ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он или боролся с ними, или их устраивал.

Встревоженный, взмокший от пота, Сынок с опаской смотрел на большую видеокамеру в руках «ковбоя». От нее шел провод к аккумуляторной батарее в холщовой сумке. Это была не дешевая любительская игрушка, а дорогая профессиональная камера. «Кто ты такой, Джо Бак?[3] И что ты здесь делаешь?»

Сынок потел все сильнее (это его нисколько не беспокоило, хотя в последнее время он и вправду стал слишком много потеть), и у него начали дрожать руки (а вот это уже не нравилось: человеку, зарабатывающему на жизнь изготовлением зажигательных устройств, нельзя иметь дрожащие руки).

Наблюдая за тем, как высокий «ковбой» снимает во всех ракурсах сгоревшее здание, Сынок пришел к выводу, что испытывает к парню ненависть за его рост, а не за то, что он запечатлевает на пленку дом, который Сынок только что спалил дотла.

Впрочем, в глубине души он надеялся, что кадры получатся выразительные; Сынок гордился этим маленьким костерком.

Устроив поджог и выскользнув из вестибюля на улицу, он спрятался на строительной площадке напротив и включил портативный радиосканер, позволяющий прослушивать переговоры специальных служб. Сынок узнал, что диспетчер присвоил пожару вторую категорию сложности: вызов 10–45,[4] код 2. Категория его очень обрадовала – значит, пожар сильный, зато код разочаровал. «Двойка» означала, что погибших в огне нет, только пострадавшие. Код 1 означал смерть.

«Ковбой» продолжал снимать пепелище еще несколько минут, затем, выключив камеру, убрал ее в сумку.

Сынок снова посмотрел на брандмейстера и его дружков – Господи, этот педераст-заместитель просто гигант! Ломэкс распорядился вызвать экскаватор и как можно скорее разбирать завалы. Сынок мысленно отметил, что при расследовании подобного пожара это совершенно правильные действия.

Однако его беспокойство все возрастало и возрастало; вскоре оно осталось единственным чувством. Точно так же заполняется дымом коридор – только что все было чисто, а вот уже дым плотный, как вата.

Причиной беспокойства стали не Ломэкс и не его огромный заместитель. Все дело было в «ковбое».

«Я его ненавижу. Ненавижу, ненавижу, ненавижу, ненавижу-ненавижу-ненавижу!»

Закинув забранные в хвостик длинные светлые волосы через плечо, Сынок трясущейся ладонью вытер мокрый от пота лоб и стал протискиваться сквозь толпу поближе к «ковбою». Дыхание участилось, сердце колотилось в груди все сильнее. Наполнив легкие пропитанным дымом воздухом, Сынок медленно выпустил его через рот, наслаждаясь вкусом и запахом. Он схватился за желтую полицейскую ленту, и ей тотчас же передалась охватившая его дрожь. «Перестань, перестань, перестань, перестань-перестань-перестань!»

Сынок искоса взглянул на «ковбоя». А не такой уж тот и высокий. Разница в росте у них меньше фута. Дюймов десять, если Сынок распрямится. А то и девять.

Внезапно между ними пропихнулся еще один зевака, и Сынок оказался оттерт в сторону молодой женщиной в дорогом темно-зеленом двубортном костюме. Современная деловая дама.

– Ужас, – сказала она. – Просто жуть!

– Вы видели, как это произошло? – спросил «ковбой».

Женщина кивнула:

– Я возвращалась домой. Работаю в аудиторской фирме… А вы журналист?

– Нет, я снимал фильм о жильцах этого дома.

– Фильм? Прикольно! Документальный? Меня зовут Алиса.

– Пеллэм.

«Пеллэм, – мысленно повторил Сынок. – Пеллэм. Пел-лэм». Он твердил, пережевывал эту фамилию до тех пор, пока она, словно верхушка колонны дыма, не скрылась из виду.

– Сначала, – продолжала женщина, глядя в вытянутое лицо «ковбоя» – Пеллэма, – сначала казалось, будто ничего страшного не произошло. И вдруг огонь уже повсюду. Я хочу сказать, вспыхнул сразу весь дом.

У дамы в руке был дипломат с тисненной золотом надписью «Эрнст и Янг». Свободной рукой женщина возбужденно теребила прядь коротких рыжих волос. Сынок украдкой взглянул на закатанное в пластик удостоверение, болтающееся на ручке дипломата.

– Где именно начался огонь? – спросил Пеллэм.

– Ну, я увидела, что пламя пробилось через окно вот здесь. – Она указала на окна первого этажа.

Сынок решил, что женщина совсем не похожа на Алису. Скорее в ней есть что-то от угрюмой брюнетки из сериала «Секретные материалы», которую Сынок про себя прозвал «агент Скал-лери».[5]

Как и Пеллэм, «агент Скаллери» была ростом выше Сынка. Он не любил высоких мужчин, но женщин выше себя ростом люто ненавидел. А когда Алиса случайно посмотрела на Сынка так, как посмотрела бы на белку, ненависть превратилась из злобы во что-то спокойное и очень горячее.

– Это я вызвала пожарных. Из телефона-автомата на углу. Знаете, обычно эти будки видишь, но по-настоящему не замечаешь.

Сынок ненавидел и короткие волосы, потому что они сгорают очень быстро. Он вытер вспотевшие руки о белые штаны, продолжая внимательно слушать. «Агент Скаллери» поговорила о пожарных машинах и о каретах «скорой помощи», о пострадавших от ожогов, от отравления дымом и от падения с большой высоты. И о грязи.

– Здесь повсюду была грязь. Во время пожаров о грязи не думаешь.

«Нет, кое-кто думает, – мысленно поправил ее Сынок. – Продолжай».

«Агент Скаллери» рассказала «Джо Баку» – фальшивому ковбою – о раскаленных докрасна железных болтах, расплавленном стекле и об одном человеке, который вытаскивал из углей зажаренных цыплят и пожирал их, пока остальные вопили о помощи.

– Это было… – она остановилась, подыскивая точное определение, – почти невыносимо.

Сынку довелось поработать с бизнесменами, и он знал, как они любят четкие формулировки.

– Когда начался пожар, вы никого не видели рядом с домом?

– Видела. Нескольких человек. В переулке.

– Кого именно?

– Я не обратила внимания.

– Ну хоть что-нибудь вы можете сказать? – настаивал «ковбой».

Сынок напряг слух, но «агент Скаллери» не смогла почти ничего вспомнить.

– Я видела мужчину. Двух мужчин.

– Молодых? Подростков?

– Не очень молодых. Нет, точно не могу сказать. Извините.

Пеллэм поблагодарил женщину. Она не уходила, возможно, надеясь, что он ее куда-нибудь пригласит. Однако Пеллэм лишь рассеянно улыбнулся, вышел на улицу и остановил такси. Сынок поспешил за ним, но, прежде чем поджигатель успел добежать до тротуара, «ковбой» скрылся в желтом «шевроле». Адреса Сынок не услышал.

Поджигатель пришел в бешенство от того, как легко ускользнул от него этот Пеллэм – «Полуночный ковбой». Впрочем, он тут же успокоился: ничего страшного не произошло; ведь речь шла не об устранении свидетелей и наказании тех, кто помешал ему делать свое дело. Нет, в данном случае это было нечто значительно более важное.

Подняв руки, Сынок вдруг обратил внимание, что они перестали дрожать. Струйка дыма, как исчезающий призрак, растаяла у него перед носом, и Сынок, ничего не предпринимая, закрыл глаза и вдохнул сладостный аромат.

Поджигатель долго стоял, застыв на месте, слепой к окружающему, пока наконец медленно не пришел в себя. Сунув руку в сумку на плече, он обнаружил, что у него осталось лишь около пинты «сиропа».

Ладно, и этого достаточно, решил Сынок. Более чем достаточно. Иногда хватает одной столовой ложки. Все зависит от того, сколько времени в запасе. И от изобретательности. Сейчас времени у Сынка навалом. А в изобретательности он не уступал лисице.

4

Утро выдалось ветреное.

Надвигалась августовская гроза; и первое, на что, проснувшись, обратил внимание Пеллэм, услышав завывание ветра, было отсутствие качки.

Прошло уже три месяца с тех пор, как он поставил свой жилой автофургон «Виннебаго» на стоянку в Уайт-Плейнс и на время расстался с кочевым образом жизни. Целых три месяца – но Пеллэм до сих пор чувствовал себя неуютно в кровати, где ему в спину не вонзаются вылезшие из матраса стальные пружины. В такой сильный ветер фургон раскачивался бы, словно судно в шторм.

вернуться

3

Джо Бак – герой популярного фильма «Полуночный ковбой», наивный техасский мечтатель, который приехал в Нью-Йорк, чтобы сколотить состояние.

вернуться

4

Кодовый сигнал управления пожарной охраны Нью-Йорка, означающий пожар.

вернуться

5

Фамилия главной героини сериала «Секретные материалы» – Скалли. Scullery – в переводе с английского – судомойка.

6
{"b":"7210","o":1}