ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Азазель
Пепел умерших звёзд
Проделки богини, или Невесту заказывали?
Последнее прости
Де Бюсси
Путь художника
Моя судьба в твоих руках
Не надо думать, надо кушать!
Тобол. Мало избранных

Когда им торжественно принесли еду, музыка стала чуть громче, а Май, глянув в центр зала, хмыкнул неодобрительно. Машка немедленно заинтересовалась происходящим и, похрустывая аппетитно каким-то красноватым листиком, на который тоненьким слоем намазан был удивительно вкусный паштет, навострила уши. Молоденький мачо испанского типа, с черными волосами и цыганистыми хитрыми глазами принялся рассказывать романтическую историю под нехитрую мелодию, льющуюся непонятно откуда. Суть ее была в том, что раньше он, инкуб, жил в астральных сферах в свое удовольствие, но однажды его вызвала прекрасная магичка, в которую он и влюбился. Магичка была гнусной стервой и использовала его чувства, но он не желал и не мог покинуть ее и мир, в котором она жила. И теперь не приспособленный к существованию в материальном мире дух тихо угасал. А потом он запел и, взмахнув голыми руками, будто крыльями, взлетел. Смотрелось все это так искренне и трогательно, что Машка даже всхлипнула от сочувствия к несчастному инкубу. Рядом неслышно возникла Карвен с плоским блюдом, полным разноцветных ягод.

— Это так прекрасно, что я не верю. Так не бывает, — потрясенно заметила Машка. — Хотя здесь...

— Конечно, так не бывает, — улыбнувшись, подтвердила Карвен. Она все еще была очень бледной, но необходимость исполнять свои обязанности подбодрила ее. — Но посетителям нравится верить в сказки.

Машка кивнула согласно, пожала плечами и зажевала разочарование пирожком с какой-то кислой ягодой. Ей частенько хотелось есть, когда она нервничала или расстраивалась. Жаль все-таки, что это неправда. А красивый жгучий брюнет все надрывался, паря под потолком:

— Мне все равно, какая ты...

И дело даже не в том, что пел он неплохо, ничуть не хуже местных официантов, а в том, что ему хотелось верить. Безумная история была романтической и нереальной ровно настолько, чтобы не вызывать смеха. И будить зависть. Группа, немолодых женщин, ужинавших здесь же, на веранде, молчали и слушали. У них явно не в порядке была личная жизнь. Машка толкнула Мая под локоть. От неожиданности тот пролил коктейль на скатерть и гневно обернулся к ней. Машка смутилась, но любопытство было сильнее ее.

— Май, скажи, это ведь магички? — громко прошептала она.

— Где? — вздрогнув, спросил эльф.

— Вон там, на веранде! — Машка кивком указала на женщин.

— Похоже... — Май задумчиво оглядел их, стараясь, чтобы интерес его остался ими незамеченным. — Правда, не пойму, из какой группы...

— Какая разница? — радостно удивилась Машка. — Главное, что магички! Скажи, а они учениц берут?

Май недоуменно посмотрел на нее и поджал губы, ничего не сказав. Лицо у него стало странным и сочувствующим.

— Ты что? — испугалась Машка. — Что-то не так?

— Рано тебе еще такие вещи знать, — процедил он сквозь зубы. — Нужно будет, я тебе расскажу. А пока забудь об этом.

Машка почувствовала себя уязвленной и обиженной, но демонстрировать обиду не спешила. Реакция эльфа выглядела так, будто Машка ненароком коснулась не только страшной, но и опасной и постыдной тайны, о которой не принято говорить в публичных местах. Она замолчала, предварительно дав себе клятву, что непременно потрясет эльфа в более интимной обстановке. Мачо, закончив выступление, поклонился и исчез, растворившись в воздухе, чем Машку изрядно напугал. Ну разве может нормальный человек, пусть даже звезда сцены, исчезать так внезапно? Это же не Чеширский Кот из знаменитой истории Кэролла! Но, вероятно, здесь так было принято, потому как никто возмущения его уходом по-английски не выразил. Все, даже очарованные магички, вернулись к трапезе, тем более что оная была выше всяких похвал.

Тем временем принесли кружки с хуммусом и пахучим отваром «Кровь морка» — безумно дорогим и отлично восстанавливающим силы. Правда, он изрядно отдавал сырыми грибами, но ведь к этому тоже можно притерпеться.

С упомянутым мачо Машка столкнулась на выходе из «Гнева рожека». Май замешкался, прощаясь с Карвен, и Машка решила подождать его на улице, пообещав ни во что не ввязываться. Увидев этого потрясающего исполнителя, она вздрогнула. От него ощутимо пахло мускусом и немного — тухлыми яйцами. Запах был резковатым и слегка неприятным. Но певец ничуть этого не смущался и вообще вел себя так, словно был самым модным в этом сезоне мальчиком.

— Слушайте, а вы действительно инкуб? — решительно спросила Машка, пока Май не успел выскочить и ее остановить.

Она считала, что эльфу не стоит вести себя как наседка по отношению к ней. Мачо взглянул на нее и обворожительно улыбнулся, демонстрируя великолепные зубы. Отчего-то от их здоровья, крепости и белизны Машку пробрала дрожь. В хищности певца было что-то пугающее.

— Действительно, — отозвался он. — А тебе так понравилась моя песня? Имей в виду, меня можно пригласить в гости. Я очень, очень общительный и дружелюбный, особенно с дамами.

— То есть эта история о любви — неправда? Это просто сказка? — Машка вздохнула. — У вас вовсе нет такой возлюбленной?

— Я все еще ищу ее, — томно взмахнув ресницами, ответил мачо, предпринимая попытку подхватить Машку под локоток. Руки его были сухими и теплыми, что на фоне воспоминаний о потных ладошках одноклассников казалось девочке удивительно приятным. — Я так одинок в этом мире, где мне сложно выжить. Мы, инкубы, так нуждаемся в настоящей любви...

— Пшел вон, паразит! — грозно заорал Май, появляясь из дверей и портя Машке всю малину.

Мачо зашипел, словно капля воды, попавшая на раскаленную сковородку.

— Ты не сказала, что с тобой эльф-ф! — разочарованно и злобно буркнул он и почел за лучшее испариться. Похоже, он не был любителем неприятностей и публичных разборок.

— Ты обещала ни во что не лезть! — с упреком сказал Май. — Пойдем.

— Пойдем, — согласилась Машка, — Только я ни во что и не лезла!

— Ты говорила с инкубом! — объявил он так, будто как минимум уличил ее в связи с дьяволом.

— Ну и что? — Машка встала в позу.

— Никогда не связывайся с инкубами! — наставительно произнес Май. — Это очень опасно! Девушкам лучше вообще к ним близко не подходить!

— Что-то подобное мне как раз недавно рассказывали про эльфов, — будто бы невзначай припомнила Машка.

— Это совсем другое. — Май надулся.

— Конечно-конечно, — великодушно согласилась она. — А что в нем такого опасного? Весьма милый мальчик по вызову.

— Он тебе говорил, что ему здесь сложно жить и он сильно нуждается в любви? — спросил Май.

— Говорил, — недоуменно подтвердила Машка — И что в этом такого? Все мужчины говорят что-нибудь подобное, когда хотят склонить к разврату честную девушку. Некоторые даже жениться обещают. Так во всех любовных романах написано.

— Он не то имел в виду, что ты подумала, — фыркнул эльф. — Он действительно не может жить без настоящей любви. Инкубы ею питаются. А жертва потихоньку дохнет. Этот еше из приличных — тянет понемногу из оравы своих поклонниц и до смерти никого не заедает. Но имей в виду: увижу тебя с инкубом — своими руками удушу. Лучше уж так, чем самым похабным на свете образом!

Некоторое время он шел молча, а Машка переваривала полученную информацию. Ей было ужасно, до слез обидно и неприятно. Это называется — нагадили в душу!

Небольшая группка женщин, оживленно переговариваясь, просеменила мимо них. Одна, самая старшая, на секунду отвлеклась от разговора со своими товарками и вежливо, но без малейшего намека на заигрывание, кивнула эльфу. Май лишь холодно наклонил голову.

— Кто это? — тут же заинтересовалась Машка.

— Городские ведьмы, — отозвался Май пренебрежительно.

— Настоящие? — поразилась Машка. — Которые шабаши проводят и все такое прочее?

— Шабаш? — переспросил эльф. — Что за глупости? Зачем приличным ведьмам заниматься шабашами? Как правило, это довольно богатые женщины, которым нет нужды зарабатывать себе на жизнь подобным образом.

Машка прикусила губу. Кажется, она снова сказала что-то не то. Может быть, даже что-то крайне неприличное.

52
{"b":"7220","o":1}