ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ну что же, – жеманно протянула она, – это все меняет, не так ли? Дейн, если я не ошибаюсь? В прошлом году у них с Клеем была интрижка, насколько мне известно. Августа мне об этом поведала, как ты понимаешь.

А вот тут очко в пользу Лидии – Оливия ничего об этом не знала. Но она вообще мало что знала о том, какой жизнью живет ее Клей.

– Где Клей?

– Я не знаю, – честно призналась Оливия. – Он скоро вернется. Из Нового Орлеана ему пришлось уносить ноги, а другого пристанища у него нет.

– Кроме матушкиных объятий, разумеется. Любящих и всепрощающих, – язвительно откомментировала дочь. – Ну что же, разве это не мило? Вся семья в сборе. Впервые за последние двадцать лет.

– Тсс! Лидия!

Она стремительно обернулась.

– Кто тут?

– Тсс.

Клей вышел из-за пристройки.

– О, братишка! Дорогой!

Она бросилась к нему на шею, и он крепко обнял ее, впрочем, при этом осторожно оглядевшись.

– Ты прячешься? Мама не знает, что ты дома?

– Разве я мальчишка в коротких штанишках? Черт, ничего тут не меняется.

– О нет, ты не прав. Теперь не ты тут всем заправляешь.

Клей пристально посмотрел на сестру. Он не мог понять: то ли она сочувствует ему, то ли издевается. Ее бледно-серые глаза блестели, но что это был за блеск, трудно сказать.

– Мне надо повидаться с Питером, – внезапно сказала Лидия весьма настойчивым тоном. – Я собираюсь улизнуть. Мамаша думает, что я наверху, отдыхаю. Отдыхать в такой момент! Когда решается вся моя жизнь!

– Эй, сестренка, без спешки! – сказал Клей несколько язвительно. Пришло время отплатить ей ее же монетой. – Он, вероятно, не настроен на выход в свет. У Гарри большие планы насчет свадьбы с молоденькой девкой, что живет с ним, а у нее хватает темперамента на всякого, кто ее пожелает. Впрочем, не расстраивайся. Питер чист во всем, что касается женщин, так что он хранит себя только для тебя.

Лидия ударила его по руке.

– Ублюдок. Сукин сын! Ничего не изменилось. Ты такой же злобный негодяй, как раньше!

– А ты будешь защищать меня до самой своей смерти, не так ли? Мы же любим друг друга!

– Я люблю Питера. Я готова умереть ради него.

– Зато Питер по тебе не сохнет, – с удовольствием уточнил Клей.

– Он не видел меня взрослой. К тому же теперь Гарри уже не может нам помешать, раз Дейн вышла за старшего брата, я хочу сказать. Никаких больше феодальных законов.

– Не от нас это зависит, детка. Питер Темплтон едва ли вообще знает о твоем существовании.

– Неправда! Помнишь, однажды он вытащил меня из воды и так надо мной суетился. И ему было наплевать на то, что папа смотрит и готов его убить. Папочке очень не нравилось то, что Питер так смело себя повел, и я знаю, что у него есть ко мне чувства. Я видела его тогда же и там же, как и ты Дейн – в церкви по воскресеньям. И он всегда смотрел на меня с таким блеском в глазах, что я понимала, что нравлюсь ему. Но если он и хотел познакомиться со мной поближе, то не мог из-за нашего папы и его отца. Так что, Клей Ратледж, не пытайся убедить меня в обратном.

– И не собирался, – сказал Клей, всплеснув руками. Он понимал, что делать это бесполезно. Лидия жила в придуманном мире последние семь или восемь лет, и он не хотел быть тем, кто снимет с нее розовые очки.

Тем более от него не многое требовалось – всего лишь представить Лидию сочащейся чувственностью Найрин, – он не мог не улыбнуться при мысли об этом и тут же почувствовал напряжение в теле, приятное тепло предвкушения... и сказал примирительно:

– Не дуйся, Лидия, я отведу тебя к Темплтонам, если ты действительно этого хочешь. Это простой визит вежливости, так что не гони коней. Ты знаешь, как джентльмен относится к женщине, если она ведет себя слишком смело.

– Ты знаешь, я до чертей устала от этого лицемерия, от тех, кто старается выглядеть как подобает джентльмену. Поступки их всегда входят в противоречие с видимостью, и женщины посмелее неизменно овладевают их вниманием. Ты знаешь, Клей, я поняла это летом в Велери: проси то, чего хочешь, потому что если будешь ждать, пока джентльмен сделает первый ход, то никогда не дождешься. Его умыкнет «леди», которая умеет привлечь к себе внимание. Короче, мне нужен Питер, и я намерена его получить. А теперь – ты идешь или... Черт, – пробормотала она. заметив женщину, махавшую им рукой, – Сью Мей, моя горничная. Это мамина идея снабдить меня личной горничной. Она с меня глаз не спускает...

– Мисс Лидия, – задыхаясь, звала девушка. – Я вас везде ищу. Мама зовет вас и мистера Клея в дом. Мистер Питер из Монтелета приехал, и они вас ждут.

Они вошли в зал как раз в тот момент, когда Дейн вошла со стороны коридора. Все было как в хорошо поставленной пьесе.

Питер стоял у камина и выглядел в точности так, как его помнила Лидия, – высокий и элегантный, с несколько взъерошенными светлыми волосами, с бесстрастным худым лицом. Он словно ждал...

Ее?

И еще там была мама. Она сидела на маленькой кушетке возле камина, и лишь руки выдавали ее волнение, а лицо оставалось спокойным.

В противоположном конце комнаты, у окна, находилось некое создание: стройное, самоуверенное, чьи длинные волосы были уложены кое-как, и платье – пик элегантности – отчего-то выглядело вульгарным. Может, дело было в форме выреза горловины или в том, как оно сидело на фигуре, обтягивая чуть сильнее, чем позволяли приличия...

Лидия чуть не позеленела от зависти: все в этой наглой девице – платье, осанка, наглая невозмутимость – раздражало. Даже то, что она, не проявляя никакого интереса к новоприбывшим, продолжала смотреть куда-то вдаль, словно там она видела нечто достойное ее внимания.

И наконец, Дейн Темплтон Ратледж – Лидия мысленно произнесла ее имя по слогам, насмешливо, издевательски, злобно. Та самая Темплтон, что посмела перейти черту, завладеть ее, Лидии, домом и занять место ее матери в качестве хозяйки Бонтера.

Она была одета просто, в темно-синее платье, подчеркивающее цвет ее глаз, которые, увидев раз, невозможно забыть. Глядя на нее, никакие соображения об элегантности не приходили в голову. Она была просто красива – ослепительно красива, – очень похожа на Питера, но на свой лад.

Дейн прошла через зал к Питеру, обняла и поцеловала. Лидия сжалась от ревности – она имела право на то, на что Лидия прав не имела.

– Питер, дорогой...

Молодой человек предупреждающе поднял руку.

– Мы ждем твоего мужа.

– Я здесь, – произнес Флинт с порога, и Лидия с любопытством посмотрела на него.

Крупный, грубовато сложенный. «Он не такой, как я, он похож на работягу, а не на хозяина поместья».

– Ну, – сказала Оливия, – мы все собрались, и вы выглядите весьма расстроенным, Питер. Что случилось?

Питер обвел взглядом собравшихся, задержавшись чуть дольше на Лидии Ратледж и остановившись на Флинте, на которого он собирался возложить свою ношу.

Ему ничего не оставалось, как прямо сказать:

– Прошлой ночью с Гарри случилось непоправимое... С фатальным исходом...

Руки Оливии вспорхнули к горлу. Дейн опустилась на кушетку рядом с ней, отмахнувшись от протянутой руки Флинта.

– Как? – спросила она голосом, лишенным какого бы то ни было выражения.

– Его застрелили с близкого расстояния. Он был на верхней веранде... – Питер замер на миг, не зная, как сделать так, чтобы его рассказ прозвучал связно. – Мы думаем, что на него напали, когда он поднимался по лестнице. Мы нашли его на нижней площадке и спасти не могли.

– Господи, – пробормотала Оливия. – Бедный Гарри... умер. – Долгие годы ненависти словно испарились. – Кто?

Питер покачал головой.

– Но там никого не было, – внезапно сказала Дейн, – кроме тебя и Найрин.

– И домашней прислуги, – вставила Найрин. Ее мягкий хрипловатый голос прорезал тишину как нож масло.

– Господи, так и есть, так и есть, – залепетала Лидия, привлекая внимание к себе в отместку Найрин, – об этом говорили в Велери, как слуги в соседнем поместье подняли мятеж и подожгли дом...

59
{"b":"7209","o":1}