ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Доведя ее до оргазма губами, он вновь долго трудился над ее лоном, после чего они оба заснули, не в силах разъединить, оторвать друг от друга сцепленные тела.

Так вот как это бывает, думала Дженис, проснувшись в его объятиях. Эта нагота, это взаимопроникновение и обладание, этот жар и влага, все это наваждение и одержимость. Ее властитель. Который из-за вуали видел только ее тело.

Что, возможно, было не так уж и плохо. Он все еще носил что-то вроде кожаных плавок, она еще не снимала сапожки. Он весь сконцентрировался на ее груди и лоне, получая массу удовольствия.

Это все для него. А для нее? Даже утрату ею девственности невозможно себе представить… она предала всех благородных девиц на ярмарке невест.

Хуже того, ей это чрезвычайно понравилось. И она оказалась гораздо доступнее, чем могла себе представить. И весьма посредственной в главном – как добиться, чтобы он избрал ее для исполнения своих намерений.

Все, что требовалось от нее, – это притворяться столь же ненасытной к нему, каким он был по отношению к ней. Это не так уж сложно, раз он оказался таким мастером по обучению невинной девушки всем удовольствиям, которые может доставлять ей ее неискушенное тело.

Боже, как же она дошла до этого? А если она потерпит неудачу, сможет ли когда-нибудь снова стать той, какой была прежде?

Значит, ей нельзя проиграть. Она должна быть уклончивой с ним, даже отдавая в его распоряжение любую требуемую им часть тела, признавая его власть над ней.

Она слышала что-то насчет мужского семени, точнее, насчет семени именно этого мужчины. Оно было символом многого для него, так что она должна жаждать его превыше всего на свете, чтобы он продолжал желать ее.

Очень просто. А может, это только предлог…

Он заворочался на ней, она тоже чуть дернулась бедрами, притворяясь, будто просыпается одновременно с ним.

– Милорд? – пробормотала она сонно. – Мой властелин? Как же долго я не чувствовала вкуса ваших сливок!

Она смотрела в зеркало на утонченную, изощренную пляску двух обнаженных тел. Она без устали старалась сама и заставляла его до изнеможения трудиться над ее телом, пока вновь не оказалась на грани взрыва того оглушительного, упоительного оргазма. А что дальше? Она согнула ноги в коленях и приподнялась, чтобы достойно встречать его неудержимый натиск. Так, туда… О, именно сюда, давай еще, сильнее, еще… сюда…

Между ног у нее пылал пожар. О, это неописуемо, невыносимо… еще, еще, еще… так, так, еще… и он выплеснул в нее струю белой сладостной пены.

И все, конец. Мягкий, усталый член требует отдыха.

Нет. Еще. Только так можно удержать его, не надоесть ему.

– Так кто же властитель моего обнаженного тела? – вопрошала она. – Еще сливок.

– Я выжат до конца, – пролепетал Уик.

– Такого не может быть. У моего повелителя запас сливок неистощим. – Она и подумать не могла, что сможет выдержать еще, однако отчаянно пыталась удержать его в этой сексуальной игре. – По крайней мере он так заявил. Помнится, он хвалился, что зальет мое тело своим семенем, что он утопит меня в нем… что он…

Он столкнул ее с кровати.

– Что, моя ненасытная Весталка? Тебе придется сожрать меня самого, если тебе так хочется моих сливок.

– И тогда уж я стану твоей повелительницей, – парировала она.

– Ну так возьми меня. – И он провел своим твердым членом по ее губам. – Возьми все мои сливки… – Он скатился с постели, а она встала на четвереньки, опираясь на локти. – Там будет более чем достаточно, чтобы отодрать тебя, если ты именно это имела в виду.

В ее глазах за вуалью появился хитрый блеск, когда она встала на колени.

– Все, что пожелает мой повелитель, – ответила она игриво, хватая руками его торчащий пенис. – Именно этого я тоже захочу. – Она снова приподняла вуаль и сомкнула вокруг него губы.

Он ухватился руками за ее плечи и отдался ей полностью, но это не могло длиться долго – взглянув на ее жадные, ненасытные губы, он взорвался прямо у нее во рту.

Они оба лежали в постели, прямо напротив зеркала, а она наблюдала, как он беззаботно поигрывал ее сосками. Его твердокаменный член в боевой готовности удобно устроился у нее между ног, и она могла видеть, как его головка выглядывала из густой поросли на лобке, словно соблазняя и призывая ее заняться ею.

Мысли с трудом ворочались в ее голове, ибо его пальцы чуть пощипывали ее чувствительные соски. Но и этого ей тоже было мало.

Она потеряла ощущение времени. Они совокуплялись целый день, а может, и всю ночь. Но она все еще не истощила его.

А это было превыше всего для Уика. Его молодецкая удаль и его стойкость.

И по какой-то причине он привязался к ней. Пока. В общем, она не могла отказаться от своих притязаний. Все очень просто. Чем сильнее она жаждала его, тем больше он стремился удовлетворить ее.

– Всякий раз, когда ты дергаешь мои соски, мне хочется твоих сливок. – Ее голос звучал тихо, интимно, почти задушевно. – Дай же мне еще сливок.

– Господи, да ты жутко прожорливая, – пробурчал он ей в ухо.

– А ты такой сильный, я знаю, у тебя еще много сливок, не жалей их для меня.

– Я не имел представления, сколько у меня сливок, пока не познал тебя.

– Но вы еще не использовали все способы, милорд. Я далеко не все получила.

– Сколько же требуется моей хищной Весталке?

– Все, до последней капли, мой повелитель.

– А не слишком ли многого хочет моя ненасытная Весталка?

– Я всего лишь желаю, чтобы мой повелитель выполнил свое обещание и вымочил меня в своих сливках.

– Я же буквально облил все твое тело.

– Но только не в последние десять минут, властитель моего тела. Разве только у вас…

– У меня – что, ненасытная моя Весталка?

– …Недостаточно сливок, милорд.

– Я уже десятки раз доказывал, что у меня их более чем достаточно для тебя. А ну-ка, раздвинь ноги.

Он пристроился прямо на скрещении ее бедер. Его пенис ткнулся в ее щель.

Но, как отражалось в зеркале, уткнулась лишь луковицеобразная головка длинного твердого члена, лишь ее ухватили жадные губы ее лона. Ей было видно, как он управлялся, даже не придерживая его рукой, а лишь направляя жесткий ствол движениями бедер.

Нет, это невозможно – ей требовалось, чтобы его член целиком погрузился в глубины ее лона. Она попыталась поглотить его, но он не позволил ей. Двигая бедрами, он с едва скрываемой улыбкой уклонялся от ее попыток.

– Я хочу больше, – задохнулась она. Боже, это нечестно, это просто…

Его член раздвинул губы ее лона, давая ей почувствовать лишь кончик твердого жезла. Все ее тело корчилось в неуемных потугах заполучить сокровище. Однако как она ни стонала и ни умоляла его использовать всю мощь и крепость его жезла, он продолжал дразнить ее.

– Ну уж нет, моя голенькая Весталка. Это насчет того, что ты хотела получить мои сливки. Так что, милая моя, их ты и получишь вволю. – Все его тело подобралось, он высвободил пенис из ее лона, обхватил его ладонью, и струя спермы брызнула ей на грудь, соски, живот и пушистый лобок…

О да, подумала она, поворачиваясь таким образом, чтобы приподнять рукой одну грудь. Все это, конечно же, было очень мило и прелестно. Для вас.

Она посмотрела на свои соски, влажные и липкие, кинула на него жгучий взгляд исподлобья, приподняла грудь к губам и, нарочито медленно слизнув толстый слой спермы с одного соска, прошептала:

– Да, я вижу, что у вас более чем достаточно драгоценной влаги. Но вы же понимаете, милорд, что это я поимела вас, а не вы меня.

Глава 7

Он замер. Это был эротический трюк из репертуара самых многоопытных и дорогих шлюх. Будь все проклято – никогда и ничто наделе не оказывается тем, чем кажется, – никогда…

Он в ярости вылез из постели, глядя, как она лежит там, залитая его спермой.

Нет. Она действительно была девственницей. Он готов был поклясться чем угодно, ошибки быть не могло, он первым в ее жизни прорвал тот барьер в непорочном теле Весталки. И она была по-настоящему испугана и ошеломлена, когда он впервые овладел ею, послушно подчиняясь его воле и прихоти.

20
{"b":"7207","o":1}