ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Его превосходительство командир Биид просит, чтобы вы нашли конструкта по имени Тьюси-35 и привели ее сюда. И ребенка по имени Нидер-33.

Часовой что-то пробубнил, повернулся к ней спиной и побрел. Положение его хвоста показывало, что солдат думает об офицерах, которые сидят в тепле и сухости, тогда как сам он ползает по грязи, исполняя их поручения. Но жест пропал зря, так как означенный офицер был мертв, а Рола-4 в движениях хвостов не разбиралась.

Следующие двадцать лаков были самыми ужасными в жизни Ролы-4 — она оставалась в жарком командном пункте, где стоял густой запах крови и жужжал, как назойливое насекомое, переговорник.

Неизвестно, когда придет Тьюси-35, и Рола, насторожившись, замерла у двери. Ей придется убить часового, и Рола-4 чувствовала себя нехорошо.

Она выбрала энергетическое ружье, потому что оно давало меньше шума, чем пулеметатель. В лагере повстанцев она узнала, как обращаться с разным оружием.

Наконец снаружи раздался шум.

— Входи и бери ребенка с собой, — пробурчал часовой. Тьюси-35, войдя, увидела тело Биида и ахнула. Нидер-33 обернулся, увидел маму и сказал:

— Маа!

Часовой понял, что в комнате что-то произошло, и втолкнул Тьюси-35 внутрь.

Рола-4 дождалась, пока он окажется рядом с ней, навела дуло ему на висок и нажала на курок ружья. Вспышка яркого синего света прошила голову часового и ударила в переговорник, оказавшийся на прямой линии. Сигнал вызова замолк.

Часовой упал, и Рола-4 захлопнула дверь.

Тьюси-35 в ужасе протянула Нидера-33 Роле-4.

— Вот, возьми… Я хорошо о нем заботилась… Как о своем. Рола-4 не стала брать ребенка на руки, как он ни просился, а махнула бластером в сторону стула для гостей.

— Сбрось все на пол. Посади Нидера-33 сверху.

— Что т-ты б-будешь делать? — обеспокоенно спросила Тьюси-35.

Потребовалось некоторое время, чтобы собрать ремни и пояса и связать Тьюси-35, но Рола-4 справилась. Тьюси-35 захныкала:

— Они же все свалят на меня! Они меня убьют! Рола-4 засунула ей в рот кляп, подхватила Нидера-33,

который успел поползать по полу и выпачкаться, прижала его к себе и вышла. Сердце стучало так, что всем вокруг, наверное, было слышно.

Командный пункт от самого лагеря отделялся сеткой, в которой были проделаны ворота. С каждой стороны ворот стояло по два часовых, они ежились под дождем и проклинали погоду.

Один из них посмотрел на Ролу-4, увидел ублюдочную с ребенком и махнул ей рукой, чтобы проходила. Второй сделал заметку на наручном терминале — полтора ублюдка вышли, полтора — вошли. Все сходится.

Остальные конструкты сначала не обратили на нее никакого внимания. Но потом Ролу-4 заметила женщина из ее деревни и окликнула ее. Рола-4 не ответила. У нее была одна идея, была и возможность ее реализовать, и отвлекаться она не хотела.

Пока ей удивительно везло — она вернула Нидера-33, никто не вошел в командный пункт в опасный момент, никто не стал ее обыскивать, когда она выходила.

Может быть, сейчас ее везение кончится, но можно успеть сделать еще кое-что.

Женщины тянулись за ней, заинтригованные внезапным возвращением Ролы-4 и ее молчанием. Она кое с кем поговорила, попросив идти за ней; начала собираться толпа.

В то же время в противоположном углу лагеря часовые заметили какое-то движение и обратились на командный пункт за приказами. Ответа они не получили.

Старший группы, помощник командира отряда Гииб поднимался к командному пункту, выражая хвостом полное отвращение. Все офицеры одинаковы — глупы и ленивы.

Рола-4 остановилась перед оградой в самой далекой от командного пункта точке. Остальные женщины, разинув рты, наблюдали, как она вытащила из-под одежды бластер, навела его на ограду и нажала курок.

Завыли сирены, а металл сетки стал красным, оранжевым и, превратившись в капли, стек вниз. Роле-4 удалось сделать два прореза, прежде чем сел аккумулятор. Толпа сделала остальное.

Помощник командира отряда Гииб как раз обнаружил тела на командном пункте и вызывал помощь, когда конструкты выбили кусок сетки и вырвались на свободу.

Партизаны, которые сопровождали Ролу-4, увидели это и вступили в бой с солдатами.

Капитан, вынырнув из алкогольного забытья, попытался открыть глаза, чтобы посмотреть, что затеяли иль-роннианцы, но не нашел в себе сил. Однако он мог их слышать и понимать — транслятор был с ним.

— Смотрите на него! Видели вы что-нибудь отвратительнее9 Такой пьяный, что не может двигаться. Не удивительно, что люди не смогли расширить свою империю, — им не хватает моральной стойкости.

Ответа капитан не расслышал, зато понял, что его положили на какие-то носилки и куда-то везут. В другую камеру? На другой корабль? Капитан собрался сесть, но потом решил, что лучше притворяться, будто он еще не очнулся, и разузнать, что происходит. Сквозь полуприкрытые веки ему было видно, как впереди шагает илъ-роннианец в форме, как мелькают на стенах туннеля надписи на чужом языке.

Все стало понятно, когда его привезли в шлюз — шлюз ни с чем не спутаешь, как бы он ни выглядел, как ни с чем не спутаешь посадочный трюм. Итак, его куда-то повезут.

Соренсон увидел пассажирское судно, космические штурмовики, стоявшие в ряд челноки. Очень интересно — обычно створки посадочного трюма открыты, чтобы облегчить маневры кораблям, но в этот раз то ли из-за него, то ли из-за какой-то важной персоны технические службы потрудились загерметизировать трюм.

Тележка или каталка, на которой везли капитана, остановилась. Он опять чуть приоткрыл глаза и увидел, что находится рядом с маленьким челноком, у входа в который стоит иль-роннианский офицер. Этого офицера капитан уже видел раньше, другие называли его «Тиикс». Офицер подошел, и Соренсон закрыл глаза. Транслятор по-прежнему работал.

— Человек еще без сознания?

— Да, сэр.

— Грузите его назад, быстрее.

— Есть, сэр.

Капитан почувствовал, что его поднимают вместе с поверхностью, на которой он лежал, и вносят в люк челнока. Потом его не очень-то мягко куда-то опустили и привязали

ремнями — один поперек груди, другой — возле колен. Капитан приоткрыл глаза. Челнок был очень маленький. Три ряда сидений убрали, чтобы освободить место для носилок, а Тиикс занимал одно из оставшихся четырех сидений. Рубка управления скрывалась за раздвижной дверью.

Прошло время, трюм разгерметизировали, капитан ощутил вибрацию — это челнок запустил двигатели, поднялся и полетел. Через несколько мгновений исчезла искусственная гравитация, и капитан понял, что они вылетели из корабля. Челнок был в пути минуты две, когда поступило сообщение. Пилот перевел его на внутреннюю связь. Один из динамиков оказался рядом с капитаном, и его транслятор переводил все:

— Сэр, четвертый командир клана Сиик на пятом канале.

— Соединяйте.

— Тиикс? — раздалось после паузы.

— Да.

— На Базе один ситуация шестой категории.

— Насколько все серьезно?

— Очень. Ублюдки вылезли из-под земли и захватили главный бункерный комплекс. Они убили всех, кого нашли. Большинство ваших офицеров мертвы. Командир отряда Рииг приказал начать контратаку, но сопротивление очень сильно, и отбить бункеры еще не удалось.

Тиикс почувствовал злость, досаду и печаль.

— Что еще?

— Есть сообщения, что ублюдки движутся вверх по склонам. Их задерживают стрельбой, но этого недостаточно.

Тиикс задумался. Это мог быть обманный маневр, призванный оттянуть часть сил от бункеров, а могла быть еще одна атака — на соблазнительно незащищенный периметр.

— Прикажите Риигу отступить на более защищенные позиции. Где подкрепление?

— Дополнительные силы грузятся в челнок.

— Прикажите им подождать. Я вернусь и лично их возглавлю.

— Понял. Конец связи.

— Конец связи.

Соренсон ощутил ускорение — челнок развернулся и лег на обратный курс. Он попытался осмыслить то, что слышал. Массированная атака! Ландо и Делла наверняка в гуще событий, да и Ки с Мелиссой где-нибудь неподалеку. Свежие силы с орбитальной станции означали неминуемое поражение конструктов.

46
{"b":"7199","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Единственный и неповторимый
Последнее прости
Если с ребенком трудно
12 встреч, меняющих судьбу. Практики Мастера
Последнее дыхание
Источник
Отец Рождество и Я