ЛитМир - Электронная Библиотека

Алекс встал со стула. Последние полчаса он изучал безмятежное лицо Сары и то, как она спокойно ела, маленькими кусочками, целиком сосредоточившись на еде и совершенно игнорируя его.

И когда его мать, Маркус и сэр Эдмунд ушли, она продолжала молчаливо изучать комнату, еду, и он совершенно не представлял, какие мысли сейчас обуревают ее. Более бескорыстную и бессердечную женщину ему еще не приходилось встречать.

Он ожидал бури, а не бесстрастного молчания в ответ на вероломство Джудит. Если бы он контролировал деньги Уильяма, они до сих пор лежали бы в банке, и никакая самая умелая, самая хищная искусительница не увидела бы и фартинга.

Но теперь все это в прошлом, и назад ничего не вернуть. Он совершенно не представлял, как действовать дальше, как разгадать эту загадку по имени Сара Тэва.

Но он нуждался в ее обольстительных талантах. Хотел полупить то, что отдал ей Кольм. И еще кое-что, чему не собирался давать определение.

– Время, Сара.

Она быстро взглянула на него.

– Время для чего, милорд?

– Время для отчета, для расплаты, для объяснений. Время сказать правду.

– Вашу правду. – Она встала, чтобы он не нависал над ней, словно скала.

– Мне не терпится услышать твою.

– Мне больше нечего сказать.

– Расскажи еще какую-нибудь историю. – Он схватил ее за запястье. – Сказочку на ночь.

– Я не устала, – сказала она, хотя чувствовала себя совершенно обессиленной.

– Я расскажу тебе сказку. – Он потянул ее, и она вынуждена была последовать за ним.

– Вы рассказали мне столько сказок, что на всю жизнь хватит.

– Как будто вы не вели жизнь, полную фантазий, миледи. – Они подошли к лестнице, и он бесцеремонно подтолкнул ее вперед. – Как будто ты не старалась стать воплощением фантазий мужчин. Давай, поднимайся...

Она стала торопливо подниматься, ощущая, как сжимается вокруг нее кольцо исходящей от него враждебности.

Он втащил ее в комнату и толкнул на постель. Она упала ничком, но тут же села, чтобы лишить его преимущества.

Едва взглянув на ее растрепавшиеся волосы, строгое траурное платье и бездонные глаза, он почувствовал, что может утонуть в них, раствориться в этом теле и, если не проявит сдержанности, потерять душу.

Он знал, что ничем не отличается от тех мужчин, с которыми она была близка. Он проклинал их – этот сонм мужчин, познавших ее тело, испытавших ее ласки, – а ведь он ничем не лучше, такой же раб похоти. И так же готов забыть о ее прошлом, лишь бы получить желаемое.

И это он, всегда презиравший слабость в мужчинах.

– Вечерняя сказка, – рявкнул он, сдерживая желание броситься на нее. Он стал метаться по комнате, чтобы дать выход обуревавшим его чувствам. – У меня есть сказка для тебя, Сара Тэва. С чего же начать? Давным-давно... хотя это было не так давно – в одной стране правил император, старый-престарый, и был у него внук, достаточно... молодой и достаточно дальновидный, который думал о том, каковы его шансы оказаться на троне после кончины отца. Свои планы, к ужасу его матери-англичанки, он изложил на бумаге и стал ждать.

После смерти деда на трон взошел отец, но вскоре заболел раком горла. Спасти его не удалось, и, когда он умер, трон занял сын. Жена кайзера поместила все его личные бумаги в черную шкатулку, которая должна была быть отправлена в Англию на хранение королеве.

И подумать только: черная шкатулка таинственно исчезает примерно в то же время, когда танцовщица ритуальных танцев, пользующаяся дурной славой, появляется в качестве жены младшего сына сановного пэра, живущего в этой стране.

Конечно, можно предположить, что связь между профессиональной танцовщицей и королем маловероятна. Но ведь она танцевала во всех странах. Среди ее друзей и поклонников были самые влиятельные люди мира. Ее с почетом принимали в замках и загородных домах.

Она была падка на деньги, зная, что ее притягательность, ее тело, ее загадочность могут очаровывать мужчину до определенного предела.

Что произойдет, когда аплодисменты стихнут? Куда она пойдет, когда не сможет больше обольщать публику и любовников своим телом? Как сможет она жить без щедрых подношений, драгоценностей, элегантных, дорогих особняков?

Что станет делать женщина, привыкшая зарабатывать на жизнь своим умом и телом?

Алекс резко повернулся и указал на Франческу, дрожавшую на постели.

– Что бы ты сделала, Сара?

Слишком близко к истине, подумала она, крепко прижавшись к спинке кровати.

Надо уйти со сцены, сказала Сара, пока еще помнят твое имя...

Нет, Сара никогда не будет забыта, если все получится так, как хочет Алекс.

Но она, Франческа, сейчас уже почти знала ответы на мучившие ее вопросы.

Молчание... молчание было единственным ответом на все вопросы Алекса. И она молчала. А он неистовствовал – ведь его «сказка» не поколебала ее спокойствия, и она не собиралась ни в чем признаваться, особенно ему.

Он намеренно затягивал молчание и следил за ее реакцией, пытаясь обнаружить хотя бы малейший признак того, что ей знакома ситуация, которую он обрисовал.

Но она оставалась невозмутимой.

До чего же она бездушна!

Женщина, торговавшая всем, что попадало ей в руки! У нее нет души. Нет совести. Ее ничем не проймешь. Молчание и секс – вот оружие, против которого почти ни один мужчина не может устоять.

Даже Алекс, уж на что стойкий, проявил слабость. Потерял контроль над собой.

Сучка. Он знает о ней так много и так мало, но он заставит ее заговорить. Добьется своего.

Он снова зашагал по комнате.

– Не нужно забывать, что это сказка, моя дорогая Сара. И вот что придумала наша «прославившаяся» танцовщица – стала передавать информацию в обмен на деньги.

Информацию она получала от любовников, воздыхателей, из их случайных разговоров, от придворных, которых она очаровывала во время своих выступлений.

Она тратила деньги так же стремительно, как и зарабатывала, живя на широкую ногу и потом, затихая, когда любовники, сообразив, что к чему, отворачивались от нее.

Но это были всего лишь подозрения – ничего нельзя было доказать. Ее Посредник забеспокоился, видя, что от нее уже мало пользы, по крайней мере, в Европе, а она была ему нужна еще для одного дела. Хотя бы одного.

О Боже! Алекс замер, бросив взгляд на Сару, на ее прекрасные лживые губы. Неудивительно, что Уильям женился на ней.

Да, все дело в ее красоте, Алекс готов был поспорить на все свое состояние, что дело именно в этом. Ему не терпелось увидеть ее лицо, когда он заговорит о Посреднике.

Но признается ли она? Эта сучка лучше умрет, чем заговорит.

– Одно последнее дело. Танцовщица должна была доставить в Англию важные бумаги в некой черной шкатулке, которую ее Посреднику предстояло взять в некоем месте. А чтобы сделать это и отвести подозрение от себя и своего задания, она получила приказ соблазнить моего брата Уильяма и выйти за него замуж.

Легко догадаться, что произошло дальше. У него были деньги, которые она украла. И она должна была получить еще больше в случае его смерти. К тому же был я, всегда готовый привезти тело и бедную вдову в Англию, ради семьи.

Какой хитрый план, Сара! Как успешно ты его выполнила! Если моя догадка верна, то, возможно, Уильям и не знал, что Джудит посылает ему деньги, и что это ты взывала к ее материнским чувствам, если таковые у нее существуют.

Ну, как, я попал в точку? Я все учел? Мы теперь знаем, кто такая Сара Тэва, почему она вышла замуж за моего брата и, возможно даже, почему его убили?

Единственное, что мне нужно, моя дорогая Сара, это узнать, где бумаги, которые дал тебе твой Посредник, и кому их следует передать.

И вот тут быль вмешивается в эту вечернюю сказку, полную тайн и интриг. Если ты не передашь мне эти бумаги, Сара, тебя арестуют, и будут судить как агента иностранной державы, и я пальцем не шевельну, чтобы спасти тебя.

Глава 7

Спазм сковал горло Франчески; от потрясения она не в силах была выговорить ни слова. События могли развиваться именно так, как говорил Алекс; вся эта история была так ужасна, что казалась какой-то фантастической выдумкой и, тем не менее, выглядела вполне достоверной.

19
{"b":"7205","o":1}