ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Кровь деспота
Всегда кто-то платит
Пропаданец
Чаша волхва
Академия темных. Преферанс со Смертью
Дори и чёрный барашек
Бодибилдинг и другие секреты успеха
Каникулы в Раваншире, или Свадьбы не будет!
Что скрывают красные маки
A
A

Объяснять ничего не пришлось, перед нами просто открыли дверь кабинета. Приготовленные заранее вежливые извинения я проглотил: так можно и обидеть.

Синьор Террачино предложил девочкам выйти, а нам помочь Гвидо раздеться. Да-а, в таких синяках и ссадинах я был два раза в жизни: подарочки от бывшей банды Бутса его брошенному протеже, нормальным детям такой опыт ни к чему.

— Нет, — прохрипел Гвидо, — они меня не покалечили… умеют… А то ведь неприятностей не оберешься…

— Кто?! — почти хором спросили мы.

— Ну эти четверо, весной… Только теперь их шестеро.

— Идиоты! — взвыл Алекс. — Нам с тобой надо было не дурачиться, а вбить их в землю по самые уши! Чтобы больше в голову не пришло!

Я был с ним согласен.

— Рэкет? — спросил Лео.

— Чего?

— Ну у нас тоже есть такие, деньги отбирают. Думаешь, зачем я так тренируюсь?

— Понятно, — прошептал я.

Мне стало понятно сразу очень много всего. Во-первых, безопасный район, где живёт Лео, не такой уж безопасный, просто здесь это не так, как я привык. Во-вторых, Гвидо, герой обороны Джильо-Кастелло, конечно, не мог отступить ни перед кем. Поэтому все так плохо и кончилось.

— Девчонок надо отправить по домам, и Гвидо тоже, — решил я. — Как мы будем искать этих?

— Просто, — ответил Лео, — наверняка у них фиксированный район фланирования. Если вы кого-то узнаете — никаких проблем.

В это время синьор Террачино закончил сканирование и осмотр Гвидо.

— Переломов нет, сотрясения мозга — тоже. Остальное — сами видите, — вздохнул он, — сейчас я его обработаю.

Мы помогли оказать Гвидо первую помощь. Измученный, он так и заснул на кушетке.

Врач накрыл его покрывалом и поманил нас в соседнюю комнату.

Девочки бросились к нам:

— Ну что?

— До свадьбы заживет, — успокоил их врач, — девочки могут пока остаться здесь; если вы задержитесь, я развезу их по домам. Не перестарайтесь, ребята! — напутствовал нас синьор Террачино.

— Тут трудно перестараться, — заметил я, — спасибо вам, до свидания.

Когда мы выходили, я услышал, как синьор Террачино спрашивает у дочери:

— Джесси, и который из них твой? Алекс удовлетворённо ухмыльнулся.

— Значит, так, — начал я, — они проведут эту ночь в больнице, согласны?

— Может, лучше в морге? — предложил Алекс.

— Хорошая идея, — невозмутимо подтвердил Лео.

— Я серьёзно!

— Я тоже.

Не только меня скрутило от ненависти.

— Лежачего не бьют, — криво ухмыльнулся я, — его поднимают и бьют, потом опять поднимают и опять бьют.

— Если мы попадемся охране — мало не покажется, — предупредил Алекс.

— Гвидо они не защитили, — возразил Лео.

— Я не предлагаю отказаться, — возмутился Алекс, — просто отметил.

— Угу, — согласился я, — ладно, начнем искать с того места, где мы нашли Гвидо.

Мы ходили довольно долго, пока Лео, знатоку обычаев всякого хулиганья, не пришла в голову замечательная идея:

— Пусть лучше они нас ищут!

— Что?

— Ну если мы будем вести себя понаглее, им сообщат, и они сами прибегут разбираться с теми, кто зашёл на их территорию.

— Я всегда говорил, что ты — гений, — проникновенно произнёс Алекс.

— А как ведут себя понаглее? — заинтересовался я.

— Да, — задумчиво проговорил Лео, — у нас не получится. Можно хотя бы разговаривать погромче. И дорогу никому не уступать.

Дальше мы шли в молчании: орать никому не хотелось. Но прямо посереди улицы и никому не уступая дорогу, Алекс чувствовал себя так неловко, что с облегчением вздохнул, когда они наконец на нас вышли. Прекрасно. Двоих я узнал. Они нас, впрочем, тоже узнали (а! Приятели бедного маленького Гвидо!), но по дури своей решили, что вшестером справятся.

Для начала они собрались загнать нас в угол, чтобы мы не смогли сбежать, мы с удовольствием загнались, а потом быстренько сделали рокировку — они и понять не успели как. «В бою никогда не злись», — часто повторяет сенсей. Я и не злился. Я спокойно вышибал дух из той пары, которая мне досталась. Алекс и Лео поступали так же, и помощь им не требовалась. Минут через десять этих скотов действительно пришлось поднимать, чтобы вдарить им ещё по разу. Я придавил к стенке и придушил их главаря:

— Ты, ублюдок, ещё кого-нибудь тронешь — убью! Он испуганно покивал. Я врезал ему ещё раз. И услышал за спиной:

— Всем стоять!

Мы попались. Неважно. Главное, этих прибили качественно. Я выпустил горло, которое сжимал, и повернулся лицом к городским охранникам. За моей спиной что-то шмякнулось.

Виноватым никто из нас не выглядел, и это очень не понравилось сержанту, начальнику патруля.

— Вызовите медслужбу, а этих — в мобиль, — приказал он.

Мы без сопротивления забрались в машину: огрести электродубинкой никто не хотел, и вообще, попались, так что уж тут…

В машине мы молчали. У каждого на кончике языка висел вопрос, что будет с нами дальше. Но никто не собирался сдаваться и задавать его первым. Если бы кто-нибудь из нас знал, что нас ждёт, уже бы поделился информацией.

В участке нам велели зайти в клетку и ждать. Почему-то мне показалось, что в этом нет никакой необходимости, просто психологическая обработка. Они просчитались, у каждого из нас свой сенсей, и все они настоящие мастера. Поэтому когда офицер городской охраны пришёл с нами разбираться, он обнаружил в клетке трех спокойно медитирующих мальчишек. Вид у него был удивлённый и недовольный: не подействовало.

— Выходите! — приказал он.

Мы вышли. Некоторое время он нас разглядывал. Безрезультатно. Дрожать никто не начал. Я поймал его взгляд и не отпустил: сейчас ты прекратишь тянуть резину.

— Вы знаете, что вы их чуть не убили? — не выдержал он наконец.

— Ну так не убили же, — лениво ответил я.

— Думаете, вам это сойдет с рук, папенькины сыночки?!

Мы переглянулись.

— Классовая солидарность охранников с хулиганами, — заметил Алекс.

— Чего? — не понял офицер.

Истории он не изучал, это шутка для нас троих.

— Назовитесь.

Мы назвали свои фамилии и имена. Офицер поискал нас по муниципальной базе. По-моему, он очень хотел влепить нам лично, но не решился. Очень уж у меня знаменитая фамилия. Да и вид у нас был такой… Готовность сопротивляться, если надо, до смерти. Офицер опять надолго задумался. Ну надоел, зануда!

Наконец он собрался с духом, сел за комп и набрал какой-то номер, как оказалось, профа.

— Генерал Галларате, простите за беспокойство. Лейтенант Аличе, третий участок охраны порядка.

— Я вас слушаю, — раздался голос профа.

— У нас здесь ваш сын с приятелями, мы задержали их потому, что они зверски избивали другую компанию мальчишек…

О том, что их было шестеро, он не упомянул.

— Продолжайте…

— Тех пришлось отправить в больницу.

— Так, ясно. Поверните монитор, пожалуйста. Смотреть в глаза профу на этот раз почему-то было непросто.

— Вы перестали отличать войну от мира? — печально спросил проф. — И вооружённых десантников от детей?

Мы промолчали. Не буду я оправдываться. Не хочу, не здесь… лучше поскорее оказаться дома…

— Лейтенант Аличе, правильнее всего будет, если вы просто сообщите об этом родителям. Я вас уже понял.

— Хорошо, — согласился Аличе, — до свидания.

Он обернулся к нам:

— Вы можете идти, лучше всего — домой.

Не слишком чистая улочка с обшарпанными стенами домов и чахлыми деревцами показалась мне райским местечком.

Почему я никогда не ценил свободу просто пойти в ту сторону, в которую хочешь? Я вдохнул поглубже.

— Естественная вентиляция лёгких, — попытался пошутить Алекс, вид у него был мрачный, мрачнее я его никогда не видел.

Мне тоже, если подумать, веселиться нечему: проф здорово разозлился, чужим это, конечно, незаметно.

— А по-моему, — потянул Лео, — мы всё сделали правильно.

Алекс сразу же приободрился.

— Ну не совсем, — пробормотал он, — но в общем… Мои друзья правы: чего это мы? С какой стати тут такие похороны? Почему это я решил, что проф поверит чьему-нибудь слову против моего? И почему это мы «не совсем правы»?

20
{"b":"72","o":1}