ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вексел-15 придвинулся поближе и заметил, как напряглись ее плечи.

Очередь двигалась рывками, вдруг замирая, когда кто-нибудь пробивался со стороны, потом снова ползла вперед. Наконец, примерно через десять лаков, Вексел-15 добрался до входа. Один из мыслителей, чья кожа отливала розовым, держал поднос.

Женщина-мыслительница остановилась, взяла один из сотен сияющих черных дисков, лежавших на подносе, и прижала его к своему лбу. Диск словно приклеился. Женщина шагнула вперед.

Вексел-15 занял ее место, выбрал диск и тоже прилепил его ко лбу.

Дверь была высокая и узкая, как и те, кто ее сделал. Свет проходил в дверь без труда, но широкие плечи Вексела-15 застряли в дверном проеме.

Он вошел в огромную комнату. Зал заполняли ряды скамей, украшенных орнаментом. Мыслители собрались одной кучкой в передней части помещения, а работники напирали на них со всех сторон. Мыслители были явно раздражены.

Вексел-15 не собирался участвовать в игре и выбрал ближайшее место. Там, где спина прикасалась к холодному камню, было больно. Но рана значила очень мало. Боль и все признаки повреждения тканей пройдут к завтрашнему дню.

Мыслители называли это здание храмом, но никто толком не знал, что это такое. Повелители очень любили грандиозную архитектуру, и сейчас трудно было понять, какие строения действительно были важны, а какие — просто излишне разукрашены.

Но было известно, что Бог, когда хочет (а это бывало нечасто), говорит именно в этом здании. Последний раз такое было семнадцать даров назад, задолго до вторжения пришельцев, и было связано с грядущей геологической активностью в южном полушарии.

Все население работников и мыслителей было эвакуировано из опасных мест. Последовавшие землетрясения разрушили большую часть двенадцатого города и почти весь тринадцатый. Сейчас обе касты приходили на каждое собрание, не зная, что им делать, надеясь услышать божественное откровение.

Прошло пятнадцать лаков, прежде чем появился морщинистый старый мыслитель, поднял руки и пропел обычное заклинание:

— Мы конструкты твои, Господи, и ищем твоих наставлений. Говори с нами, чтобы нам стала известна воля твоя и мы могли совершать дела наши по воле твоей.

Бог обнаружил себя неожиданно. Вексел-15 ощутил благоговейный ужас, когда волны наслаждения прокатились по его телу. Ощущение напоминало оргазм, только было намного сильнее. Оно длилось целый лак. Потом оно исчезло, и в душе каждого зазвучал голос:

— Здравствуйте, конструкты. Слушайте внимательно, потому что времени мало. Захватчики могут выследить нас; сейчас они уже направляются сюда. Вот что я вам скажу: как и зло, спасение придет с неба, и будет носить оно странный вид. Возьмите спасение к себе домой и просите руководства. Но знайте: ничто не возникает из ничего, а самые медленные будут впереди.

Слова Бога еще отдавались эхом в голове Вексела-15, когда не то пятнадцать, не то двадцать солдат песчаного батальона вбежали в зал и заняли места вдоль стен. На миг наступила тишина. Потом Вексел-15 услышал шуршание в дальнем конце зала и обернулся посмотреть, что там.

Командир иль-роннианцев — судя по почестям, которые оказывали ему солдаты, он был в немалом чине — ростом оказался ниже многих своих сородичей. Под длинным красным плащом воина-священника виднелась военная форма. Он замер, обвел взглядом собравшихся и прошел вперед. Его копыта громко щелкали по древним камням пола.

Иль-роннианец остановился рядом с работницей, снял диск у нее со лба и поднял его к свету. Он повертел приспособление, и диск заблестел, отражая свет. Голос иль-роннианца загремел из транслятора, висевшего у него на плече:

— И что это? Глупая бессмысленная игрушка или нечто более существенное?

Иль-роннианец сделал движение большим пальцем, диск закрутился в воздухе и упал в подставленную ладонь помощника.

— Займись этим, Рииг. Мне нужен подробный отчет.

Рииг движением хвоста выразил согласие и сунул диск в карман на поясе.

Командир сделал три шага вперед, поднялся на возвышение и повернулся лицом к собравшимся, сцепив руки за спиной.

«Всегда занимай позицию повыше» — эта древняя военная аксиома знакома солдатам любой расы. Но для Тиикса она имела особое значение. Еще в детстве товарищи по играм дразнили его «коротышкой», и он никогда не упускал возможности исправить это упущение природы.

— Я Тиикс, четвертый командир клана. — Он обвел толпу взглядом, и его глаза блеснули. — Кто из вас расскажет мне, что это такое?

Молчание.

Тиикс качнулся взад-вперед.

— Ясно. Ну, мы знаем, как справляться с такими ситуациями. Солдат Лиив!

Один из солдат, стоявших вдоль стены, поднял свое оружие и навел его на собравшихся. Вексел-15 увидел, как на теле мужчины, сидящего прямо перед ним, появился красный круг. Он освещал всю правую сторону лица конструкта.

Тиикс указал на него. Его палец слегка дрожал.

— Говори! Зачем ты здесь?

Может быть, мыслитель знал бы, что сказать, и успел бы сообразить. Но работнику никогда бы такое не удалось. Он только начал соображать, когда большая пуля ударила его в висок, пролетела насквозь и убила еще одного конструкта, сидевшего слева от него.

Кровь и мозг разбрызгались во всех направлениях. Часть попала на лицо Вексела-15.

Так и не поняв, почему сделал это, он вдруг поднялся, выкрикнул что-то гневное и кинулся вперед. Скамейки падали, и конструкты, сидевшие на них, тоже. Вексел-15 решил добраться до солдата Лиива и выбить жизнь из его тела. Ему не удалось этого сделать.

Вокруг него поднялись другие работники, закричали в ярости и приняли пули, предназначенные ему.

Солдаты песчаного клана ответили огнем из автоматического оружия. Десятки работников шатались и падали. Но поднимались другие, занимая их места, и иль-роннианцы подались назад под натиском могучих тел.

Пришельцы были искушены в военном искусстве «ин-фала», или «личная смерть», но работники, в триста фунтов каждый, были невероятно сильны. Оружие падало, тяжелые тела надвигались, хрустели кости, и уже слышались крики пришельцев.

Вдруг бой прекратился, так же неожиданно, как и начался. Тиикс и его охранник исчезли, кругом лежали тела, а замершие конструкты оглядывались по сторонам. Молчание длилось целый лак. Первой заговорила пожилая работница по имени Лебар-6:

— Что нам теперь делать?

Ответила мыслительница Иссара-22. Он была высокая, стройная и держалась с почти королевским величием.

— Чужаки будут в гневе. Те, кто принял участие в убийстве, должны сами сдаться ради остальных. Остальным нечего бояться.

Наступила тишина — работники обдумывали услышанное. Они соображали медленно, но не надо было много ума, чтобы понять — в то время как большинство работников приняли участие в побоище, из мыслителей не участвовал никто.

Опять заговорила Лебар-6. Она проигнорировала слова Иссары-22.

— Нас вел Вексел-15. Что он скажет?

Вексел-15 никак не ожидал, что ему достанется мантия вождя, но тоже раздумывал, что делать, и слова вылетели сами.

— Мы кое-что узнали. Чужаки умирают точно так же, как и мы. Всем уйти из города, спрятаться и ждать указаний.

Иссара-22 закричала что-то, протестуя, к ней присоединились другие мыслители, но их никто не слушал.

За несколько мгновений работники растворились в сгущавшейся темноте.

Когда Тиикс вернулся во главе сотни тяжело вооруженных солдат, мыслители все еще были в зале, рассуждая, как глупо поступили работники, и заявляя о своей невиновности.

Тиикс велел им унести тела мертвых иль-роннианцев и подготовить их к погребению. Мыслители были непривычны к такому тяжелому труду, но все же подчинились. Пришельцы были злы по понятным причинам, и без наказания в той или иной форме было не обойтись.

Потом, когда мыслители закончили работу и выстроились в ряд перед ним, Тиикс их расстрелял. Он воспользовался своим собственным пистолетом и убивал по одному. Их тела были вывешены на площади вниз головой — для всеобщего обозрения.

18
{"b":"7199","o":1}