ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Верность, хрупкий идеал или кто изменяет чаще
Плен
Ключевые модели для саморазвития и управления персоналом. 75 моделей, которые должен знать каждый менеджер
Грани игры. Жизнь как игра
Аутентичность: Как быть собой
Министерство наивысшего счастья
Душа наизнанку
Замок из стекла
Один против Абвера
A
A

Первые пятьдесят часов пролетели быстро. Я спал, изучал устройство корабля и знакомился с экипажем. Надо сказать, команда подобралась веселенькая.

Кроме свиноподобной капитанши и сексуально озабоченного Лестера, «Красный Торговец» имел на борту пилота-дезертира, повара по прозвищу Убивец и дотошного грузового мастера Крещенко. Еще было пятнадцать или двадцать андроидов — часть носили имена, а остальные различались по номерам. Самый примечательный из них, окрещенный Фантомом в честь персонажа «Фантома Оперы», как мне сказали, нуждался в полной электронной настройке. Я решил, что с ним лучше держать ухо востро.

Все это было интересно, но не помогло разобраться с моей работой. Работой в секции гидропоники — ферме. Производство падало, и, учитывая прожорливость капитанши, мне грозили крупные неприятности. Особенно после того, как капитанша надавила на Убивца, а он стал давить на меня.

Наконец после очередного столкновения с поваром, размахивающим огромным мясницким ножом, я удалился в свою каюту и сел перед компьютером. Курсор подмигнул мне, как электронный извращенец, хорошо знающий мою слабость и готовый ею воспользоваться. А все из-за того, что скопидомы-корпы оборудовали «Красный Торговец» персональными компьютерами с ручным управлением. Лишили меня, гаденыши, системы голосового распознавания, на которую я привык полагаться, и без нее мне хоть плачь.

Я вставил диск, нажал соответствующую клавишу и с тоской уставился на появившиеся знаки. Надо постараться, вдруг получится? Я впился глазами в экран. Нет, бесполезно. Письмена оставались бессмысленными, как всегда, отрезая меня от необходимой информации. Во мне кипела ярость.

Я грохнул кулаком по столу так, что клавиатура подскочила. Это нечестно, черт побери! Я должен был уметь читать, должен был понимать эти закорючки, иначе «Мишимуто Корпорейшн» никогда в жизни не завербовала бы меня. Черт, я же был офицером, а где ты видел неграмотных офицеров?!

Но кусок металла, отнявший у меня воспоминания, отнял и умение читать. И все, на что я остался способен, — это убивать людей.

Ярость утихла, и по щекам поползли слезы. Мне стало жалко себя. Я подумал о тех двоих, о которых говорил Бей. Интересно, что они чувствовали? Наверное, то же самое. Может, поэтому один из них покончил с собой, а вторая угодила в психушку? И что там с черепными пластинами? Совпадение? Одинаковые травмы одинаково лечились?

Или тут что-то другое?

От вопросов заболела голова. Я отбросил их и сосредоточил внимание на более насущной проблеме. Раз я не умею читать, значит, надо найти того, кто умеет, и от него узнать то, что мне нужно. Для таких случаев существует целый ряд приемов, что-нибудь да сработает. Конечно, ситуация требовала большого притворства, но уж не настолько, чтобы я не сумел выкрутиться.

Я вытащил диск, взглянул на часы и встал. Моя каюта, маленькая по сравнению с каютами постоянных членов экипажа, была все же удобна. Койка с пультом подвесного развлекательного комплекса, шкаф, вмещавший в десять раз больше одежды, чем у меня было, и рабочий стол-компьютер. Единственное, что осталось от предыдущего жильца, — это полупустая бутылка самогона, спрятанная под матрасом, и черный носок в одном из ящиков.

Я вышел в коридор и постучался к Саше. Времени хватало: ее смена начиналась только через час.

— Кто там? — спросил приглушенный стальным люком Сашин голос.

— Это я, Макс.

— Ты один?

Я огляделся. Лестера нигде не видно, коридор пуст.

— Ага.

Люк открылся. Саша высунула голову. Вместо бинта ее глаз закрывала черная повязка, придававшая девочке пиратский вид. А в сочетании с бюстгальтером и трусиками она напомнила мне самые экзотические стрип-шоу из тех, что я когда-либо видел. Приятно, конечно, что тебе доверяют, и все же меня это заело. Я почувствовал себя дядюшкой Максом, немного эксцентричным, но, в сущности, безвредным. Даже не подозревая, что обижает мое мужское самолюбие, Саша махнула рукой, чтобы я вошел.

— Привет, как дела? — поинтересовался я.

— Лестер — головная боль, но в остальном нормально. А у тебя?

— Да так, — небрежно ответил я, входя в образ. — Капитанша поперек горла стоит… а что еще новенького?

Саша кивнула.

— Я тебя понимаю. Меня саму уже тошнит от описей Крещенко. Держу пари, этому зануде снятся десятичные точки. А чем ты все-таки занимаешься?

Я пожал плечами.

— В том-то и дело. Я еще не начинал и капитанша рвет и мечет. Я уж не говорю об Убивце.

Саша натянула брюки. Я старательно пытался не замечать, какие у нее красивые ноги, но, боюсь, не получилось.

— Не начинал? Почему? — удивилась она.

Я показал диск, заблестевший в свете лампы.

— 1001100101111000011110. Мудреное дело. Мне бы не хотелось ошибиться

Саша понимающе кивнула ,будто я только и делал, что ошибался. Впрочем, так оно и было.

— Хочешь потренироваться? Нет проблем. Давай посмотрим.

Мое сердце победно забилось когда она вставила диск и нажала клавишу.

— С чего начнем?

— С начала, — быстро ответил я. И читай вслух. Я так лучше усваиваю.

Кивнув, Саша начала читать:

— Пищевая производственная система «Ньютралайф 4000» предназначена для использования на кораблях IV класса и рассчитана на двадцать человек экипажа и пассажиров. Необходимо снабжать систему достаточным количеством кислорода, воды и питательных веществ. Неисполнение этого требования снизит возможности системы по обеспечению потребителей сбалансированным питанием и аннулирует гарантии «Ньютралайф».

Она остановилась, немного помолчала, хмурясь, потом указала на экран.

— Что это за слово?

Я медленно покачал головой.

— Понятия не имею.

Саша подняла брови.

— Неужели? Ты не знаешь слова «и»?

Кровь бросилась к моим щекам. Я попробовал выкрутиться.

— Конечно, я знаю…

Девочка не дала договорить, остановила меня. Она смотрела так серьезно, как только может смотреть человек с черной повязкой на глазу.

— Признайся, Макс, ты не умеешь читать. Такое бывает при повреждениях мозга.

В ее голосе звучала печаль, будто она наконец приняла то, что знала с самого начала, но до сих пор ухитрялась игнорировать.

— Люди думают, что ты глупый, раз не умеешь читать.

Ее пальцы коснулись моей руки. Я поднял голову. Передо мной снова была милая Саша, та самая Саша, которая целовала мою щеку и бывала иногда такой чуткой.

— Ты далеко не глупый, Макс. С ограниченными возможностями, да, и временами странный, но далеко не глупый.

Комплимент показался мне довольно сомнительным, но я все же решил принять его. И сразу стало тепло, я почувствовал себя любимым и, черт возьми, почти нормальным человеком.

Саша посмотрела на часы.

— У меня есть около сорока пяти минут. Давай работать.

Она читала, я слушал и постепенно начинал понимать. Еще несколько занятий — и через два цикла, как раз перед той сменой, когда Убивец пообещал меня выбросить, я был готов к работе. Точнее, почти готов, так как безбрежное море разной технической информации как в одно ухо вошло, так из другого и вышло.

Но Саша объяснила, что пугаться нечего: к ферме прикреплены как минимум три андроида, и технические подробности — их забота. А моя роль — надзирать и обеспечивать «психоподкрепление», как это названо в диске инструкций, но что часто звучало и как «ласка». Итак, вооруженный новоприобретенными знаниями и исполненный самых лучших намерений, я отправился на ферму. Она располагалась в последней трети корабля и состояла из двух секций.

Первая напомнила мне револьвер. Девять цилиндров вращались вокруг центральной оси, но вместо патронов каждая камера содержала гидропоническую цистерну тридцати футов длиной. Вместо почвы — тяжелой и, следовательно, дорогой — в желобах была вода, смешанная с питательными веществами. Каждая цистерна имела защиту от радиации и собственную оросительную систему, а солнечный свет получала от наружных солнечных коллекторов.

21
{"b":"7200","o":1}