ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Наконец он выключил терминал компьютера, встал и с наслаждением потянулся. Потом надел портупею с кобурой, взял шляпу и вышел из бункера. Теперь рев шаттлов смолк, и снаружи стояла непривычная тишина. Над головой Мерикура сверкали звезды, отовсюду доносились звуки ночной жизни военной базы. С противоположной стороны бронетранспортера раздался негромкий смех: это сержант Уилкер отпустил одну из своих коронных шуточек. Потрескивали электрические разряды на установке связи, вдали послышался охотничий крик ночной птицы.

Осторожно ступая в темноте, Мерикур пробирался среди множества ящиков, зачехленных пушек и припаркованных машин. Он направлялся к своему катеру, который походил на гигантское насекомое. Коленчатые посадочные опоры превратили катер в какого-то великана-паука. Разогретое за день керамическое покрытие катера слегка потрескивало, сжимаясь от ночного холода. Вот и весь флот Мерикура. Да плюс еще корвет, барражирующий на расстоянии нескольких световых часов от планеты. Мерикуру стало смешно.

— Стой! О, простите, сэр. Я вас не узнала в темноте.

Женщина-часовой появилась откуда-то из тени у подножия катера.

— Все в порядке, рядовой. Как твоя лодыжка?

Солдат Слокам растянула лодыжку во время высадки. Мерикуру ее имя встретилось в списке больных.

Слокам была приятно удивлена.

— Уже все в порядке, сэр.

Мерикур приложил ладонь к сенсорному элементу замка на люке катера.

— Рад это слышать, солдат. Не подпускай сюда никого всю ночь. Я хочу немного отдохнуть.

— Никто не подойдет, сэр, — решительно ответила Слокам.

Раздалось шипение, люк открылся, и Мерикур шагнул внутрь катера. Он подождал, пока сработает автоматика шлюза и откроется внутренний люк. Лампочки горели вполнакала. Он не стал увеличивать их яркость. Красные, зеленые, янтарные «глаза» мигали ему из своих электронных берлог.

Раздевшись, Мерикур прошел в крохотную душевую и удовлетворенно вздохнул, когда теплые струйки воды забарабанили по его обнаженной коже. Он простоял под душем долго, вода массировала его тело, а из мышц и сознания уходило напряжение. Наконец Мерикур перекрыл воду и включил фен. Потом вышел из душевой и прошел по узкому переходу на корму, туда, где находилась его каюта.

Он нажал на кнопку. Люк открылся, и Мерикур шагнул в темноту. Он сразу понял, что в каюте уже кто-то есть, и знал, кто именно. Мягкий аромат духов Бетани ни с чем не спутать. Мерикур сел на койку. Его коснулись нежные руки. Он хотел что-то сказать, но теплые мягкие губы прильнули к его губам, и слова замерли в груди у Мерикура. Он медленно провел рукой по бедру Бетани, и в мире не осталось никого, кроме них двоих…

ПИР Мерикура лежал в темной рубке на куче скомканной одежды и размышлял над проблемой сна. Общая концепция казалась ему совсем не привлекательной. Что, если его вообще больше никогда не включат? ПИР и вздохнул бы, да не умел. Электронные приборы не имеют легких. А жаль.

«10»

Мерикур проснулся от какого-то нудного, монотонного гудения. Он поглубже зарыл голову в подушку, надеясь, что гудение прекратится, но оно не утихало. Наконец Мерикур сдался, на ощупь отыскал переговорное устройство, нажал на кнопку и рявкнул:

— Ну что там еще стряслось? Я же приказывал — без причины не беспокоить!

Эйтор Сенда развеселился:

— Боевая эскадра на орбите Теллера — это достаточно веская причина? Или я ошибаюсь?

— Веская, — ответил Мерикур и резко сел на постели. — Иду немедленно.

Он выключил транслятор и начал выпутываться из простыней.

— Куда ты? — спросила полусонная Бетани.

Она протянула руку и прижала Мерикура к себе.

Он нежно поцеловал ее в висок.

— Мне нужно на службу. Корабли Хайкен Мару подошли к Теллеру. У них на борту несколько тысяч цернианских солдат.

Она улыбнулась:

— Какая невоспитанность! Разве можно являться с визитом без предварительного звонка?

Он зарылся носом в мягкую ложбинку между ее шеей и ключицей.

— В самом деле? Что-то я не припомню, чтобы ты звонила вчера вечером.

Она слегка куснула его за плечо.

— А ты жалеешь об этом?

— Жалею? Сейчас я покажу тебе, как я жалею.

— Да неужели? А как же церниане?

— Церниане? Ах да, я совсем забыл…

Мерикур скатился с койки, открыл шкаф и принялся искать свежий форменный комплект.

— Послушай… В самом деле, а как ты очутилась в моей постели? Я думал, ты уже на борту «Бремертона», у Ямагучи, в полной безопасности…

Бетани уселась на койке и обхватила руками колени.

— Я была там. А потом передумала, села на шаттл и вернулась.

— Ты частенько это проделываешь?

— Что именно?

— Передумываешь.

Она улыбнулась:

— Например, передумала насчет тебя?

— Да.

— Однако я была права.

Мерикур натянул сапоги и встал.

— Права насчет чего?

— Что ты хотел заполучить меня в свою постель.

Он нагнулся и крепко поцеловал ее в губы.

— Точно. Насчет этого ты была права. А теперь вставай и одевайся. Я хочу, чтобы ты как можно скорее спустилась в бункер. Скоро здесь станет жарковато.

Мерикур вышел в коридор, остановился, надел портупею и прикрепил наконец ПИР, который, разумеется, сразу же не преминул съязвить: «Доброе утро, соня! Надеюсь, эта твоя деятельность по воспроизводству населения не слишком тебя утомила?»

Тут Мерикур понял, что оставил ПИР слишком близко от себя: чувствительные датчики электронного прибора прекрасно улавливали все действия человека на достаточно большом расстоянии.

— Заткнись, — проворчал Мерикур, — если не хочешь, чтобы тебя перепрограммировали.

«О, прошу прощения, — издевательски произнес ПИР. — Кстати, я тут на досуге сделал довольно интересные радиоперехваты. Мне заткнуться или сообщить информацию о них».

— Ладно, сообщай, — ответил Мерикур и козырнул часовому.

Мерикур направлялся в бункер. Он шел быстро, но делал вид, что вовсе не спешит. Нижние чины в совершенстве владеют искусством распознавать малейшие изменения в настроении главнокомандующего. Стоит слегка нахмуриться, и по любой военной базе моментально начинают ползти слухи: «Я только что видел старика, он шел как в воду опушенный, бьюсь об заклад, мы влипли в громадную кучу дерьма…»

Вот потому-то Мерикур и не бежал, а шел и улыбался каждому встречному и поперечному.

Тем временем ПИР докладывал ему о радиопереговорах.

«Твой патрульный корабль обнаружил на орбите девять транспортов Хайкен Мару и — вот уж сюрприз так сюрприз — четыре военных корабля Пакта. Подожди-ка… Да, они заявили о себе именно так… Их командование хочет встретиться с тобой».

Голова у Мерикура пошла кругом. Интересно, почему это корабли военного флота Пакта сопровождали транспорты Хайкен Мару? Да какие там транспорты — по сути дела, сопровождали войска, которые вот-вот готовы вторгнуться на одну из планет Пакта! У Мерикура стало тяжело на душе, словно случилось что-то непоправимое.

Это чувство только усилилось, когда он вошел в бункер и увидел лицо Эйтора. Уголки рта цернианина были направлены вверх.

— Вы слышали?

Мерикур кивнул:

— Новость о военном эскорте? Да.

Он повернулся к офицерам, которые стояли поодаль, у самой стены.

— Майор Фаутс!

— Здесь, сэр.

Фаутс подошла к нему.

— Передайте всем подразделениям приказ: никому без моей команды огня не открывать. Ни морской пехоте, ни повстанцам. Одна ошибка, и мы по уши в дерьме. Вам все ясно?

— Так точно, сэр!

Фаутс повернулась к связисту, а Мерикур подошел к светящемуся кубу головизора. Теллер был спроецирован на экране как прозрачная сфера с нанесенной на нее сеткой координат. Стоило щелкнуть переключателем, и это изображение сменилось бы топографической картой, схемой геологического разреза или какой-нибудь другой картинкой из десятка запрограммированных.

Но сейчас Мерикура больше интересовало космическое пространство вокруг планеты, чем она сама. Транспорты Хайкен Мару изображались на головизоре в виде голубых треугольников, висящих над экватором планеты. Корабли Пакта были обозначены красными точками: два корвета, крейсер и линкор. Возле каждого имелись кодовые обозначения. Корабли кружили на более высокой орбите, чем флотилия Хайкен Мару; они защищали транспортные суда от возможной угрозы из космоса. Надежда Мерикура, что военные корабли прибыли случайно, а не в качестве эскорта, рухнула, как только он увидел, какую позицию они заняли.

33
{"b":"7202","o":1}