ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– А дом Этти был объявлен историческим памятником?

– Не знаю. Хотя могу выяснить.

Тон, которым Бейли произнес последнее предложение, немного прояснил то, как смазываются шестеренки. Достав из заднего кармана брюк бумажник, Пеллэм положил его на стойку.

Лицо адвоката растянулось в подвыпившей улыбке.

– Да-да, сэр, именно так и делаются дела в Адской Кухне. Продаются все и вся. Быть может, даже я сам. – Улыбка поблекла. – А может, у меня просто слишком высокая цена. В здешних краях это считается этикой – когда человек продается только за очень большие деньги.

Мимо окна промчалась полицейская машина с включенной мигалкой, но без сирены. Почему-то таинственная тишина придала этому событию особую напряженность.

Вдруг Бейли помрачнел, причем так внезапно, что у Пеллэма мелькнула мысль, не спровоцировал ли второй – или третий? – коктейль приступ меланхолии. Адвокат отечески взял Пеллэма за руку, и дымка в глазах юриста сменилась проницательностью.

– Я хочу вам кое-что сказать.

Пеллэм кивнул.

– Вы уверены, что вам нужно ввязываться во все это? Подождите. Прежде чем вы ответите, позвольте задать один вопрос. Вы говорили здесь со многими? Ну, когда снимали фильм?

– В основном с Этти. Хотя взял интервью еще у человек двадцати.

Бейли кивнул, пытливо вглядываясь в лицо Пеллэма.

– Что ж, народ в Адской Кухне идет на контакт легко. Вам дадут отхлебнуть виски прямо из бутылки и не станут вытирать горлышко, когда вы ее вернете. С вами будут часами болтать, сидя у подъезда. Иногда здешние люди болтают так, что их невозможно заткнуть.

– Совершенно верно.

– И это настраивает вас на добродушный лад, не правда ли?

– Ну да. Настраивает.

– Но это лишь разговоры, – решительно заявил Бейли. – Не факт, что люди вас принимают. Или проникаются к вам доверием. И даже не мечтайте узнать настоящие тайны. Здешние обитатели ни за что не откроют их такому человеку, как вы.

– Так что же хотите рассказать мне вы? – спросил Пеллэм.

Адвокат сразу насторожился. Наступила пауза.

– Я вам говорю, что здесь опасно. Очень опасно. И становится еще опаснее. В последнее время здесь было много пожаров, больше, чем обычно. Бандитские разборки, перестрелки…

Разделы криминальной хроники местных газет пестрели сообщениями о случаях использования огнестрельного оружия. То какие-то подростки протащили пистолет в школу. То одуревший от наркотиков стрелок уложил наповал несколько невинных прохожих. Пеллэм перестал читать газеты на второй неделе пребывания в Нью-Йорке.

– В Адской Кухне настали тяжелые времена.

«По сравнению с какими?» – подумал Пеллэм.

– Вы действительно хотите влезть в эту историю? – спросил Бейли. Пеллэм начал было говорить, но адвокат поднял руку, останавливая его. – Вы уверены, что не боитесь того, куда это может вас завести?

Пеллэм ответил вопросом на вопрос:

– Сколько?

И похлопал по бумажнику.

Бейли снова провалился в пьяную дрему.

– За все? – Пожатие плечами. – Надо найти полицейского, который стащит для меня протокол осмотра места пожара, затем узнать название страховой фирмы и выяснить все остальное, что есть у полиции на Этти. Сведения о владельце здания и городские архивы открыты для всех, однако уйдут недели, если не… понимаете…

– Если не смазать шестеренки, – пробормотал Пеллэм.

– Ну, скажем, тысяча.

Пеллэм сам не понял, что в действительности подтолкнуло его к торгу: абстрактная мораль или желание доказать себе, что прожженный крючкотвор напрасно считает его чересчур доверчивым.

– Пятьсот.

Бейли замялся:

– Не знаю, хватит ли…

– Луис, Этти невиновна, – решительно заявил Пеллэм. – А значит, на нашей стороне Господь Бог. Неужели в этом случае не полагается скидка?

– В Адской Кухне? – громогласно расхохотался адвокат. – Это место забыто Богом. Дайте мне шесть сотен, и я сделаю все, что в моих силах.

5

Он развернул план города на дорогом столе.

Разгладил бумагу длинными, тонкими пальцами. Сынок получал наслаждение от контакта с бумагой, так как знал, что это перевоплощенная плоть деревьев. Он любил слушать ее шуршание, ощущать прикосновение к ней. Сынок знал, что бумага прекрасно горит.

Оторвавшись от плана, он посмотрел вокруг.

И снова вернулся к большому листу бумаги – подробному плану Манхэттена. Сынок провел пальцем по разноцветным линиям улиц, отыскивая здание, в котором находился в настоящий момент. Наконец он дорогой шариковой ручкой отметил его крестиком. Затем отпил имбирного пива из хрустального фужера.

Послышался шорох и что-то похожее на кошачье мяуканье. Сынок бросил взгляд вправо – на свидетельницу, которая пыталась заигрывать с «Джо Баком». Бедная рыжеволосая «агент Скаллери» из компании «Эрнст и Янг»: должно быть, на работе ей платили уйму денег, потому что квартира действительно была неплохой. Сынок оглядел женщину с ног до головы и снова решил, что ей пошли бы волосы подлиннее, как у него. Она лежала на боку, связанная по рукам и ногам скотчем. Рот у нее был заклеен.

– Этот ваш сериал по телевизору, – равнодушно произнес Сынок. – Знаете, я на самом деле не верю, что ФБР занимается подобными делами. Неужели вы полагаете, что федеральным агентам есть какое-либо дело до инопланетян?

Он говорил ласково, но рассеянно, водя пальцем по пестрым квадратам плана – они напоминали Сынку кубики, которые подарила ему в детстве мать.

Здесь.

Он отметил еще одно здание.

И здесь.

Еще одно. Отыскав несколько домов, Сынок отметил их крестиками. Работа предстоит большая. Хотя Сынок ничего не имел против работы. Доброе дело само является лучшей наградой за себя.

Испуганно посмотрев на Сынка, «агент Скаллери» принялась выбивать ногами быструю, испуганную дробь.

– Ну же, ну же, ну же.

Тщательно сложив план города, Сынок убрал его в задний карман. Ручка, предусмотрительно закрытая колпачком, отправилась в карман нагрудный. Сынок терпеть не мог, когда одежду пачкает паста из стержней. Встав, он обошел вокруг «агента Скаллери», которая продолжала лягаться, кататься по полу и мяукать.

Направившись на кухню, Сынок внимательно изучил газовую плиту с духовкой. Это была самая совершенная дорогая модель, но Сынок рассматривал кухонную технику только с позиций ремесла. Свою плиту он использовал лишь для того, чтобы кипятить воду и заваривать чай из трав. Сынок употреблял в пищу исключительно овощи и никогда их не готовил; сама мысль о том, чтобы нагревать продукты питания, вызывала у него отвращение. Опустившись на безукоризненно чистые плитки пола, он открыл духовку. На биметаллический клапан, перекрывающий подачу газа, ушло пять секунд, на шланг подачи – десять. Помещение стало наполняться терпким запахом ароматизатора, который подмешивают к природному газу (сам газ не имеет запаха). Сладковатым, горьким и странным образом манящим, чем-то напоминающим тоник.

Затем Сынок сходил к входной двери и щелкнул выключателем, проверяя, какая лампочка зажглась – под потолком в прихожей. Встав на стул, он приподнялся на цыпочки и разбил лампу гаечным ключом, обсыпав себе волосы и плечи стеклянной крошкой. Потолки в квартире были высокими, и ему пришлось вытянуться во весь рост, чтобы дотянуться. Прыгая на стуле, он представил себе, как долговязая «агент Скаллери» смеется над ним.

Впрочем, хорошо смеется тот, кто смеется последним, решил Сынок, вернувшись на кухню. Смерив презрительным взглядом лежащую на полу женщину, он достал из сумки банку с «сиропом» и плеснул «агенту Скаллери» на юбку и блузку. Женщина попыталась отползти от него как можно дальше.

– Ну, кто смеется теперь, а? – спросил Сынок.

Он прошелся по квартире, гася свет и закрывая шторы. Вернувшись к входной двери, вышел в коридор, оставив дверь чуть приоткрытой. Спустившись вниз, записал фамилии шестерых жильцов дома.

Полчаса спустя Сынок стоял в будке телефона-автомата в квартале от дома, зажимая трубку подбородком, держа в одной руке недоеденное манго, а другой набирая номер.

10
{"b":"7210","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Любовь и секс: как мы ими занимаемся. Прямой репортаж из научных лабораторий, изучающих человеческую сексуальность
Русофобия. С предисловием Николая Старикова
Тайная сила. Формула успеха подростка-интроверта
Инженер. Небесный хищник
#INSTADRUG
Харизма. Как выстроить раппорт, нравиться людям и производить незабываемое впечатление
Пёс по имени Мани