ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В связи с расширением империи Иль-Ронна людям потребовалось создать систему укреплений, чтобы оградить себя от неумолимого вторжения; укреплений, способных противостоять флоту агрессора. Выбор пал на эту планету, и она была соответственно подготовлена. Когда подготовка закончилась, ничего не осталось на ее поверхности. Ни одного деревца, ни одной горы, ни одной капли воды. Все было выжжено, остался только камень. Потом военные здесь построили крепость. Она простиралась на сотню квадратных миль и получала энергию из ядра планеты. Мощное вооружение размещалось по всей окружности планеты и было направлено в окружающее пространство. Дополнительное вооружение размещалось на орбитальных платформах, и оно также было нацелено в космос.

Прошли годы, а нападения Иль-Ронна так и не случилось. Вместо этого Конфедерация рухнула, разрушив себя самое, и на ее обломках поднялась Империя. Но не все граждане Конфедерации согласились стать подданными Императора, они продолжали борьбу, и поэтому у крепости появилось новое назначение.

Тысячи заключенных исчезли в ее раскинувшихся на многие мили казематах. Они-то и назвали планету Скалой в честь знаменитой тюрьмы на старушке Земле. И, как и из той, настоящей Скалы, из этой тюрьмы тоже невозможно было вырваться. Никто не мог выжить на лишенной всякой жизни поверхности планеты, а если бы и выжил, улететь с нее было невозможно.

Конечно, заключенные могли взбунтоваться и захватить крепость, но что это даст? Оружие на орбитальных платформах, равно как и на четырех лунах планеты, теперь было направлено на ее поверхность, и у него постоянно дежурили солдаты космического флота Империи. Там, внизу, никто и пальцем не мог пошевелить без их ведома.

Как оказалось потом, подобные рассуждения были серьезной ошибкой.

Вначале атака казалась жестом отчаяния.

Жалкая в своей безнадежности попытка остатков флота мятежников освободить своих товарищей, нанести последний удар во имя давно проигранного дела, так сказать, хлопнуть дверью, уходя в небытие.

Их флот был наголову разбит адмиралом Китоном в битве у планеты Ад.

Но уцелевшие корабли, те, что поодиночке вышли из боя, встретились снова в заранее условленных местах и в назначенное время. Они знали, что война проиграна, но тем не менее ради освобождения своих пленных товарищей решились пойти на отчаянный шаг — нападение на Скалу.

Зная сильное вооружение планеты, нападавшие были готовы к поражению, точнее, к смерти в бою, но, к своему крайнему удивлению, они победили.

Императорские солдаты сражались храбро, но оружие их было нацелено не на корабли противника, и атакующие превосходили их по численности. В том бою погибли тысячи.

Победив, мятежники вновь сориентировали оборону планеты во внешнее пространство и занялись преобразованием планеты-крепости из тюрьмы в планету, которая должна стать их домом. В этом процессе менялись и они сами.

Они знали, что не имеют права на отдых. Запасы продовольствия не вечны, а на голых камнях ничего не росло. Даже разреженную атмосферу планеты и ту приходилось поддерживать искусственно.

И мятежники использовали свое военное, отточенное в боях мастерство для набегов на другие планеты за необходимыми средствами. Самим себе они представлялись освободителями, которые берут только то, что нужно для продолжения славного дела.

Но их жертвы видели в них пиратов, присваивающих плоды чужого труда и несущих боль и страдания, где бы они ни проходили.

Время шло, и светлые идеалы мятежных конфедератов тускнели. Добыча стала целью их существования, и уже не ради выживания, а ради богатства и обеспечения себе привилегированного положения.

Название «пираты» не нравилось им, они называли себя Братством и именовали свой строй демократией по роду занятия.

Однако Мак-Кейд бывал на Скале и видел жизнь пиратов. Ничего демократического в ней не было. Здешнее правительство состояло из нескольких влиятельных лиц, правивших всем и дравшихся друг с другом за большой кусок пирога.

И там не любили незваных гостей, Мак-Кейд знал это по собственному опыту. В его последнее посещение он сильно испортил им жизнь — разнес половину космопорта и уничтожил несколько кораблей. В результате прежний путь для него закрыт, а попав на планету без какой-либо маскировки, он будет в большой опасности.

— Один пенс за твои мысли!

Мак-Кейд взглянул в карие глаза Ребы. Черт, женщина была очень хорошенькой. Если бы не Сара!.. Он отбросил эту мысль и сказал:

— Только пенс? Уверен, ты заплатишь больше, ведь я думаю о тебе!

Реба улыбнулась, сев в кресло рядом с Нимом. Он даже не повернулся, занятый своей голографической игрой.

— Я была бы польщена, если бы не видела по всему кораблю голографические снимки Сары. Но поскольку я видела, я беспокоюсь по иному поводу. Так о чем же ты думал?

— Я думал о том, что ты и есть тот ключ, который откроет нам путь на Скалу. И, если я не ошибаюсь, туда нам и надо попасть.

— Почему? — нахмурилась Реба.

Мак-Кейд осмотрел пепел на сигаре, потом стряхнул его в пепельницу.

— Фиал похитили во время набега, верно? И хотя взявшие его пираты не знают истинной ценности святыни, я полагаю, что он сам по себе красивый и дорогой. Поскольку вся добыча пойдет на Скалу для продажи с аукциона, то Фиал нужно искать там.

— Действительно, — согласилась Реба, — но вещи, проданные с аукциона, обычно покидают планету вместе с теми, кто их купил. Теперь он может быть где угодно.

Мак-Кейд согласился:

— Именно так. Но узнав, кто купил Фиал, мы сможем отправиться вслед за ним. Логично?

Реба опустила глаза и вновь подняла их. У нее были свои соображения, но она не собиралась ими делиться.

— Логично, — согласилась она с неохотой, — но как я попаду на Скалу? И к тому же что будет с тобой? Я была в патруле, когда ты взорвал порт двенадцать. Но я слышала об этом и знаю, что Исполнительный совет спит и видит, как ты попадешь в его лапы. Тебя, может быть, и впустят на Скалу, но обратно никогда не выпустят.

Мак-Кейд выдохнул дым к потолку и улыбнулся.

— Так мы и не скажем им, что я прибыл!

14

Планета Спин* [Спин (англ.) —вращение. — Примеч. пер.] была настолько захолустной и непримечательной, что даже название свое получила за единственное свое достоинство: сила тяжести здесь была равна земной. Благодаря этому обстоятельству здесь и стояло несколько обветшавших куполов, хотя никакой выгоды от них не было.

Да, нечем было похвастаться этой планете. Практически вся ее поверхность представляла собой каменистую пустошь, и если бы Спин не лежал на пересечении двух второстепенных торговых путей, он оставался бы необитаемым.

Мак-Кейд однажды уже бывал здесь. Тогда его привела сюда долгая и утомительная погоня за скрывавшейся от правосудия преступницей по кличке Крутая Мэри. Он предложил ей сдаваться, но она только засмеялась и потянулась за бластером, как много раз в своей жизни делала.

Да только в тот раз удача изменила ей, пришла ее очередь упасть сраженной выстрелом. Мусорщики оттащили ее тело на свалку, а охотник ушел, сделав свое дело.

Реба опустила «Пегас» на неровную, всю в буграх и трещинах посадочную площадку единственного на всю планету космопорта, и Мак-Кейд почувствовал, что у него от нервного напряжения дергается щека.

Помимо их корабля, в порту стояло еще три судна. Видавший виды грузовоз еще времен Конфедерации, крепенький работяга-буксир и по-акульи гладкий небольшой сторожевик, каждый дюйм которого, казалось, кричал: «Пират!»

«То, что мне и нужно», — подумал Мак-Кейд. Первая часть плана выполнена. Немного удачи, и с остальным тоже все будет хорошо. Он оглядел покрытый шрамами и вмятинами корпус сторожевика.

Корабли такого класса отлично подходили для пиратских набегов: быстрые, хорошо вооруженные и достаточно большие, чтобы взять на борт не особо громоздкую добычу, например, изотопы или драгоценности.

20
{"b":"7194","o":1}