ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Руни припомнила, что в коридоре она видела бочку с водой. Очень быстро она подошла к ней умыться, надеясь не повстречать никого. Памятуя о столкновении с Эмбалой и Гутруной, лесянка совсем не хотела вступать в новый конфликт.

— Позже я познакомлюсь со всеми, однако сначала мне нужно немного привыкнуть к их жизни, — решила она.

Возвратившись в комнату, Руни увидела, что сестра уже встала, а вскоре к ним постучали. В дверь вошла Ильди с ее деревянной шкатулкой. Руни сразу отметила, что появление девушки очень приятно Свельд. Было похоже, что они обе уже подружились.

— Мне лучше уйти, чтобы снова не вспыхнул скандал! — вдруг мелькнуло у нее в голове.

Эта девушка не вызывала у Руни ни неприязни, ни дружеских чувств. Она видела, что служанка боится ее. Недоверие Ильди слегка задевало лесянку, но Руни уже понимала, что сама пробудила его. Наблюдая, как ловко служанка вынимает расчески и баночки с краской, которые ставит на стол перед Свельд, она вдруг ощутила: закончив с лицом и прической сестры, эта Ильди, как раньше Гутруна, начнет говорить, что негоже расхаживать ей в таком виде. Свельд тут же поддержит ее, убеждая, что лучше смириться и никого не дразнить.

— Они дали нам все, что смогли! Они приняли нас! — неустанно твердила сестра в прошлый вечер. — Почему же ты так обижаешь их? Неужели ты вправду стремишься к тому, чтобы каждый над тобой потешался?

Совсем не желая повтора вчерашней сцены, к тому же в присутствии Ильди, лесянка стремительно встала.

— Пойду прогуляюсь, — как можно беспечней сказала она.

Изумленно-растерянный взгляд сестры лишь подхлестнул ее, так как Руни прочла в нем надежду продолжить их прошлый спор.

— Свельд действительно верит, что так будет лучше обеим, но я — не она, — вдруг подумала Руни, спускаясь к выходу.

Выйдя из замка, лесянка остановилась. Солнечный свет на минуту ослепил ее и, прикрывая глаза, Руни вдруг ощутила, что улыбается.

— Как много солнца! Нечасто нам выпадает такое хорошее лето, — мелькнуло у нее в голове.

Двор был очень просторным. Вокруг было много строений. Лесянка с первого взгляда узнала невысокую кухню и кузницу. Часть домов могла оказаться амбарами или складами. Конюшен, как и сеновалов, не было видно с крыльца. Пивоварню и баню с прачечной тоже. Вокруг деловито сновали прислужники. Неподалеку от крыльца на нагретых камнях разлеглось уже несколько крупных охотничьих псов. При появлении Руни собаки дружно вскинули уши, как будто прислушавшись, а потом, встав и виляя хвостами, потрусили к ней, словно бы знали давно.

Поведение псов взволновало и тронуло. Эти собаки показали ей, что для животных она еще прежняя. Гибель дромма от “голубого цветка” не смогла отттолкнуть их. Склонившись, лесянка погладила острую морду ближайшей собаки, и она тут же перевернулась на спину, словно игривый домашний щенок. Вскоре свора каталась по плитам, махая лапами в воздухе.

Зрелище было настолько забавным, что часть прислужников остановилось, желая как следует все рассмотреть. Очень скоро в быстро растущей толпе наблюдателей раздались шутки, смех и советы, как лучше использовать столь нежданную преданность псов. Но внимание не раздражало. Впервые Руни вдруг захотелось прыгать, смеяться, делить свою радость с веселой толпой. Эти люди от чистого сердца, открыто восхищались и ей, и собаками, в шутках не было злобы и зависти, не было тайных страстей.

Неожиданно ей захотелось что-нибудь им показать. Встав и вытянув руку, Руни громко сказала собакам: “Вперед!” Они сразу вскочили с булыжников, чтобы исполнить команду, взяв этот барьер.

Увлекшись собаками, Руни не заметила, как все затихли, и тут же ощутила спиной чей-то взгляд. Обернувшись, она замерла: среди пестрого сборища слуг стоял Орм. Она сразу узнала его. В ярком солнечном свете он не был похож на пугающий призрак из сна. Руни впервые заметила, что Победитель действительно очень красив. Не сводя с нее взгляда, Орм, как и другие, улыбался ей.

— Ты умеешь подчинить гончих псов! Они редко кому разрешают так обходиться с собой, — преднамеренно громко сказал он лесянке.

Неожиданно Руни вспыхнула. Ей показалось, что Победитель сейчас при всех скажет:

— Но я не собака и не позволю так обращаться со мной!

Однако догадка не оправдалась. Орм, продолжая ей улыбаться, присел на ступенях крыльца. Все зеваки, вдруг вспомнив о важных делах, поспешили покинуть двор, разбредясь, кто куда. И, по-прежнему искоса глядя на Победителя, Руни подумала:

— Он сейчас подойдет ко мне!

Сделав вид, что еще продолжает возиться с собаками, она стала ждать. Орм не двигался. Руни вдруг поняла, что хозяин желает, чтобы лесянка сама сделала первый шаг.

— Он имеет на это полное право! — подумала Руни, однако ей было нелегко подойти.

Лучи солнца играли на темно-пурпурной рубахе, скользили по черным блестящим кудрям молодого мужчины. Сверкали белки темных глаз.

— Он красив… И совсем не похож на лесного хищника… Так почему я боюсь его? Гутруна может говорить что угодно, но сам он пока что ничем не обидел меня… И спас Свельд! Будет глупо не подойти к нему… — размышляла она, не решаясь сдвинуться с места.

Как будто поняв ее или устав дожидаться, Орм встал со ступеней и подошел. Все еще улыбаясь, он спросил у нее:

— Неужели только эти собаки способны вызвать твой интерес?

Вскинув взгляд, она удивленно переспросила:

— Собаки? Конечно же, нет. Почему…

— Почему я спросил это? Просто я позавидовал им!

В тоне Орма упрека не было, но Руни стало неловко под взглядом Победителя. Раньше никто так не смотрел на нее.

— Может, стоит раскрыться? — на миг промелькнуло в сознании Руни, которая сразу воздвигла меж ними барьер.

Но прежний опыт подсказывал: это опасно. Кто знает, какие чувства теснятся в человеческом сердце? Готова ли Руни понять их и воспринять? Интуиция говорила, что вряд ли они будут доступны ей. Постаравшись, чтобы голос не дрогнул, Руни сказала:

— Я знаю, что вы вступились за Свельд. Я вам так благодарна!

— Пустое! — небрежно ответил он.

— Почему же?

— Не стоит говорить о ней. Лучше скажи, тебе нравится в замке?

И снова ей показалось, что за словами скрыт какой-то подтекст.

— Я не знаю, — откровенно сказала она.

“Если бы не защита!” — опять застучало в висках.

Руни сама не заметила, как потеряла нить разговора. Орм о чем-то спросил, она что-то ответила, не вникая в смысл. Почему-то ей снова стало не по себе, хотя этот мужчина был очень внимателен. Руни не в чем было его упрекнуть, но тревога не проходила. “Сейчас здесь что-то случится!” — твердило ей сердце. Нежданно в памяти всплыл странный сон.

Орм, должно быть, считая, что слов уже хватит, склонился к ней, чтобы обнять, но лесянка отпрянула, словно испуганный зверь. Вновь волна чужих чувств!

…Восхищение крепко сплеталось с самодовольством… Решимость с пренебрежением… Нежность с желанием власти… И вера в свое несомненное право решать за другого, поскольку любой будет счастлив покориться ему…

Эта смесь испугала до смерти… Орм вдруг показался ей даже не Бером с оскаленной пастью, а жуткой воронкой из “перекрестка”, которая жадно стремилась втянуть ее. И, восприняв этот образ, Руни рванулась и бросилась прочь.

Ее выходка очень обескуражила Орма. Не двигаясь с места, он изумленно смотрел ей вслед. Несмотря на вчерашнюю встречу с Эмбалой, наговорившей о Руни ему невесть что, Орм был счастлив увидеть лесянку. Радость, которой сияли ее глаза, взволновала его. Наблюдая за веселой возней лесной гостьи со своими собаками, он терял голову.

Волны сверкающих белых волос… Удивительно хрупкие руки среди мягкой шерсти охотничьих псов… Звонкий смех, отвечавший на шутки людей… Необычно короткое платье, не скрывавшее даже колен… Голубой ореол, окружавший ее…

38
{"b":"72019","o":1}