ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Иванкин приоткрыл дверцу, выбросил на снег рюкзак и спустился сам. Жаль санок нет, рюкзачок вон какой увесистый, но на нет и суда нет, хорошо еще, что лыжи предусмотрел и летом их возил с собой в вертолете. Техник как-то обнаружил и пошутил:

- Ты что, в командировках на свидание на них бегаешь?

- Угадал, - согласился летчик. - У меня лыжи особенные, они и по траве скользят, как по снегу...

Не прогадал. Лыжи хотя и тяжеловатые, с дюралевой прослойкой, зато прочные, хорошо скользят и на снегу держат.

Валентин надел рюкзак, отъехав от вертолета, окинул его хозяйским взглядом. Он надежно упрятан под ветвями кедрача. И снегом со всех сторон присыпан - не увидеть сверху...

5

В Златоустовск полковник Щербаков и капитан Русанов добрались лишь на четвертые сутки: то погода не пускала, то так называемые технические причины, которыми теперь оправдывают любые неполадки и неувязки аэропортовские начальники. Следователей разместили в городской гостинице в разных номерах, чтобы не мешали друг другу думать и отдыхать, как пояснил Павел Федорович. Анатолия такой вариант вполне устраивал: находиться под постоянным прицелом умеющего заглядывать в душу следователя по особо важным делам, наблюдавшего бы все искания, сомнения и неудачи начинающего Шерлока Холмса, только осложняло бы расследование, вносило бы нервозность, сомнение. А так Анатолий чувствовал себя раскованнее и увереннее.

Утром в городской прокуратуре состоялось совещание, на которое пригласили и работников уголовного розыска из соседних регионов. Из их докладов удалось узнать немногое: вертолет из Златоустовска вез на золотой прииск продовольствие. О том, что должен был забрать оттуда шестьдесят килограммов золота, знали только начальник охраны прииска, председатель золотодобывающей артели и кладовщик.

На сопровождение были посланы лучшие охранники, бывшие офицеры милиции: капитан Швендик, уволившийся из органов по собственному желанию: "Работы много, а платят гроши", показавший себя на прииске дисциплинированным и исполнительным человеком, и старший лейтенант Кукушкин, тоже характеризующийся на прииске положительно. Обоих по заверению начальника местной милиции брал лично председатель артели, якобы знавший их ранее и доверявший им. Прокурор из Генпрокуратуры Перекосов оказался в вертолете случайно: он закончил дела в женской исправительно-трудовой колонии, должен был попасть в Комсомольск-на-Амуре и тут подвернулся вертолет.

Погода, по утверждению синоптиков, в то утро вполне соответствовала метеоминимуму летчика, хотя к обеду ожидалось приближение циклона, снегопад с метелью, о чем Иванкина предупредили. Экипаж по каким-то причинам задержался с вылетом, диспетчер советовал не рисковать, но летчик не внял предупреждению. А спустя двадцать минут после взлета вертолета начался снегопад и метель, связь с экипажем прекратилась.

Вот такая сложилась ситуация. Вертолеты и самолеты местных авиалиний продолжали бороздить небо над тайгой, но экипаж Иванкина словно в воду канул. Возможно, произошло и такое: реки и озера ещё не замерзли и вертолет угодил именно в воду. Да и найти его в тайге - что иголку в стогу сена.

- ...Поиски вертолета продолжать, - сделал заключение Щербаков. - А мы будем отрабатывать другие версии. Местные группы уголовного розыска займутся Швендиком и Кукушкиным, группа Русанова - летчиком Иванкиным. Надо узнать о них все, особенно после увольнения из милиции и из авиации: чем занимались, где побывали, с кем вели дружбу и просто общались. Что приобретали в хозяйство, чем увлекались, что брали с собой в полет. В общем, все, что может иметь значение в нашем деле. Установите каждый день, каждый час жизни этих людей. Любая мелочь из их быта может открыть нам тайну.

Так оно и должно быть. Если кто-то из этих людей заранее готовился к преступлению, он как бы ни ловчил, ни скрытничал - следы оставил.

Анатолий, как учили в высшей следственной школе, решил танцевать от печки: начать расследование по своему другу с момента новой его деятельности - летчика гражданской авиации: кто его взял, кто окружал, какие задания он выполнял. Пришлось лететь в Комсомольск-на-Амуре, где Валентин был приписан к авиаотряду.

Командир отряда Звягинцев, тезка Русанова, веселый, общительный толстячок лет сорока, узнав, по какому поводу прибыл следователь, заявил без всякого сомнения:

- Уверен, ничего серьезного с ним не случилось. Тайга есть тайга, сел где-то на вынужденную. Скоро объявится.

- Пошла третья неделя, - напомнил Анатолий.

- Ну и что же. Третья неделя для дальневосточной тайги - не срок, тут годами люди пропадают. Слава Богу, что с голоду она не даст пропасть. Тем более, они все с оружием.

- Вы тоже летали на поиски?

- Летал. Но у меня один маршрут, а у Иванкина много.

- Он хороший пилот? - Анатолий не стал посвящать командира отряда в свою причастность к авиации и в дружбу с Валентином.

- Отменный. Иначе я бы и не взял его.

- Иванкин раньше был военным летчиком. Вы знали его, или вам кто-то его рекомендовал?

- Не знал, и никто мне его не рекомендовал. - Но последние слова прозвучали как-то неуверенно, и Анатолий усомнился в их искренности. Звягинцев почувствовал это и тут же пояснил для убедительности: - Когда я полистал его летную книжку, почитал, какие задания он выполнял, я ни секунды не колебался, что он нам подойдет. И не ошибся.

- А вас не смутило, за что его уволили из военной авиации? - Ничуть. Идет такое сокращение. А мужик он, как я понял, с характером, спину ни перед кем гнуть не стал. Я и сам такой. А таких у нас не очень любят.

- Вы с ним дружили?

Звягинцев глянул в глаза следователю, усмехнулся.

- Если вы имеете в виду - выпивали ли мы, - было раза два в праздники. Но служба и дружба, хотим мы того или нет, имеет свои границы, и лучше не преступать их ни командиру, ни подчиненному. Во всяком случае, я придерживаюсь такого принципа. С Иванкиным у меня были неплохие отношения, человек он исполнительный, порядочный, я уважал его, но и поблажек никаких не давал, заставлял делать все то, что выполняли и другие летчики.

- Кстати, а как к нему относились в коллективе? Вы взяли его в то время, когда в отряде шло сокращение.

- Коллектив принял его нормально. Поначалу, правда, разговорчики кое-какие были. Но ещё до его принятия в отряд все знали, что кое от кого надо избавиться. Самостоятельная работа на отдаленных точках оказалась не всем по плечу. И когда вскрылись факты, что некоторые летчики летают на задания под мухой или после сильной попойки, я не мог терпеть такое.

- И ещё один интимный вопрос: была у Иванкина женщина? И где он жил?

Звягинцев весело покрутил головой.

- Вы как на партийном бюро, до женщин добрались. К сожалению, на этот вопрос я ничего определенного сказать вам не могу. Мужчина он был симпатичный, и в отряде не только незамужние, но и благоверные заглядывались на него. Но чтобы он с кем-то флиртовал или тем более сожительствовал, такие слухи до меня не доходили. Правда, от кого-то я слышал, что у него где-то недалеко отсюда живет жена. Но поскольку квартиры у него пока не было и он жил в гостинице, она не приезжала.

Беседы с другими летчиками и авиаспециалистами рассказ командира отряда ничем новым не пополнили. А вот в гостинице подозрения Анатолия, что командир отряда кое о чем умалчивает, подтвердились. Директор гостиничного ресторана, толстобрюхий коротышка с тройным подбородком, вспомнил о драке летчика с двумя шалопаями и о представительном мужчине, который пришел ему на помощь, а потом они не раз вместе ужинали.

Выяснить фамилию нового знакомого Валентина не представляло особого труда - оказалось, он тоже проживал в гостинице и был тем самым человеком, который помог Валентину устроиться в отряд летчиком. Фриднин Семен Семенович, начальник снабжения изыскательских партий, известный не только в Комсомольске-на-Амуре, но и в других дальневосточных городах коммерсант, связанный тесными узами и с рыболовецким флотом, и с авиацией, и с железной дорогой. Его услугами - поставками рыбы, икры и других продовольственных и промышленных товаров - пользовались многие. Он закупал сейнеры, самолеты и вертолеты для перевозки всевозможных грузов по отдаленным районам. О нем всюду отзывались с почтением. А вот командир отряда Звягинцев почему-то умолчал.

5
{"b":"71969","o":1}