ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Эта Белая Рысь возбуждала до дрожи, но к страсти вдруг примешалась неясная нежность, умиление. Орм просто замер на месте, любуясь ей. Он боялся спугнуть непривычное чувство, проникшее в душу. Внезапно Руни вздрогнула и обернулась. Бледные щеки не зарумянились. Видно, она не умела краснеть, но смущение ясно читалось в настороженном взгляде огромных сверкающих глаз.

Она не посмела подойти к нему, просто присела рядом с собаками, но ей уже было не до игры. Понимая, что девушка сильно робеет, он сам подошел к ней, о чем-то спросил. Она что-то сказала в ответ, но слова не имели значения. Он был счастлив, что Руни рядом с ним, что сумела разрушить монотонную скуку обыденной жизни, пробудить незнакомые чувства в пресыщенном сердце.

— Я хочу тебя… Я теряю голову…

Сколько раз в своей жизни твердил он женщинам эти слова, и они принимали их как настоящий подарок. Однако лесянка как будто не слышала их, только яркие искры в ее необычных глазах потускнели.

— Не бойся, ты будешь счастлива! Руни, ты не пожалеешь, что пришла ко мне…

Сами слова доставляли ему наслаждение, говорить их было безумно приятно. Он даже не спешил обнимать ее, чтобы, ускорив события, не лишиться ощущения новизны.

— Мой прелестный Рысенок! Я сразу же понял: ты создана для меня! Ты прогонишь скуку, ты скрасишь мою жизнь… Ты доставишь мне множество удовольствий, а я… Я действительно буду любить тебя! Твоя кротость достойна награды… — с волнением думал Орм, представляя, как Руни склоняет головку к нему на грудь, моля взглядом о ласке, но…

— Я ведь высказал все, я раскрыл свою душу! — мелькнула вдруг неприятная мысль. — Неужели возможно быть такой робкой? Другая давно бы…

С другой бы он больше не стал разговаривать, просто подумав: “Если не хочешь, то дело твое!” Он ушел бы, ни разу не обернувшись, забыв, что такая была в его жизни, но Руни… Она не была любой. “Может, лесяночка просто не знает что делать?” — внезапно подумал он и, наклонившись, нежно обнял ее.

Поведение Руни вызвало шок. Она просто рванулась, как будто ее обнимал не мужчина, сводивший с ума всех красавиц, а монстр.

— Так зачем же ты пришла сюда? — думал Орм, изумленно глядя вслед убегавшей лесянке.

Своим поведением Руни серьезно задела его самолюбие, вызвав вопрос: “Что за игры она начала?”

— Хорошо хоть свидетелей не было! Мне не хватает только нелепых шуточек, — раздраженно подумал он, но женский голос мгновенно развеял иллюзию, обратившись к нему:

— Господин… Господин, не терзайте себя, Руни ведь не хотела обидеть Вас! Она просто еще не привыкла к человеческой жизни. Вы очень смутили ее…

Обернувшись, Орм изумленно взглянул на служанку.

— Новая, что ли? — мелькнуло у него в голове. И лишь только минуту спустя он вдруг понял, с кем говорит.

— Мы ведь выросли в диком лесу! Кроме мамы, мы не видели никого, только разве старую знахарку. Руни трудно поверить, что вы снизошли до нее. Она думает, вы пошутили…

В теплых карих глазах неожиданно вспыхнули слезы:

— Простите! Простите ей глупую выходку! Что мне сделать, чтобы вы вправду простили ее?

“А она ничего! Не такая дурнушка, как показалось сначала, хоть и не так хороша, как сестра, — удивленно подумал он. — Почему? Точно те же лицо и фигура… Отличаются волосы и… Неужели все дело в загадочных синих глазах?”

— Господин, Руни скоро полюбит вас, обещаю! Клянусь вам жизнью!

— Ты уверена? — прямо спросил он у Свельд, уже зная ответ. — Почему?

— Потому что вас нельзя не любить! Вы особенный, непохожий на всех остальных!

Она и не пыталась скрывать своих чувств. Взгляд больших карих глаз мало чем отличался от взоров влюбленных женщин, к которым он привык с юности, но почему-то восхищение Свельд вдруг польстило.

— Не зря я спас эту девочку! — мимоходом подумал Орм.

Слова Свельд побудили взглянуть по-другому на произошедшее. Руни сбежала, как дикий зверек? Что ж, звереныша нужно подманить, приручить! Она этого стоит! Настанет день, когда Руни посмотрит ему в глаза так же влюбленно, как и ее сестра. Будет даже забавно покорить своенравную Рысь!

— Я прощаю ее! — снисходительно бросил он Свельд. — Для тебя!

Свельд не зарделась, однако большие глаза просияли таким беспредельным счастьем, что Орм улыбнулся. “Приятно кого-то порадовать!” — подумал он.

Через минуту Орм забыл о Свельд.

Глава 8

Подъемный мост, отделявший замок от леса и деревенских домишек, по счастью, уже был опущен, и Руни свободно прошла по нему. Возвращаться ей не хотелось.

— Почему я стремлюсь оттолкнуть его? — горько размышляла она. — В старых песнях герои легко избирали путь долга, а я… Свельд права, нужно думать о будущем! О том ребенке, с которым связана жизнь Гальдорхейма, и о его отце… Покориться! Принять все, как есть! Не метаться, не мучиться… Просто смириться и жить!

Руни знала, что сможет усилием воли пригасить свои чувства, отбросить картины, которые так испугали ее. Прожив рядом с Мероной, приемной матерью, больше пятнадцати лет, Руни помнила: был момент, когда она, против желания, стала улавливать мысли, эмоции старой измученной женщины, но это вскоре прошло. Тогда Руни открыла, что может мучительно остро воспринимать посторонние чувства, однако сама Жизнь дает ей защитный барьер.

— Встречаясь с Ормом, я быстро привыкну к нему. Перестану чувствовать страх, позабуду видения, странные сны и предчувствия… И придет день, когда я примирюсь. Я должна… Не хочу, но смогу! — повторяла лесянка, бредя по опушке.

Шумели густые кроны деревьев, свистели птицы, неподалеку журчал ручей…

Руни не знала, как долго бродила по незнакомому лесу. Она понимала, что не ушла далеко и вернется в замок, как только захочет. Однако, завидев маленький домик неподалеку от зарослей стронга, лесянка на миг замерла.

Руни сразу поразили три вещи. Во-первых, ни один человек не построит жилище так близко к ядовитым кустам. Сама Руни ничуть не боялась коварного запаха стронга, способного многих свести с ума, но Мерона всегда запрещала сестренкам приближаться к опасным цветам.

Во-вторых, домик был не деревянным, а каменным. В-третьих, рядом с ним вместо хвороста или привычных поленниц стоял большой ящик из плотно пригнанных досок, доверху полный камнями черного цвета. Руни измазала пальцы, попробовав вынуть один из них.

Вытерев руку, лесянка прошла к окну, (оно было распахнуто настежь) и заглянула в него. Потом, проказливо оглянувшись и сломив стебелек травы, она быстро и совершенно бесшумно вцепилась в небольшой подоконник и, подтянувшись, скользнула в окно.

Эрл так увлекся разбором старого свитка, что позабыл обо всем. Он не заметил, когда нахальная муха уселась на шею и поползла. Отмахнувшись, Эрл снова склонился к пергаменту, но насекомое не отставало. Щека… Шея… Ухо… Подняв руку, он попытался поймать муху или хотя бы прогнать, но она оказалась проворнее, тут же вернувшись за воротник.

Наконец он накрыл ее. Пальцы поймали не насекомое, а стебелек. За спиной кто-то сдержанно фыркнул и, обернувшись, Эрл изумленно взглянул на нежданную гостью.

Короткое платье из старой холстины… Причудливый хаос волнистых волос… Озорной взгляд пронзительно синих, сияющих глаз… Сейчас ей полагалось быть в замке, с его старшим братом, но Руни стояла в маленькой комнате, тщетно стараясь сдержать жизнерадостный смех. Ее пальцы сжимали конец стебелька, заменившего муху.

— Откуда ты, Руни?

Ничуть не смутившись, она прошла в комнату.

— Так, забрела!

Осмотрелась, взглянула на полку со старыми книгами, подошла… Прикоснувшись к ближайшему фолианту, сказала с гордостью:

— Я ведь тоже умею читать! А здесь что?

И потянулась к соседнему шкафу, где ярко блестели стекла светильников, даже при свете горевших зелено-голубоватым огнем.

39
{"b":"72019","o":1}