ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Конечно. Я могу себе представить, что вы чувствуете, я…

— Можете представить? — Она стремительно обернулась. — Вы можете представить, каково это, когда некто вроде Тенли появляется в твоем доме и говорит, что твой брак аннулирован? Что муж, которого ты любишь, получил назначение на другое место службы на краю Скопления? Что брат твоего отца отдает тебя какому-то генералу в обмен за оказанные услуги? Можете ли вы на самом деле представить себе, на что это похоже? Нет? Я вам вот что скажу, генерал Мерикур: это так больно, что я предпочла бы умереть.

Некоторое время они не двигались — она в истерике от горя, а у него пропал дар речи от ощущения полной несправедливости всего произошедшего. Она была замужем? За другим офицером? Почему Виндзор ему ничего не сказал?

Потому что Виндзор не считал это важным. В конце концов, что такое личные желания двоих или троих людей по сравнению с будущим всей человеческой расы? Сенатор так хорошо видел далекие перспективы, что он был слеп ко всему остальному.

Но ей не стоило винить и Ансона Мерикура. Он хотел этой свадьбы не больше, чем она. Он женился на ней по долгу службы, под угрозой — черт возьми, так же, как и она вышла за него. И уж ей-то не обязательно вести себя так, будто он какое-то животное, собирающееся насильно затащить ее к себе в постель.

Мерикур расправил плечи и откашлялся.

— Извините меня. Будьте уверены, я не собираюсь… воспользоваться своими правами. Давайте-ка я буду спать здесь, а вы — в спальном отсеке каюты. Считайте нас обоих товарищами по несчастью. Если я чем-нибудь смогу вам помочь и облегчить ваше путешествие, не стесняйтесь, обращайтесь ко мне. А теперь, если не возражаете, я займусь работой.

— Нет, — произнесла Бетани, разглядывая свои ногти. — Есть еще одно дело, касающееся нас обоих.

— Простите, не понял, — сказал Мерикур. Он уже сделал шаг к люку, но остановился и повернулся к ней.

Она провела пальцем по сенсорной застежке под левой рукой и, потянув за подол, сняла платье через голову.

— Мы должны завершить свадьбу как положено. — Ее голос был слегка заглушен тканью.

— Это абсурд! — взорвался Мерикур. Он машинально оглянулся, чтобы удостовериться, что люк заперт.

Под платьем Бетани носила тончайшее облегающее трико, настолько прозрачное, что только легкий блеск позволил Мерикуру отличить его от покрытой загаром обнаженной кожи своей жены. Груди Бетани были такими упругими, что не нуждались ни в малейшей поддержке…

— Абсурд, генерал? — холодно спросила она, швырнула платье в угол, запустила пальцы под резинку трико и сделала глубокий вдох. — Что может быть более абсурдным, чем позволить моей… назовем это моей жизнью, — она сердито глянула на него — в первый раз, — да, скажем так: моей жизни оказаться разрушенной политическим браком. И не принести этим никакой пользы только потому, что я не захотела его узаконить.

Сверкая глазами, она медленно спустила трико и поочередно высвободила свои красивые ноги.

— Вот это действительно будет абсурдом, не правда ли?

Мерикур закусил нижнюю губу.

— Э-э-э… никому до этого нет никакого…

И остановился. Конечно, они узнают, Кона Татцу и их политические руководители. Они с Бетани могут, конечно, лежать рядом, как два полена…

Нет. Существовали способы…

— О, ну же, генерал, — произнесла она. Ее лицо ничего не выражало: даже если Бетани и обуревали какие-то чувства, она сумела это скрыть. — Не обязательно тратить на это много времени. Или вы…

Тут глаза Бетани расширились в неподдельном ужасе.

— Если только вы не… О нет, они бы не выдали меня за мужчину, который…

— Ничего подобного! — с отвращением сказал Мерикур. Он разозлился, рывком расстегнул пояс форменных брюк и только мгновением позже осознал, что сначала стоит снять ботинки. «Чертова баба!»

На полпути последовавшего за этим процесса Мерикур стал подозревать, что его жена больше не думает только о нуждах Пакта.

Ко времени завершения процесса он уже сожалел, что, кроме одного этого раза, данная обязанность от него больше требоваться не будет.

После свадьбы Мерикур с головой погрузился в работу. Ее оказалось достаточно, чтобы Мерикур был под завязку занят все время — от момента схода корабля с орбиты и до прибытия в Скопление Гармония.

Прежде всего ему надо было просмотреть последние записи его ПИРа, то есть внимательно, строка за строкой, изучить все полученные им официальные приказы и прочесть множество справок и докладов разведки, касающихся Скопления Гармония. Поскольку других способов передачи данных, кроме доставки на кораблях, не существовало, то, скорее всего, имеющиеся материалы уже устарели. Но они помогали ему создать базу, на основе которой можно будет судить о более свежей информации, когда она станет доступной.

Часть времени Мерикур посвятил тренировкам по военной стратегии — в компьютерном классе. Он уже давным-давно окончил офицерское училище, но там больше занимались тактикой, чем стратегией.

Генералам же по уставу полагается мыслить стратегически, а не тактически.

Этого многие старшие офицеры так и не усвоили, отсюда и результат: бедственное положение войск под их командованием и успехи неприятеля.

Мерикур сформировал элитный отряд телохранителей для Виндзора и старших чиновников его администрации. Это произошло почти случайно, а толчком послужило желание получше узнать церниан. «Познай своего врага», — гласит древняя боевая заповедь, и это верно. Именно так и подумал Мерикур и решил пригласить Сенду потренироваться в корабельный спортзал. Когда Сенда пришел, Мерикур был уже там.

— Привет, Эйтор. Как дела?

— Прекрасно, генерал. Спасибо за приглашение.

— Скажите, Эйтор, вы владеете боевыми искусствами?

— Да, — ответил Сенда, повернулся всем телом и оглядел зал. — Почему мы встречаемся именно здесь?

Мерикур улыбнулся. Он был одет в камуфляжную форму морских пехотинцев.

— Потому что если мы будем драться в кают-компании, то учиним там погром.

Улыбка Сенды немного сбивала Мерикура с толку, потому что уголки его рта опускались вниз, а не поднимались вверх.

— Драться? А зачем нам драться, генерал? Разве мы уже не союзники?

— Конечно, мы союзники, Эйтор, и это одна из причин, по которой мы должны драться. Попробовать друг с другом врукопашную. Как можем мы сражаться бок о бок, не зная сильных и слабых сторон напарника? И, по вашему собственному признанию, не все церниане разделяют вашу веру в Пакт. Может быть, сейчас вы научите меня таким вещам, которые потом помогут мне драться с этими цернианами.

— Что ж, неплохая идея.

Сказав это, цернианин снял куртку и обнажил свой мощный торс и тугие мускулы. Глядя на них, Мерикур подумал, что сделал серьезную ошибку, но идти на попятную было поздно.

— Мы возьмем оружие или будем драться голыми руками?

— Думаю, голых рук будет вполне достаточно, Эйтор. Не знаю, как вы, а я хотел бы остаться в живых после нашей встречи.

— Я тоже этого хочу, генерал. Прошу вас, начинайте.

— Какие-либо правила или ограничения?

— А разве на войне бывают правила?

— Я таких не знаю.

— Тогда — вперед!

С этими словами Сенда ринулся в атаку.

Мерикур полагал, что хоть физически инопланетянин и сильнее, у него, человека, будет преимущество в дистанции — и рост выше, и подвижность больше. Но он ошибся. Присев на мощных ногах, Сенда сделал сальто вперед и приземлился всего в нескольких сантиметрах от изумленного Мерикура. Инопланетянин рывком вытянул руки и чуть развел их в стороны. Потом он свел их вместе, и у Мерикура появилось ощущение, что ему дали по голове кувалдой.

Если бы Сенда вложил в удар всю силу, Мерикур был бы мертв. Он упал на колени, голова гудела, как колокол. Мерикур скорее угадал, чем увидел, как инопланетянин сложил руки в замок и занес их над его головой. Мерикур боднул Сенду головой в живот. Цернианин хрюкнул и упал на спину. Мерикур встал и попытался воспользоваться своим преимуществом, но головокружение было слишком сильным, чтобы он смог двигаться. Чтобы дать себе передышку, он был вынужден ожидать следующей атаки. Долго ждать ему не пришлось.

8
{"b":"7202","o":1}