ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Лара Гибсон его позабавила, но на сей раз все будет еще лучше.

— Он собрал его, — сказал им начальник тюрьмы.

Копы стояли на складе Сан-Хо. На полках лежали атрибуты, связанные с наркотиками, нацистские плакаты и флаги исламистов, самодельное оружие — палки, и ножи, и кастеты, и даже пара пистолетов. Здесь находились конфискованное имущество и мрачноватые принадлежности, отнятые у трудных постояльцев тюрьмы за последние несколько лет.

Сейчас, однако, начальник показывал на нечто явно не столь опасное или смертельное. Деревянный ящик примерно два на три фута, наполненный сотней телефонных проводов, соединяющих дюжину электронных компонентов.

— Что тут у нас? — резким голосом спросил Боб Шелтон.

Энди Андерсен нервно засмеялся и прошептал:

— Иисусе, компьютер. Самодельный компьютер.

Он наклонился ниже, изучая простоту схемы, превосходные скрутки неспаянных соединений, эффективное использование площади. Примитивно, но все же безумно изящно.

— Я не знал, что можно самому сделать компьютер, — заметил Шелтон.

Тощий Фрэнк Бишоп промолчал. Начальник признался:

— Джилет — худший наркоман, какого я только видел, — а мы здесь получаем парней, подсевших на героин много лет назад. Только его наркотик, вот он — компьютеры. Я вам гарантирую: он сделает все возможное, чтобы выйти в Интернет. И способен повредить людям, чтобы добиться своего. То есть даже убить кого-нибудь. Он соорудил это, только чтобы подключиться к сети.

— Значит, здесь есть встроенный модем? — удивился Андерсен, все еще в благоговейном ужасе. — Стойте, вот он, да.

— Поэтому я бы подумал дважды, прежде чем выпускать его.

— Мы за ним присмотрим, — заявил Андерсен, неохотно отворачиваясь от творения Джилета.

— Вы так думаете, — пожал плечами начальник тюрьмы. — Такие, как он, скажут все что угодно, чтобы попасть в сеть. Как алкоголики. Знаете о его жене?

— Он женат? — спросил Андерсен.

— Был. Попытался прекратить свою хакерскую деятельность после свадьбы, но не смог. Потом его арестовали, и они потеряли все на адвокатах и судебных сборах. Жена развелась с ним пару лет назад. Я оказался рядом, когда Джилет получил бумаги. Ему было плевать.

Открылась дверь, и вошел охранник с потрепанным конвертом. Вручил его начальнику, тот, в свою очередь, передал конверт Андерсену:

— Здесь его досье. Глядишь, поможет решить, хотите вы его брать или нет.

Андерсен пролистал бумаги. Послужной список заключенного оказался приличным. В подростковом возрасте, однако, причина задержания не слишком серьезная: Джилет позвонил в главный офис «Пасифик белл» с платного телефона — хакеры называют его «телефон-крепость» — и запрограммировал его так, чтобы бесплатно звонить в другие города и страны. Телефоны-крепости считаются начальной школой для юных хакеров, их используют, чтобы взламывать коммутаторы телефонных компаний, на самом деле являющиеся огромными компьютерными системами. Искусство внедрения в телефонные компании для бесплатных звонков или просто ради забавы известно под названием фрикинг. Заметки в досье указывали, что Джилет нелегально звонил в службы сообщения времени и температуры в Париж, Афины, Франкфурт, Токио и Анкару. То есть взламывал системы из любопытства, проверял свои силы. Он не искал наживы.

Андерсен продолжал просматривать досье молодого человека. В словах начальника тюрьмы действительно содержалась доля истины: поведение Джилета на самом деле говорило о наркомании. Он подозревался в двенадцати главных компьютерных преступлениях за последние восемь лет. В приговоре по делу «Вестерн софтвер» обвинение процитировало фразу судьи, посадившего знаменитого хакера Кевина Митника, объявив, что Джилет «опасен, когда вооружен клавиатурой».

Поведение хакера относительно компьютеров нельзя, однако, назвать исключительно злонамеренным, заключил Андерсен. Джилет работал на несколько компаний в Кремниевой долине и неизменно получал отменные отзывы о своих способностях в программировании — по крайней мере пока его не увольняли за пропуски или сон на рабочем месте после ночной работы с компьютером. Он также написал много превосходных бесплатных и условно бесплатных программ — которые можно свободно распространять — и читал лекции на конференциях о новых разработках в компьютерных языках программирования и о безопасности.

Потом Андерсен перелистнул пару страниц и удивленно рассмеялся. Он смотрел на распечатку статьи, написанной Уайеттом Джилетом пару лет назад для журнала «Онлайн». Статью все хорошо знали, и Андерсен вспомнил, как читал ее, когда статья только появилась, но не обратил особого внимания на автора. Заголовок гласил: «Жизнь в Голубом Нигде». По сути, статья рассказывала о том, что компьютеры стали первым технологическим изобретением в истории, влияющим на все аспекты жизни человека, от физиологии до развлечении, от разума до материального комфорта, до зла, и именно поэтому человечество и машины и дальше будут становиться все более похожими друг на друга. В этом много преимуществ, но также и много опасностей. Фраза «Голубое Нигде», заменившая термин «киберпространство», обозначала мир компьютеров, или, как его часто называют, мир машин. В метафорической фразе Джилета слово «голубой» относилось к электричеству, заставляющему компьютеры работать. «Нигде» означало неосязаемое место.

Энди Андерсен нашел еще несколько фотокопий документов с самого последнего суда над Джилетом. Он увидел дюжины писем, адресованных судье, с просьбой о снисхождении к подсудимому. Мать хакера умерла — неожиданный сердечный приступ в пятьдесят лет, — но, судя по всему, у молодого человека сложились завидные отношения с отцом. Отец Джилета, американский инженер, работающий в Саудовской Аравии, отправил судье несколько душераздирающих электронных посланий с просьбой о смягчении наказания. Брат хакера, Рик, государственный служащий в Монтане, пришел на помощь своему родственнику несколькими факсами к суду, также настаивая на смягчении приговора. Рик Джилет даже трогательно предложил брату переехать и жить с ним и его женой «в грубой и нетронутой горной хижине», будто чистый воздух и физическая работа могут излечить хакера от криминальных замашек.

Андерсен и растрогался, и удивился одновременно: большинство хакеров, которых арестовывал Андерсен, происходили из неблагополучных семей.

Он закрыл досье и вручил его Бишопу, тот с отсутствующим видом проглядел бумаги, явно растерявшись при виде технических заметок о машинах. Детектив пробормотал: «Голубое Нигде»? И минутой позже сдался и отдал бумаги партнеру.

— Каков порядок освобождения? — спросил Шелтон, пролистывая досье.

Андерсен ответил:

— Пока что мы переправили всю документацию в суд. Как только федеральный судья подпишет бумаги, Джилет станет нашим.

— Я вас предупредил, — зловеще напомнил начальник тюрьмы. Он кивнул на самодельный компьютер. — Если вы собираетесь настаивать на освобождении, ваше дело. Только вам придется представить себе, что он наркоман, оставшийся без иглы на две недели.

Шелтон сказал:

— Думаю, надо позвонить в ФБР. Нам в любом случае не помешает пара федералов. Предвидится немало трупов, а тут еще тратить время на присмотр за нашим приятелем.

Андерсен покачал головой.

— Если мы расскажем им, тогда обо всем прослышит МО и обозлится на нас за освобождение человека, взломавшего их «Стандарт-12». Джилет отправится обратно в тюрьму в течение получаса. Так что придется все проделать втихую. Мы освободим его как неустановленную личность.

Андерсен посмотрел на Бишопа, который вновь разглядывал молчащий мобильный телефон.

— Что думаешь, Фрэнк?

Худощавый детектив снова поправил рубашку и наконец выдал несколько полных предложений.

— Ну, сэр, я думаю, нам следует вытащить его, и чем скорее, тем лучше. Убийца, наверное, не сидит сложа руки, болтая языком. Как мы.

Глава 00000100/четыре

Жуткие полчаса Уайетт Джилет сидел в холодной средневековой темнице, отказываясь размышлять, случится ли это на самом деле — отпустят ли его. Он не позволял себе даже крохи надежды — в тюрьме первыми умирают именно надежды.

7
{"b":"7211","o":1}