ЛитМир - Электронная Библиотека

— Деревом, животным... Может быть, стихией или природным явлением... — объяснила Айшма, внимательно ощупывая Машкину голову и пытливо заглядывая ей в глаза. Полутьма, царящая в домике, не создавала для нее проблем.

— Да нет, вполне человеком, — ответила Машка недоуменно. — Только не совсем здоровым человеком. И пить хочу очень.

— Ну, слава Правилу. — Экономка вздохнула облегченно. — Обошлось. Хорошо, пока можешь отдыхать.

— А что со мной случилось? — осторожно поинтересовалась Машка.

Судя по всему, она заболела, потеряла сознание и бредила. Кажется, Айшма даже сомневалась в ее психическом здоровье, раз задавала такие странные вопросы. Да и вправду все, что Машка помнила после того, как Май вскрыл замок в подземелье, было похоже на бред.

— Эльфы нашли тебя в саду и принесли, — сказала экономка. — Ума не приложу, где ты умудрилась подхватить трупную лихорадку. Ты чуть не лишилась разума. Это очень опасно.

— Догадываюсь. — Машка вздохнула. Значит, эльфы ни словом не обмолвились о визите к Бирюку. Оно и к лучшему.

Вскрикнули истерично, скрипуче, камешки дорожки под ногами. Видимо — специально, потому как земля эльфа не выдаст против его желания, проглотит звук, скроет следы. А то, что это шел кто-то из эльфов, понятно стало сразу: скрипучий звук был ничуть не противнее дверного звонка. Начавшись с нот высоких, визгливых, он почти сразу же пошел на спад, завершившись низким, уютным шуршанием.

— Можно войти? — раздался от двери голос Мая.

— Эльфы... — Айшма поморщилась. — Тебе все-таки стоит общаться с ними поменьше, несмотря на то, что они умеют вести себя прилично, нужно отдать им должное. Влияние мессира сильно изменило их, и они стали похожи на людей. Но все же...

Машка хмыкнула. Помнится, кто-то из эльфов недавно говорил ровно то же самое — человечность заразна — только совсем в другом смысле.

— Входите, — крикнула Айшма, — я уже ухожу!

— Мы принесли тебе хуммуса, — смущенно сказал Май, входя.

Айшма, стараясь не задеть эльфа даже полой плаща, выскользнула за дверь. На лице ее была написана брезгливость. Машка приникла жадно к горлышку бутылки.

— Ох, Май, — выдохнула она, отрываясь от напитка, вкус которого примирил ее с действительностью, — ты настоящий друг.

Эльф усмехнулся:

— А то!

Глава 8

ТАЛИБЕР

Болела Машка довольно долго, недели две, а то и три. Дома свалиться на такой срок было делом немыслимым — школа слабых не любит. Боль в спине, настойчивая жажда и дурнота прошли быстро, но слабость и синие круги у глаз не покидали ее довольно долго. Он лежала, пила кисловатый холодный хуммус, который ей ежедневно приносили замученные нападками совести эльфы, смотрела в окно и тщательно вспоминала свои видения, которые вполне могли оказаться гораздо более реальными, нежели то, о чем ей рассказывала Айшма. Во взглядах эльфов тоже проявлялось чувство вины, что убеждало Машку в правдивости воспоминаний лучше всего прочего. Эльфы вообще не склонны к угрызениям совести, а беспричинно изводить себя так и вовсе не будут. Плохо знающий эту расу человек, немного понаблюдав за поведением эльфов, сказал бы, что они совершенно бесчувственны. Однако это не совсем так. Эльфы и в самом деле довольно эгоистичны, но вовсе не потому, что они лишены эмоций. Просто к себе они относятся куда снисходительнее, чем к кому бы то ни было. Каждый из них в своих глазах пуп земли, ее любимый ребенок, и такое мировоззрение — характерная особенность этой прекрасной расы.

В эти скучные тягучие дни Машка благословляла их умение читать мысли, не считаясь особенно с желаниями окружающих. Обсуждать случившееся не хотелось, но Машка желала, чтобы эльфы были в курсе ее размышлений. Предчувствия ее не мучили, однако она думала: «Чем черт не шутит, вдруг они догадаются, кто такой этот не-Херон, и картинка сразу сложится». Правда, три головы не всегда лучше одной, если вспомнить знаменитого Змея Горыныча. Но самой Машке пока сложно было сосредоточиться. Маясь бездельем, она считала звезды, которые непременно норовили сбежать с определенного им места, как только она отводила от них взгляд. Айшма не загружала ее работой и вообще заходила крайне редко. Зато эльфы, сменяя друг друга, почти постоянно околачивались возле ее окна. Возможно, вся человеческая наука до сих пор ошибалась и у остроухих совесть все-таки была. Иначе зачем бы Вию пытаться объясниться?

— Мы с Маем настолько близки, что в сущности для земли мы являемся одним целым, — сказал он ей однажды словно между делом. — Я часто чувствую то же, что и он. Потому выдернуть его, когда дело запахло тухлятиной, не стоило ничего. С тобой — сложнее.

Машка предпочитала думать, что он не лгал, но, по правде говоря, ей было все равно. Ни у одного из эльфов не было возможности уцелеть, потому как от смерти даже они не застрахованы. Ей же, похоже, путь на тот свет пока заказан. Вспоминать было сложно, детали ускользали, но общую мысль Машка ухватила: кто-то там, наверху, очень любит ее. Мысль казалась знакомой, но вот откуда она ее взяла, Машка не помнила.

Окончательно она пришла в себя, только когда солнце перестало жарить и на улице ощутимо повеяло сыростью. До холодов еще было далеко, однако уже чувствовалось, что и в этом мире существует зима. Это огорчало и заставляло вспомнить о теплой одежде и ботинках, которые заменят китайские босоножки, принесенные из Москвы, и лапти, что выдала Айшма, принимая Машку на работу. Лапти оказались удобными, легкими, но довольно холодными.

Машка высунула нос в окно и тут же спрятала его обратно. В неряшливом сером небе плыла черно-синяя туча, огромная, как океанский лайнер. Из ее дырявого брюха лилась вода, капли падали и звонко разбивались о листья, крыши и ветки. В такие дни хорошо сидеть в теплом доме и неторопливо читать хороший роман, изредка отхлебывая чай и прислушиваясь к шуршанию дождя. Можно болтать ни о чем с хорошей знакомой, забежавшей в гости, и ждать, когда дождь кончится, чтобы прогуляться по мокрым улицам. Только вот ни чая, ни Тиоки в домике прислуги не было. Машка философски вздохнула, поняв, что тащиться по противному мокрому саду все равно придется.

В носу защекотало, захотелось немедленно прочихаться, но, даже наморшив нос, Машка не сумела этого сделать. Потом заболели виски и зачесались уши. Машка сосредоточилась и поняла, что кто-то немедленно хочет сказать ей гадость. Пришлось настраиваться на общение. Увы, даже для того, чтобы ответить на вызов, Машке нужно было обрадоваться этому вызову, как телефонному звонку первого парня школы. Если учесть, что определять, кто именно хочет с ней побеседовать, она еще не научилась, процесс общения вызывал серьезные трудности. Наконец через помехи пробился голос Айшмы.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — осведомилась она.

— Нормально, — отозвалась Машка.

Айшма удовлетворенно хмыкнула. Помехи, похоже, были односторонними, вызванными Машкиным неумением, потому как экономке ничто не мешало.

— Тогда отправляйся в кухню, Тиоке нужна помощь, — велела она. — Вечером у мессира будут гости. Не рекомендую тебе высовывать нос из своей конуры после заката.

Айшма нервничала. Не иначе, сегодня ей уже влетело от хозяина. В такие моменты она срывалась на кого-нибудь из младшей прислуги. С Машкой, учитывая ее состояние она была вежливее, чем с другими, но неприятное ощущение все равно осталось. Когда эффект присутствия экономки пропал окончательно, Машка глубоко вздохнула, схватила толстую накидку, оставленную Тиокой, и выскочила в сад. Как и следовало ожидать, дождь закончился. Только мокрая трава и тяжелые капли, срывающиеся с веток, напоминали о нем. Машка перекинула непригодившуюся накидку через плечо и, посвистывая, двинулась к дому. Работать не хотелось, но ведь с Айшмой только сумасшедший будет спорить. Себе дороже.

Прислонившись к дереву, на главной аллее, прямой, словно ценное указание начальства, стоял Вий и внимательно наблюдал за вспышками, видимыми в окне Вилигарка. Вспышки эти чем-то не нравились ему, потому как изредка он кривил лицо и бормотал что-то весьма недружелюбно. Похоже, ругался по-эльфийски. Сверху свисали ноги Мая. Беззаботно ими болтая, он сидел на толстой ветке и с удовольствием вкушал красные, похожие на клубнику ягоды боран.

60
{"b":"7220","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Я оставлю свет включенным
Харизма. Как выстроить раппорт, нравиться людям и производить незабываемое впечатление
Преступное венчание
Отряд бессмертных
Мег. Первобытные воды
Колыбельная для смерти
Шантарам
Эланус
Morbus Dei. Зарождение