ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Все пропавшие девушки
Записки путешественника во времени
Ловец
Фаворит. Полководец
Беглая принцесса и прочие неприятности. Военно-магическое училище
Создавая бестселлер. Шаг за шагом к захватывающему сюжету, сильной сцене и цельной композиции
Рыбак
Уэйн Руни. Автобиография
Часы, идущие назад

– Прости, что заставила тебя заговорить об этом, – сказала Сакс.

Наступило неловкое молчание. Уже больше года молодая женщина была учеником и напарником криминалиста, а в последнее время она стала и его другом. Иногда Сакс даже оставалась у него на ночь. Она спала на диване в гостиной или, как целомудренная старшая сестра, забиралась к нему в просторную двуспальную кровать. Но разговоры в основном велись о методах научной криминалистики. Райм убаюкивал молодую женщину рассказами о серийных убийцах и неуловимых ворах-домушниках. Оба старались избегать личных тем. Вот и сейчас Сакс ограничилась банальным: «Представляю, каково тебе было».

Райм отмахнулся от сочувствия, тряхнув головой. Он уставился на голую стену. Когда-то вся комната была увешена художественными репродукциями. Их давным-давно сняли, но криминалист постоянно играл в игру, проводя взглядом мысленные линии между остатками липкой ленты. Сейчас у него получилась кривобокая звезда, которой не удалось все же заслонить перед глазами Райма жуткую картину обезображенного взрывом места преступления, обугленных, изуродованных тел его помощников.

– Тот тип, что нанял Танцора, он что, решил вдруг его заложить? – спросила Сакс.

– Прямо-таки горел желанием. Но он мало что мог нам рассказать. Деньги и инструкции он опустил в указанный ему почтовый ящик. Лично они ни разу не встречались. – Райм набрал полную грудь воздуха. – Но самое страшное заключалось в том, что банкир, заплатив за устранение конкурента, потом передумал и решил отменить заказ. Нервы не выдержали. Но он так и не смог связаться с Танцором. Впрочем, это все равно не имело значения. Танцор с самого начала предупредил его: «Об отмене задания не может быть и речи».

Затем Селитто вкратце рассказал Сакс о деле против Филипа Хансена, о свидетелях, видевших его ночной вылет, и о вчерашней бомбе.

– Кто оставшиеся свидетели? – спросила она.

– Перси Клэй, жена этого Карни, погибшего в авиакатастрофе. Она президент компании «Гудзон-Эйр». Ее муж был вице-президентом. Третий свидетель – Бриттон Хейл, летчик той же компании. Я послал к ним домой нянек – присматривать за ними.

– Я уже связался с Мэлом Купером, – сказал Райм. – Он будет работать в лаборатории на первом этаже. Дело Хансена ведется в сотрудничестве с федералами; Бюро будет представлять Фред Деллрей. Если понадобится, он выделит для защиты свидетелей специальных агентов и охраняемый дом.

Отключившись от того, что начал говорить Селитто, Линкольн Райм снова погрузился в воспоминания. Перед глазами снова встала картина помещения, развороченного пять лет назад взрывом бомбы, которую оставил Танцор.

Воспоминания: мусорная корзина, раскрывшаяся от взрыва, словно черная роза. Запах взрывчатки – удушливая вонь, нисколько не похожая на аромат дыма от костра. Растрескавшаяся от жары краска на обгоревшем дереве. Обугленные трупы экспертов, скорчившиеся, застывшие в неестественных позах… От этих жутких картин Райма спасло жужжание факса. Джерри Бэнкс выхватил из машины первый лист.

– Протокол осмотра места падения самолета, – объявил он.

Райм жадно повернул голову к факсу:

– Мальчики и девочки, пора за работу!

* * *

Мыть. Мыть тщательно.

«Солдат, у тебя руки чистые?»

«Стараюсь, сэр!»

Коренастый мужчина лет тридцати с небольшим стоял в туалете кафе на Лексингтон-авеню, поглощенный своим занятием.

Тереть, тереть, тереть…

Прервавшись, мужчина огляделся вокруг. Похоже, никому нет дела до того, что он торчит здесь уже десять минут.

И опять тереть, тереть…

Стивен Колл осмотрел кожу на руках, крупные красные костяшки пальцев.

Вроде чистые, вроде чистые. Червей нет. Ни одного.

У него было прекрасное настроение, когда он перегонял свой черный микроавтобус с улицы в подземный гараж. Забрав из багажника необходимый инструмент, Стивен поднялся по пандусу и влился в оживленную толпу. Ему уже приходилось несколько раз работать в Нью-Йорке, но он никак не мог привыкнуть к такому огромному скоплению народа. Только в одном квартале не меньше тысячи человек.

От этого становится не по себе.

От этого по коже словно черви ползают.

Поэтому Стивен заглянул в туалет и долго оттирал руки.

«Солдат, ну ты закончил, наконец? Тебе нужно поразить еще две цели».

«Так точно, сэр, почти закончил. Необходимо полностью исключить риск оставить на месте операции какие-то следы, сэр».

«О, во имя всего святого, побыстрее…»

На руки лилась теплая вода. Он потер под ногтями щеткой, принесенной с собой. Выдавил из мыльницы на стене каплю розового жидкого мыла. И принялся тереть дальше.

Наконец, удовлетворенно осмотрев покрасневшие руки, он обсушил их под струей горячего воздуха из автомата. Никаких полотенец, никакой клетчатки, способной многое рассказать.

И никаких червей.

Сегодня Стивен был одет в камуфляжную форму. Разумеется, не в желтую с бурыми разводами спецодежду времен операции «Буря в пустыне». Джинсы, кроссовки, клетчатая рубашка и серая штормовка в пятнах краски. На поясе сотовый телефон и рулетка. Стивен выглядел обыкновенным строителем, которых на Манхэттене тысячи. Сегодня он выбрал этот маскарадный костюм потому, что никто не обратит внимания на строителя, надевшего в погожий весенний день матерчатые перчатки.

Стивен вышел из кафе.

Народу по-прежнему тьма. Но теперь руки у него чистые, и неприятное ощущение прошло.

Остановившись на углу, он посмотрел на особняк, в котором раньше жили Муж и Жена, но теперь осталась одна Жена, потому что Муж уже разлетелся на миллион кусочков над родиной президента Линкольна.

Итак, в живых остались два свидетеля, и оба должны умереть до того момента, как в понедельник утром соберется на заседание суд. Стивен сверился с часами, которые представляли собой массивный корпус из нержавеющей стали. Половина десятого утра, суббота.

«Солдат, тебе хватит времени, чтобы завалить обоих?»

«Сэр, возможно, прямо сейчас я обоих не уничтожу, но у меня в запасе почти двое суток. На то, чтобы установить местонахождение двух целей и уничтожить их, времени более чем достаточно, сэр».

«Солдат, а если возникнут какие-то трудности?»

«Сэр, я живу ради того, чтобы преодолевать трудности».

Перед особняком стояла одинокая полицейская машина. Как он и ожидал.

Итак, известная зона действия перед домом и неизвестная внутри…

Оглянувшись по сторонам, Стивен пошел по тротуару, чувствуя зуд в оттертых начисто руках.

Он шел, представляя себя местным жителем. Не Стивеном и не мистером Коллом, а также не Тоддом Джонсоном, не Стэном Бледгоу и не десятком других человек, чьи имена он испробовал за последние несколько лет. А его настоящее имя превратилось во что-то вроде заржавленного турника в глубине двора – ты знаешь, что он там есть, но в действительности смотришь и не замечаешь. Резко повернув, Стивен зашел в подъезд дома, стоящего напротив особняка Жены. Остановившись в дверях, он посмотрел на большое окно в доме напротив, частично скрытое цветущим кизилом. Стивен надел дорогие очки с желтоватыми поляризованными стеклами, и отблески от стекла исчезли. Он разглядел в комнате движущиеся фигуры. Один полицейский… нет, два полицейских. Мужчина, стоящий к окну спиной. Возможно, Друг, третий свидетель, которого должен убрать Стивен. И… да! Вот и Жена. Невысокая. Неказистая. Похожая на мальчишку. На ней была белая блузка.

Замечательная мишень. Жена отошла от окна и скрылась из виду. Нагнувшись, Стивен расстегнул рюкзак.

Глава 4

Линкольна Райма перенесли из-за компьютера в кресло на колесах под названием «Штормовая стрела».

Теперь криминалист смог взять управление на себя. Зажав во рту пластмассовую соломинку, он въехал в крошечный лифт, на месте которого был когда-то встроенный шкаф. Лифт без лишних церемоний опустил его на первый этаж.

В 90-е годы XIX века, когда был построен этот особняк, помещение, в которое сейчас въехал Линкольн Райм, служило салоном. Деревянные стены, обитые дранкой и покрытые лепниной в виде массивных лилий, стрельчатые ниши и массивные дубовые половицы, соединенные так прочно, словно сваренные сваркой. Но архитектор пришел бы в ужас, увидев, что Райм полностью разрушил стену, отделявшую салон от гостиной, а в оставшихся насверлил огромные отверстия для прокладки дополнительной электропроводки. Образовавшееся просторное помещение было заполнено не хрусталем и задумчивыми пейзажами кисти Джорджа Иннесса, а произведениями искусства совершенно иного толка: колбами определителя плотности, компьютерами, микроскопами, сравнительными микроскопами, газовым хроматографом, масс-спектрометром, ультрафиолетовой лампой и паровыми рамками для снятия частичных отпечатков пальцев. Один угол занимал величественный электронный микроскоп, стоящий уйму денег, который был подключен к источнику рентгеновского излучения переменной мощности. Рядом лежали более знакомые человеку с улицы предметы, также незаменимые в ремесле криминалиста: защитные очки; перчатки – резиновые и из специальной ткани, которую невозможно разрезать; чаши; отвертки и пассатижи; лопатки; скальпели; отмычки; ватные тампоны; банки; полиэтиленовые пакеты; пластинки для анализов и зонды. Пара дюжин деревянных палочек (Райм требовал от своих помощников, чтобы те обращались с уликами, как с фирменными блюдами в китайском ресторане).

6
{"b":"7216","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Тонкое искусство пофигизма: Парадоксальный способ жить счастливо
Боевой маг. За кромкой миров
Право на «лево». Почему люди изменяют и можно ли избежать измен
Тело, еда, секс и тревога: Что беспокоит современную женщину. Исследование клинического психолога
Женщины непреклонного возраста и др. беспринцЫпные рассказы
Философия хорошей жизни. 52 Нетривиальные идеи о счастье и успехе
Блог проказника домового
Восемь обезьян
Соблазню тебя нежно