ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Тиспин уже начала жалеть, что согласилась на поездку, когда машина проскочила между двумя здоровенными камнями и оказалась на петляющей, но вполне приличной дороге. Внизу мерцала вода залива Таджура. Голубые волны искрились в лучах солнца, на ветру шелестели листья пальм.

— Вот куда мы направляемся, — заявил Були. — Хотите пива?

Тиспин стерла пот со лба. Полковник остановил машину, обошел ее и открыл багажник. На льду лежало две дюжины банок с пивом, бутылка вина и корзина с закуской. Кто-то — скоре всего Файкс — засунул в багажник пару тяжелых карабинов, таким способом он выказывал свое неудовольствие. Були ухмыльнулся и оставил оружие в багажнике.

Тиспин, наблюдавшая за пехотным офицером, подумала, что он очень красив. Она взяла банку пива, откупорила и сделала несколько глотков. Холодное и терпкое. Великое благо для пересохшего горла.

«Как же лучше поступить? Сохранить наши отношения платоническими или показать ему, что я готова перевести их в другое русло? Если, конечно, у него есть такое желание. Були мне не подчиняется, что облегчает дело, но он младше по званию. Если только у меня не отберут одну звездочку... тогда мы станем равными».

Эта мысль успокоила Тиспин. Нет смысла решать несуществующие проблемы, лучше сосредоточиться на настоящем.

— Хорошая идея, — заявила она, сама не очень понимая, что имеет в виду.

Дорога спускалась вниз по плавной спирали. Они миновали заброшенную гостиницу и выехали к морю.

Були уверенно вел машину между пальмами. Вскоре он свернул к берегу, остановился и открыл сумку.

— Хотите искупаться? У меня есть несколько масок... посмотрите, может, одна из них вам подойдет.

На Тиспин под рубашкой и шортами был надет купальный костюм. Она сбросила верхнюю одежду и выбрала маску.

Були, оставшийся в одних плавках, показал в сторону воды:

— Готовы?

Тиспин кивнула и последовала за полковником. Серебристая грива начиналась у основания черепа офицера, закрывала всю спину и заканчивалась возле плавок.

Неожиданно Тиспин поняла, что грива не вызывает у нее отвращения, скорее даже нравится.

Поскольку залив защищал западный мыс Арта, вода здесь была спокойной и теплой. Мелкий белый песок ласкал ноги. Энджи легла на спину, надела ласты и маску. Були помахал ей рукой, и она поплыла за ним. Течение собирало песок в складки, кусочки кораллов лениво дрейфовали вдоль дна, изредка мимо проносились крошечные, почти прозрачные рыбки. Затем, когда вода стала немного холоднее, а волны более заметными, дно исчезло.

Були коснулся ее руки и показал вперед. Тиспин вдохнула через трубку отдающий пластиком воздух и заработала ластами.

— Були почувствовал, как прохладная вода смыкается над головой, и взглянул на свою спутницу, чтобы проверить, все ли с ней в порядке. Природа наделила Тиспин стройным, почти мальчишеским телом. Ее ноги работали уверенно и ритмично — она явно не новичок в подводном плавании.

Розовато-оранжевые кораллы поднимались им навстречу, стая мелких рыбешек свернула в сторону... Они оказались в саду, где цвели великолепные морские анемоны. Затем легкие Були начали протестовать, он вновь коснулся руки Тиспин и пальцем показал, что пора подниматься на поверхность. Высоко над ними сияло голубое небо.

Глубокая голубая вода скрывала множество тайн, в том числе останки древних кораблей, малоизвестные формы жизни и жерла вулканов. Машинный разум знал о подобных вещах, однако воспринимал их лишь как переменные, лишенные всякого смысла.

Имела значение лишь миссия, на реализацию которой и были сейчас направлены все силы машины — что являлось слабостью и одновременно немалым ее достоинством. Машина знала, что ее возможности ограничены, как и то, что враг наделен разумом, более того, она могла воспринимать мысли и ощущения биотел.

Боевая подводная лодка с корпусом длиной триста семьдесят футов получила приказ отправиться на противоположный конец света и перехватить еще более крупное подводное судно. А когда люди на его борту начнут кричать от боли, искусственный разум уничтожит существо, которое придет к ним на помощь.

Очень хитрый план, пожалуй, даже слишком хитрый, чтобы подводная лодка могла его оценить, впрочем, это не имело значения.

Впереди послышался шум, такой издают винты, работающие под водой.

Боевая подлодка сверила параметры шума с теми, что имелись в ее базе данных, зарядила в пусковые установки шесть наводящихся по звуку торпед и приготовилась открыть огонь.

Конечности Солы покрывали сотни квадратных миль океана, в результате чего могли поглощать почти неограниченное количество солнечного света. Замечательного, изысканного света, отличавшегося от света ее родной планеты и обладавшего собственным уникальным букетом.

Большую часть времени она проводила в полусне: плыла по течению, неторопливо размышляла, не обращая особого внимания на окружающий мир. Ну, почти не обращая внимания, поскольку Сола не могла полностью игнорировать плывущие по поверхности моря суда, которые могли случайно повредить ее нежные конечности — или тысячи разумов, строивших планы и интриговавших до тех пор, пока эфир не наполнялся грохотом мыслей.

Среди тысяч разумов, ощущаемых Солой, многие принадлежали дельфинам, эти примитивные существа обладали своеобразным мышлением и всегда жили только настоящим. Именно перемещаясь от разума одного дельфина к другому, Сола впервые поняла, как замечательно скользить на гребне волны, догонять убегающую добычу или спариваться в мерцающей голубизне.

Они звали Солу, молили, чтобы она пришла, и она уступила их мольбам.

Построенный для того, чтобы удовлетворять потребности «Центра подводных исследований Синтии Хармон», «Леонид» имел водоизмещение девятнадцать тысяч тонн, его длина достигала пятисот семидесяти футов, а ширина — сорока пяти футов. На борту лодки установили два атомных двигателя Норго, каждый мощностью сорок тысяч лошадиных сил, позволявших подводному судну развивать скорость до тридцати узлов.

Два отсека подлодки были забиты припасами, в остальных разместились двести бойцов сопротивления и команда, состоявшая из шестидесяти человек. Часть команды работала ради денег, но некоторые, как, например, капитан Майк Финн, пришли в сопротивление по зову совести. Финн был мужчиной крупным, но не особенно высоким. Черные волосы, такая же борода и быстрая улыбка делали его весьма привлекательным. Он всегда носил яркие цветастые рубашки поверх безупречно белых брюк. Таким способом Финн старался упростить себе жизнь, уменьшить количество переменных, с которыми приходилось иметь дело, и добиться душевного спокойствия, коего он постоянно искал, но никак не мог достичь. С другой стороны, о каком покое может идти речь на подлодке, набитой контрабандой, в океане, полном врагов, да еще когда тебя мучит изжога?

— Есть контакт, шкипер, — раздался голос в наушниках. — Источник звука прямо у нас за кормой и быстро нагоняет. Судя по шуму, боевая подлодка.

Финн выругался, выскочил в коридор и помчался на капитанский мостик. Он посмотрел на экраны, понял, что оператор не ошибается, и принял решение. «Леонид» не был военным кораблем, из чего следовало, что оружия на борту нет.

— Приготовить акустические ложные цели... Выпускайте!

— Готовим бесшумный запуск... выполнено.

— Включить сигнал тревоги. Докладывать о потерях. Приказы были выполнены быстро и эффективно. Если маневр с акустическими торпедами не сработает, «Леонид» попытается уклониться от встречи с врагом, но больше Финн ничего сделать не мог. Более двухсот душ за стальными переборками ждали решения своей судьбы.

Сола нырнула, наслаждаясь тем, как вода обтекает гладкую дельфинью кожу, однако страх заставил ее вернуться на поверхность.

Ей понадобилось менее секунды, чтобы установить его источник — множество отдельных разумов — и разобраться в ситуации: подводная лодка, на борту которой находятся Добровольцы, подверглась нападению противника.

71
{"b":"7201","o":1}