Вы правы, Натан. Иногда самое мудрое — отойти от слишком верного понимания последствий. Это одна из причин, почему мы находимся на Марсе, а русские — на Луне. Здесь мы можем отвлеченнее смотреть на вещи.

— Здесь…— откликнулся Хэнзард, уходя от неприятной темы. — Это странно, но у меня вовсе нет ощущения, что я здесь. Лагерь Джексон/Марс и лагерь Джексон/Вирджиния очень похожи друг на друга.

— Ничего, скоро вы заметите различия. Но если вы очень торопитесь, можете посетить обзорный купол и полюбоваться на пыль, на пыльные камни и на пыльные, усеянные камнями кратеры. Здесь это единственное зрелище, которое может представлять интерес для туристов. Ощущение различия происходит больше от отсутствия Земли, чем от наличия пыли и камней. Вы это быстро поймете. Скажите, Натан, вы задумывались, почему именно вас выбрали для выполнения этого задания?

— Как вашего помощника, сэр.

— Конечно, конечно… но у меня в Вашингтоне была дюжина помощников, и некоторые из них, между прочим, более близкие, чем вы.

— Я крайне благодарен, что вы выбрали именно меня.

— Вас выбрал не я, а психологи. Я только одобрил их решение. Мы с вами попали сюда по результатам мультифазных тестов, что проводились в декабре. Помните, те, с неприличными вопросами? Тесты говорят, что мы с вами — очень цельные личности.

— Очень рад слышать.

— Но ведь, Натан, вы не всегда были таким?

— Вы видели мое личное дело, сэр, и все знаете. Но это было давно. С того времени я стал более зрелым.

5
{"b":"7192","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Прорыв
Рыбак
Соблазненная по ошибке
Романцев. Правда обо мне и «Спартаке»
Любовь попаданки
Письма на чердак
Актеры затонувшего театра
Аргонавт
Опасные тропы. Рядовой срочной службы