ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Тайна мертвой царевны
Пропащие души
Куриный бульон для души. Сердце уже знает. 101 история о правильных решениях
Кремлевская школа переговоров
День коронации (сборник)
Неукротимый граф
Книга земли
Громче, чем тишина. Первая в России книга о семейном киднеппинге
Аргентина. Лонжа
A
A

Водрузив на голову наушники и приладив микрофон, она включила свою «Моторолу». Через мгновение в ухе послышался слабый голос Линкольна Райма.

— Сакс, ты на месте?

— Да. Все произошло именно так, как ты говорил, — они загнали его в угол, и он исчез.

Райм засмеялся.

— А теперь они хотят, чтобы мы его нашли. Неужели наш удел исправлять чужие ошибки? Подожди минутку. Приказываю: убавить звук... убавить звук. — Музыка, на фоне которой звучал его голос, стихла.

Вскоре вернулся техник с высокими светильниками на штативах.

Установив их в вестибюле, Сакс включила свет и, осторожно переступив порог, оказалась на месте преступления.

По поводу того, как нужно действовать на месте преступления, единого мнения не существует. И хотя большинство специалистов считают, что чем меньше людей, тем лучше, многие управления посылают на место преступления целые бригады. Линкольн Райм, как правило, обследовал место происшествия один, и теперь настаивал на том, чтобы Амелия Сакс поступала так же. Чье бы то ни было присутствие волей-неволей отвлекает от дела, внимание криминалистов рассеивается, поскольку каждый — пусть даже подсознательно — начинает надеяться, что его напарник обнаружит то, что он случайно пропустил.

Кроме того, если полицейский обследует место преступления один, ему проще установить своего рода ментальную связь с жертвой и преступником. В такой ситуации лучше работает интуиция, позволяющая определить, что именно важно и где это найти.

Этим размышлениям предавалась сейчас Амелия, глядя на тело девушки, все еще лежавшее на полу, рядом со столом.

Возле тела она увидела опрокинутую чашку кофе, ноты и фрагмент серебряной флейты, которую, очевидно, собирала жертва, когда убийца накинул петлю ей на шею. Девушка сжимала мертвой хваткой еще один цилиндр, видимо часть инструмента. Может, она собиралась использовать его как оружие?

Или же отчаявшаяся девушка просто хотела перед смертью ощутить в руках что-то знакомое?

— Я возле тела, Райм, — сказала Амелия, снимая труп цифровой камерой.

— Продолжай.

— Она лежит на спине. Ее пытались реанимировать. Телесные повреждения соответствуют предположению об удушении. — Сакс осторожно перевернула женщину на живот. — Руки скованы какими-то странными наручниками. Я таких никогда не видела. Часы разбиты, они остановились ровно на восьми утра. Похоже, это не случайно. — Она приподняла руку женщины. — Ну да, Райм, убийца раздавил их ногой. А ведь часы хорошие — «Сейко». Зачем он сломал их? Ведь мог взять.

— Хороший вопрос, Сакс... Возможно, это ключ к разгадке, а может, ничего не означает.

Неплохая сентенция для криминалистики, подумала Сакс.

— Одна из полицейских, обнаруживших тело, перерезала петлю на шее — как раз в том месте, где был узел. — Узел разрезать не следовало — он мог бы дать ценную информацию о том, кто его завязал. С помощью липкой ленты Сакс собрала, выражаясь научно, трассологические доказательства — то есть следы, оставленные на месте преступления. В последнее время считалось, что употреблявшиеся ранее переносные пылесосы уничтожают значительную часть информации, поэтому большинство следственных бригад вновь перешло на клейкую ленту. Специальными инструментами Сакс взяла с тела жертвы образцы волос и того, что осталось под ногтями. — Пойду похожу по сетке, — сказала Сакс. Это выражение, изобретенное Раймом, отражало его методику исследования места преступления. Метод сетки, пожалуй, самый основательный из всех: криминалист сначала проходит в одном направлении туда и обратно, затем поворачивает на 90 градусов и вновь обследует тот же участок, осматривая при этом не только пол, но также потолок и стены.

Сакс уже вела обследование, пытаясь отыскать оброненные или выброшенные предметы, снимая электростатические отпечатки следов обуви и делая цифровые фотографии. Фотослужба еще проведет тщательную съемку места преступления, но на это требуется время, а Райм всегда требовал, чтобы хоть какие-то снимки немедленно доставляли ему.

— Офицер! — позвал Селлитто. — Амелия обернулась. — Я тут подумал вот о чем... Раз мы не знаем, куда делась эта сволочь, может, вам нужно какое-то прикрытие?

— Нет. — Амелия мысленно поблагодарила детектива за то, что он напомнил ей об убийце, исчезнувшем в том помещении, которое она собиралась обследовать. Один из афоризмов Линкольна Райма гласил: «Осматривай все внимательно, но следи за тем, что творится у тебя за спиной». На всякий случай Сакс взялась за рукоятку пистолета — надетая поверх комбинезона кобура сдвинулась чуть-чуть вверх — и продолжила свою работу. — Ну вот, что-то есть, — пробормотала она мгновение спустя. — В вестибюле, примерно в трех метрах от жертвы. Кусок черной шелковой ткани. То есть это похоже на шелк. Кусок ткани лежит на какой-то детали от ее флейты. Он принадлежал преступнику или жертве. — Не найдя в коридоре ничего интересного и не отрывая руки от пистолета, Сакс вошла в зал. Увидев, что здесь абсолютно негде спрятаться, она было расслабилась, однако, едва начав осмотр, почувствовала нарастающее беспокойство. Нечистое место... — Райм, тут вот что странно...

— Я совсем не слышу тебя, Сакс.

Она вдруг поняла, что говорит шепотом.

— Лежащие стулья обвязаны обгоревшей веревкой. Похоже на бикфордов шнур. Я чувствую запах сгоревших нитратов и серы. Очевидцы сообщали, что преступник один раз выстрелил, но пахнет не бездымным порохом. Это что-то другое. Ax вот оно что... Тут небольшая серая шутиха. Наверное, это и был тот самый выстрел, который они слышали... Минуточку! Тут есть что-то еще — под креслом. Это маленькая зеленая монтажная плата — с громкоговорителем.

— Маленькая? — саркастически переспросил Райм. — Фут мал по сравнению с акром. А вот акр мал по сравнению с сотней акров, Сакс!

— Прошу прощения. Примерно пять сантиметров на двенадцать.

— По сравнению с десятицентовой монетой это, пожалуй, большая штука, а?

«Все поняла, большое тебе спасибо», — про себя сказала она.

Уложив найденные улики в сумку, Сакс вышла из зала через вторую — пожарную — дверь, сняла электростатические отпечатки, а также сфотографировала найденные здесь следы. Теперь у нее есть контрольные образцы, а их можно сравнить со следами, найденными возле жертвы и там, где ходил внезапно испарившийся преступник.

— Я все сделала, Райм. Вернусь через полчаса.

— А замаскированные двери и потайные ходы, о которых все говорят?

— Я не могу их найти.

— Ладно, тогда отправляйся домой, Сакс.

Вернувшись в вестибюль, она позволила пройти к месту преступления фотографам и экспертам по скрытым уликам. Возле двери стояли Францискович и Аусонио.

— Вы нашли уборщика? — спросила Амелия. — Мне нужно взглянуть на его обувь.

Аусонио покачала головой.

— Ему пришлось отвезти жену на работу. Я оставила уборщику записку с просьбой позвонить.

— Послушайте, офицер! — вмешалась ее напарница. — Мы с Нэнси вовсе не хотим, чтобы этот подонок сбежал. Если мы еще можем чем-нибудь содействовать вам — ну, в общем, дайте нам знать.

— Посмотрим, как все обернется, — ответила Сакс, прекрасно понимая, что они сейчас чувствуют.

В этот момент у Селлитто забормотала рация.

— Это близнецы, — сообщил он. — Они закончили опрос свидетелей.

В вестибюле их ждали двое мужчин — один высокий, другой низкий, один с веснушками, другой — без. Это были детективы из Большого дома, специализировавшиеся на опросе свидетелей преступления.

— Сегодня утром мы опросили здесь семь человек.

— Плюс охранник.

— Одних только студентов...

— Без преподавателей.

Несмотря на полное несходство внешности, эту парочку все называли близнецами. Не стоило даже и пытаться разговаривать с ними поодиночке — все упрощалось, если близнецов считали единым целым.

— Информация не самая обнадеживающая.

— Несомненно одно — все очень взволнованы.

— Обстановка здесь не слишком приятная. — Говоривший указал глазами на свисающую с потолка паутину.

6
{"b":"7212","o":1}