ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Как видите, дорогие читатели, все буднично, без особых вещаний и заявок. Просто «контакт» и все тут. «Высокая или низкая» цивилизация – девушки не определяли, но «были поражены красотой».

Как развернется их дальнейшая судьба, во что выльется это впечатление молодости? Трудно сказать, но теперь они «знают, что мы не одни на Земле». И это знание, каким бы наивным оно ни казалось ученым или же офицерам разведок мира, уже воздействует на их мироощущение и, что тоже немаловажно, их миропонимание. Этот реальный для них факт, полученный не по социальным информационным каналам, а по прямому взаимодействию, становится новой точкой сборки их сознательной жизни. А по нашей необъятной Сибири таких людей становится все больше и больше. И как отразятся на их чувствах и мыслях «силовые инициативы ведущих государств» и попытки налаживать контакт с инопланетянами посредством ядерных взрывов и лазерных импульсов?..

Конечно, «пришельцы» ведут себя крайне «некоммуникабельно», когда не дают себя сбить и изучить в тиши лабораторий. Они не садятся «за стол переговоров» на условиях «высокоразвитых стран». Как ни говори, а трагизм и печаль в доктрине «человечество Земли одиноко во Вселенной» нарастает. Ведь может выясниться, что гостями на Земле являемся именно мы, люди, а «они» – ее давнишние хозяева.

А теперь снова послушаем и посмотрим, что говорят и рисуют очевидцы.

Следующий эпизод имеет совершенно иную природу и, судя по описанию, скорее, психофизиологическое выражение. Но от этого не легче, поскольку эта разновидность контактов учащается.

Июль 1975 г. Зной, жара. На небе ни облачка, нет ни дуновения. Я лежал на матрасе, накрывшись простыней, на лоджии, 4-й этаж, где-то около 14 часов дня. Задремал… и вдруг резко задрыгал ногами, так как будто кто-то со смехом мне кинул в ноги не то ящерицу, не то змею. Приподнял резко голову и посмотрел себе в ноги; над ногами нечто увидел. Стоял шар, похожий по структуре и строению на шарик одуванчика, только поражал диаметр этого «одуванчика», равный примерно 7–7.5 см. Потом медленно, чуть-чуть покачиваясь, этот шарик двинулся от ног к изголовью, не опускаясь и не поднимаясь выше. Я следил за ним только взглядом, почему-то не смея шевелиться, а уж тем более потрогать сей странный шарик. Он достиг моего изголовья, сделал два круга над самой моей головой, пошел в обратном направлении, остановился где-то на середине туловища и медленно двинулся с лоджии по восходящей, ничуть никуда не отклоняясь, и потом довольно резко пошел вверх, в небо и, в конце концов, растворился в синеве. Я следил за ним до слез в глазах… Поразила еще непонятность его материала, из чего он сделан? Что-то похожее на стекловату, только белое, мерцающее. Но это потом я стал задавать себе подобные вопросы, а тогда только, стараясь не шелохнуться, смотрел на столь странное явление…

Где-то спустя две недели… такой же жаркий день. Прилег на тахту в комнате. Где-то около 15 часов. Никаких позывов ко сну. Работал и просто прилег, о чем-то размышляя, и вдруг отключился… Очень реальное ощущение перемещения, довольно быстрое, в какой-то аппаратной. Стою обнаженный (но тогда этого я не сознавал, было одно-единственное ощущение: мне очень хорошо, никаких других ни мыслей, ни эмоций). Три «лица», одно чуть ближе ко мне, за ним два других. Я смотрю на них, особенно на центральное «лицо», глаза приятно пульсируют и смотрят на меня… мне очень приятно смотреть на них и вообще приятно (никакого удивления, никаких вопросов), вижу, как еще один человек движется сюда, причем вижу, из какого района Земли: откуда-то из района Томска. Стоит рядом со мной, но я на него почти не гляжу. И еще один, и вижу: взят из района центральной Канады. Потом один из прибывших стал напротив них, мы стоим в ряд, чуть сбоку от них. Я заметил некую стенку с экран: легкий шум и стоящий перед экраном мужчина вдруг превратился в некую плоскость, а потом вновь обрел свою форму, но на экране остался его двойник, копия в развертке (сложнейшее изображение). У этого, вновь обретшего свою форму, только осталось пятно, как от пробки с йодом, когда прижигают пробкой – темно-коричневое. Понимаю все, что происходит: с нас снимают копию в развертке. Изображение на экране исчезло, он вновь чист. Встал перед экраном другой, но я вновь отвлекся, глядя в глаза этих трех ликов. Потом встал я перед экраном… и потом я уже стоял в ряду нас троих… Обратное возвращение; скольжение в некоем силовом коридоре. Открыл глаза, лежу на тахте, яркость и живость впечатления: что же это, думаю, сон? Но такой реальный! По времени все произошло где-то в промежутке 10 минут, не более, так как смотрел на часы до и взглянул после. Мог бы быть сон, если вдруг не увидел на запястье левой руки вот такое пятно, как будто прожженное йодом; такое же пятно я видел после снятия копии развертки у первого мужчины между ключицами на груди. Первым моим желанием было кому-то рассказать, что со мной было, и в доказательство показать это пятно на руке, но вместо этого я надел рубашку с длинными рукавами, застегнул наглухо манжеты и никуда не пошел и никому не рассказал. Это желание, рассказать, было несколько раз, но что-то удерживало меня. В квартире я был один, на следующее утро пятно было такое же, только чуть высветлилось. Стал ждать приезда жены (она была в Орджоникидзе), приехала где-то в 4-м часу вечера перед этим, я все еще ходил в этой рубашке, и пятно было… Я стал ей рассказывать: рассказал, что было со мной, и в доказательство, что это был не сон, я расстегнул манжет, загнул рукав у рубашки и протянул ей руку: вот, смотри, это пятно… но, увы и ах: пятна не было, даже и намека малейшего на него. Конечно, она посмотрела на меня очень внимательно, уж не случилось ли что с моей психикой? Я был нормален и вообще никогда не страдал всякого рода шизоидальными отклонениями. Работал я тогда главным художником в Чечено-Ингушском драмтеатре. Сейчас, с 1976 г., проживаю в г. Тюмени.

А теперь снова коллективный вид встречи на Южном Урале. Этот эпизод мы адресовали к разбору психологам, но они сочли это дело «малоинтересным». Оказывается, что событие, которое может заинтересовать психологов, на Земле еще не произошло. А теперь слово контактерам.

Здравствуйте! Это было в первой половине сентября 1980 г. Мы, четыре человека, а именно: сл. рем. – я, Юров, сл. рем. – Щущулин, мех. цеха – Козлов, серж. ГАИ – Козлов выехали на отдых у реки Кумак в 75 км от г. Орска. Прибыв на место к речке, где нет близко населенного пункта, примерно в 22 часа местного времени, noшли ставить перемет, находясь в воде по пояс. Я был в гидрокостюме, а Виталий в болотных сапогах. И вот в это время мы увидели звезду над нами, и от этой яркой звезды прямо на нас стал распространяться свет кольцами, сначала он был в диаметре около 500 мм, а когда достиг земли, диаметр его окружности был равен 10–15 метрам, получился матовый конус. После этого яркая звезда начала удаляться горизонтально, а раструб света конического еще секунды две оставался, а потом исчез. После мы вернулись к палатке, где стояла машина, сели ужинать, решив, что это – природное явление или спутник. Хочу сказать, что когда с Байконура запускают космические корабли, то в нашем Орске, и тем более в том месте, где мы находились, хорошо видно безоблачной ночью круги света от двигателей, но там совсем другие. Итак, после ужина Виталий лег отдыхать в палатке, Михаил лег в автомобиле, мы с Иваном Николаевичем решили посмотреть и послушать, не попалось ли что в наши снасти. Время было 1 час ночи. До берега метров 70. Там хорошие намывные пески, их и называют рыбаки «Золотые пески».

Так вот, я уже говорил, что было 1 час ночи. Что же дальше? А вот что. Я очутился в комнате, вернее, это одна четвертая часть окружности, и тут я услышал голос «садитесь». Я сел на подобие квадратной табуретки, которая была высотой примерно 400 мм и шириной 300–250, так примерно я определил эти два предмета, которые стояли у стенок. Внизу на полу виден люк примерно 800 на 500 мм, впереди справа был виден проем двери, которая была закрыта, левее на полукруглой стене был виден сверху вниз кожух, как будто под ним закрыта труба в диаметре 600 мм, высота комнаты более двух метров, и вся эта комната обшита пластиком бледно-серого цвета. У меня сразу, как после шока, возникла мысль: где я и где же Иван Ник., и вдруг открывается люк, и внизу на маленькой площадке сидит мой механик. Я встал под какой-то действующей на меня силой, подошел к люку, спустился к Ивану Ник. по двум ступенькам, и он кубарем полетел вниз, и я, как будто направляемый чем-то, подошел к краю площадки и прыгнул, примерно с такой высоты, как в армии во время прохождения курса молодого бойца, и чуть не на голову Ивану Ник. И когда глянул вверх, то увидел очень быстро удаляющийся яркий огонь. Я стал кричать: «Стойте, стойте!» – но огонь исчез по направлению серпа Луны. Я стал тормошить Ивана Николаевича. Он невменяем, а в это время Щущулин Михаил и Виталий искали нас, когда я кричал «стойте», они прибежали на крик, оба с разных сторон в немалом испуге и увидели нас на песке в трех метрах от воды в воронке метра полтора в диаметре и в 600 мм глубины. Я им говорю, что вот ваши следы с двух сторон к яме, а где наши? И как мы оказались здесь? Тут как-то мгновенно пришел в себя Иван Ник. Я его спрашиваю: что-нибудь помнишь? Он говорит: ничего, только зад болит сильно (после этого 3 дня не выходил из кабинета, растирал спиртом подтеки). Мы быстро пришли к стоянке, собрались и уехали домой.

По прибытии домой я позвонил в военкомат и все рассказал как было, но меня терпеливо выслушал дежурный офицер, а потом отключил телефон, видимо, решил, что я ненормальный. Потом я заезжал в военкомат беседовать с майором, но он только посмотрел на меня, как на фанатика. И на работе, кто после нашего рассказа крутит пальцем у виска, а кто говорит: перепили, но мы грамм по 200, да, а вот Михаил Щущулин вообще не пьет, и был трезв абсолютно. И он говорит, что проснулся в машине от вспышек огня и сильного шипения, и когда посмотрел, что нас нет, разбудил Виталия и отправился на поиски нас с Иваном Николаевичем. И что главное, когда они нас нашли на песке, время было 6 час 30 мин, а мы пошли смотреть снасти в час ночи, так что за 5 с половиной часов в сентябре в одних рубашках, даже без пиджаков – любой человек не выдержит, замерзнет. И потом я еще хочу сказать, что один охотник сидел на озере километрах в восьми от нас, видел свет этого прожектора и звезду, которая поднималась и опускалась в нашем направлении. И с тех пор нас зовут космонавтами. Долго я не решался вам писать, навряд ли, думаю, поверите, да вот после статьи в «Труде» и посоветовавшись между собой – решили писать.

26
{"b":"7218","o":1}