ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Посещаемость мечетей низкая, а характер ислама приобретает европеизированные черты. По отношению к восточному фундаменталистскому исламу татарская интеллигенция чувствует себя носительницей европейской культуры. Согласно исследованиям, проведенным социологом Розалиндой Мусиной, в мечеть регулярно ходит лишь 4% татарской интеллигенции. Правда, среди татарского студенчества эта цифра существенно выше -- 12%. Интеллектуальный слой относится к исламскому духовенству скептически из-за его "относительно невысокого образовательного уровня". Когда, например, встал вопрос о подборе ведущего мусульманской телепрограммы, не удалось найти ни одного священнослужителя, и выбор остановили на светском академическом ученом. После того как Г. Галиуллин был выбран на пост председателя ДУМвРТ (1992 г., сроком на 3 года), он учредил институт советников муфтия, куда входила татарская интеллектуальная элита. Этот шаг свидетельствовал о том, что муфтий понимает проблему. Однако институт советников быстро распался.

Для реформационных процессов в татарском исламе показательно появление отделения религиоведения в Химико-технологическом институте Казани, которое возглавляет известный религиовед Гульнара Балтанова. На этом отделении учат исламу, к которому относятся как к "внутреннему духовному состоянию, отношениям человека с Богом, а не обрядоверию", с упором на суфийские и джадидистские традиции. Фактически Балтанова создает суперреформаторское медресе.

"Европеизация" современного татарского ислама сопровождается размыванием общего религиозного мировоззрения татарского населения. Многие образованные и необразованные татары увлекаются, как и русские, квазирелигиозными течениями, но наиболее показателен отток в бахаи, рерихианство и ахмадию. Эти религиозные учения дают возможность в какой-то форме принять некоторые духовные и культурные ценности христианства, не отрекаясь от ислама. Движение Рерихов в Казани, кстати, основано татарской женщиной. В бахаи вступают известные татарские писатели, актеры, певцы. Руководитель Бахаи -- известный в Татарии журналист Шамиль Фатахов. Встречи бахаи проходят в республиканском Доме ученых. Татарский поэт Равиль Бухарев, эмигрировавший когда-то в Англию и работавший на Би-Би-Си, привез в Татарию в начале перестройки своеобразное учение, практикуемое в секте Ахмадия. Ахмадия возникла в Пакистане, получила распространение в Англии и затем -- в Татарии. Главная особенность этого учения заключается в том, что оно признает Иисуса Христа Богочеловеком.

Религиозное возрождение ислама находится в тесном переплетении с националистическими движениями и процессом строительства татарской государственности. Само быстрое и успешное формирование ДУМвРТ было предопределено взрывом национального движения. В 1988-1992 гг. казалось, что татарский национализм, шаймиевский вызов Москве с его требованиями "суверенитета" и радикальный татарский национализм -- одно и то же: Шаймиев был рад избавиться от влияния "промосковского", неподконтрольного ему ДУМЕС во главе с Т. Таджуддином, а лидеры радикальных националистов связывали с Галиуллиным свои надежды на построение монолитного татарского государства с "одним народом, одним языком, одной религией". В борьбе с Москвой за суверенизацию М. Шаймиев активно использовал националистические организации и приветствовал создание ДУМвРТ. Однако сам Шаймиев стремится к созданию секулярного государства, в котором религия, занимая скромное место, контролировалась бы. Основное направление его религиозной политики: два главных народа и два главных вероисповедания, которые пользуются уважением, играют церемониальную роль, но не обладают независимостью и поддерживают власть. Так было принято решение о строительстве в Казанском Кремле, рядом с сохранившимся Благовещенским собором, мечети Кульшариф. Радикал-националисты требовали перестройки собора в мечеть, мотивируя это тем, что "недостойно татарского президента сидеть в Кремле под колокольный звон". Однако Шаймиев настоял на существовании двух культовых сооружений рядом и распорядился содержать их на балансе государства. При этом сам Шаймиев не скрывает своей собственной религиозной индифферентности. Вступая в должность, он, в отличие от лидеров других мусульманских республик в составе РФ, не присягал на Коране и ни разу не совершал хаджа в Мекку. Он лишь заинтересован в создании управляемых религиозных организаций. Материально он не помогает ни православным, ни мусульманам, за исключением кремлевского строительства. Культовые сооружения и другие здания передаются медленно и неохотно, что в 1995 г. привело к крупному конфликту: по распоряжению главы ДУМвРТ Галиуллина было захвачено здание мечети "Аль-Марджани" и здание медресе "Мухаммадия". Галиуллин руководствовался тем, что президент не сдержал обещания вернуть эти здания. Разразился общероссийский скандал. Тлевшее недовольство активностью и независимостью Галиуллина приняло открытые формы, казанский режим вступил в борьбу с ДУМвРТ. После того как Галиуллин пригрозил Шаймиеву, что выставит свою кандидатуру на президентских выборах, чиновники Шаймиева решили вновь сделать ставку на Талгата Таджуддина и начали реанимировать почти исчезнувшие в республике структуры ДУМЕС.

В Татарстане функционирует Совет по делам религий. Именно он осуществляет политику президента. В целом к исламу и православию отношение терпимое, к другим же конфессиям применяются дискриминационные меры. Наиболее нашумевшие скандалы были связаны с преследованиями кришнаитов, мормонов (им прямо запретили проповедовать в РТ) и некоторыми харизматическими Церквами. Отдельные религиозные лидеры преследовались в судебном порядке. Что касается Галиуллина, то после захвата мечети и медресе прокуратура возбудила уголовное дело против муфтия и, по его словам, предлагала закрыть дело в том случае, если он добровольно уйдет с должности главы ДУМвРТ. Одновременно с этим Совет по делам религий инициировал создание формально автономной структуры, подчиненной Талгату Таджуддину, памятуя о его большей склонности проявлять к власти лояльность. Ее назвали Духовное Управление мусульман республики Татарстан -- ДУМРТ (игра на идентичности названий). Во главе встал имам Зеленодольской мечети (пригород Казани) Габдельхамид Зинатуллин, родственник Т. Таджуддина.

Говоря о татарском исламе как о "евроисламе", необходимо подчеркнуть, что в этом вопросе ДУМвРТ и ДУМЕС не являются противниками. Более того, Габдулла фактически продолжает развивать взгляды своего старого наставника Т. Таджуддина. На начальном этапе суверенизации, видя перегибы националистов-радикалов, оба выступали за терпимость к русским. Однако ДУМРТ имеет влияние лишь на 5% общин, и Совет по делам религий попытался провести Съезд представителей всех мусульман для переизбрания Г. Галиуллина. Для этого Совет 11.01.96. разослал по общинам документ No 02-К, который заканчивался фразой: "О сроках и месте проведения съезда будет объявлено дополнительно. И. Хабабуллин." Этот документ демонстрирует попытку вмешательства государства во внутренние дела муфтията. Однако съезд провести не удалось, и ситуация выходит из-под контроля Совета по делам религий и президента Шаймиева. Попытки вмешательства в дела РПЦ, о которых речь пойдет ниже, и ДУМвРТ приводят к тому, что епархия и муфтият начинают поддерживать друг друга. Епископ Анастасий поддержал морально Габдуллу Галиуллина после "взятия" медресе, лично приехав к зданию, осажденному милицией. Не лишенный чувства юмора Габдулла, воздев руки, воскликнул: "Анастасий, скажи, какой храм из невозвращенных тебе нужен, и мои шакирды (учащиеся медресе) возьмут его для тебя!"

Авторитарная по отношению к РПЦ и ДУМвРТ политика Шаймиева неожиданно способствует развитию веротерпимости между православными и мусульманами. Правда, на религиозные меньшинства веротерпимость не слишком распространяется.

Вскоре после возникновения ДУМвРТ отмежевалось от организаций крайних националистов, и его позиция в вопросе татарстанской государственности фактически совпала с взглядами Шаймиева. Иногда взгляды лидеров ДУМвРТ выглядят даже более пророссийскими: какое-то время руководство ДУМвРТ входило в состав Конгресса Русских Общин. Не скрываются симпатии к Александру Лебедю. Галиуллин высказывается за "сильную Россию, которая не кланяется Западу".

25
{"b":"71941","o":1}