ЛитМир - Электронная Библиотека

— Это точно, — со вздохом согласилась Машка. — Но они бы оскорбляли мое чувство прекрасного. Мокрые мужики — не самое эстетичное зрелище во вселенной.

Май хмыкнул и потопал по улице, будучи совершенно уверенным в том, что голодная Машка последует за ним. Так оно и вышло. Полюбовавшись немного изящной спиной приятеля, Машка решила, что обедать в таком грозном месте, как трактир с магомойкой, все же лучше, чем не обедать вовсе. Потому что если оплатить ее обед мерзопакостный остроухий нелюдь еще способен, то работать разносчиком еды его и армия вторжения не заставит. В принципе эльфы не такие скупые существа, как о них принято думать, но зато их лень и самомнение выше всякого понимания.

Жара в ресторане стояла немыслимая, как в сауне. Наверное, хозяин считал, что огромный камин придаст его заведению уюта, но Машка прекрасно обошлась бы без этой пышушей теплом детали интерьера. Возможно, если бы на улице стояла зима и она завалилась бы в «День встреч» вымерзшей до самых кончиков ушей, камин порадовал бы ее. Но не сейчас. Она осторожно огляделась и, убедившись, что никто не обращает на них внимания, расстегнула ворот рубашки. В неверном красном свете тускло блеснуло золото магического артефакта.

— Что это у тебя? — немедленно заинтересовался Май. — Я чувствую какой-то странный запах...

— Волшебный медальон, — небрежно похвасталась Машка. — На распродаже купила.

— То-то душок такой тухловатый. — Эльф сморшил нос и требовательно протянул руку. — Дай посмотрю. Кто ж тебя надоумил Херон знает у кого магические предметы покупать?

— А что, отличная штука. — Машка пожала плечами. — На него даже сертификат есть.

— Серти... что? — переспросил Май.

— Бумага, в которой сказано, что это настоящая волшебная вещь, и описано, как она действует. Для идиотов, — доходчиво объяснила Машка. — Хочешь, дам почитать?

Сняв с шеи цепочку с медальоном, она протянула его эльфу вместе с бумажкой. Тот прищурил левый глаз и пристально посмотрел на Машкино приобретение, сразу же сделавшись похожим на опытного оценщика. Хотя, возможно, за свою долгую жизнь он действительно мог набраться опыта. Май некоторое время беззвучно шевелил губами, видимо разбираясь в хитросплетениях не слишком хорошо знакомой ему человеческой магии, а потом вздрогнул и перевел на Машку взгляд, полный удивления и сочувствия.

— Ты уверена, что тебе это нужно? — очень ласково и заботливо спросил он.

— А что? — насторожилась Машка. — По-моему, отличная вещь, и совсем недорогая. Да и смотрится замечательно.

— То есть ты его как украшение носишь? — Май развеселился. — Ты что, не читала приложения?

— А как, по-твоему, я могу его прочитать, если оно все из каких-то дурацких рун состоит? — огрызнулась Машка. — Хоть бы перевод сделали с древнемагического на нормальный! Или картинок добавили, чтоб понятнее было. У нас, например, в инструкциях по установке и пользованию китайской техники всегда картинки есть. Даже я понимала, о чем речь!

— Ну если даже ты... — с намеком восхитился Май.

— Все, я тебя сейчас стукну, — предупредила Машка. — И твое прекрасное лицо станет похожим на старый блин! На самый первый блин, который комом!

Май иронично поднял бровь.

— По-моему, хуммус на тебя как-то странно действует, — пробормотал он. — Ты начинаешь странно себя вести и говорить ерунду.

— Это не от хуммуса, — возразила Машка. — Тебе старшие никогда не говорили, что женщины часто несут чушь?

— Куда? — озадачился эльф. — И зачем?

— Все, закрыли тему. — Машка вздохнула. — Считай это глупой шуткой необразованной девчонки, прибывшей из далекого провинциального параллельного мира. И уже скажи мне, что тебя так смутило в моей магической цацке, а то меня любопытство замучило!

— От любопытства крыза сдохла, — нравоучительно заметил Май. — Дело в том, что этот медальон создан для того, чтобы лечить мужское бессилие. Ваши, человеческие, самцы этим частенько страдают в том самом возрасте, когда все еще хочется, но уже не всегда получается.

— Похабник ты, Май, — осуждающе отозвалась Машка, выслушав эту краткую лекцию.

— Поэтому-то мне и стало интересно, зачем он тебе, — закончил эльф, выразительно глядя на нее.

Машка задумалась, еще раз взглянула на свое приобретение и неуверенно сказала:

— Ну, он красивый. И волшебный. По-моему, этого достаточно, чтобы его купить.

— Я тоже красивый и волшебный, — хмыкнул Май. — Но около меня почему-то не выстраивается очередь желающих меня купить.

— Слишком много просишь, наверное, — авторитетно заявила Машка.

— Еще чего! — обиделся Май. — Настоящий эльф никогда не просит. Он все берет сам. И по праву. Ты так и будешь носить его на шее, словно приворотный амулет?

— А что, глупо смотрится? — погрустнев, спросила Машка, сжав красивую цацку в кулаке. Расставаться со столь изящным украшением не хотелось. В конце концов, она не так часто могла позволить делать такие подарки самой себе.

— Очень! — признался эльф. — Если бы ты была мужчиной, это смотрелось бы жалко, а так — просто глупо. Ты же не носишь на груди рулон туалетной бумаги, хотя с вопросами жизнедеятельности у тебя все в порядке.

— Некоторые чудаки носят, — сказала Машка, припомнив какой-то репортаж по телевизору.

Показывали выставку — модели, одетые в рыболовные сети, модели в шляпах из водопроводных кранов, модель с приклеенным к лицу живым тараканом, и в числе прочих девушка с ожерельем из туалетной бумаги на нежной шее. Что-то все это должно было символизировать, но Машка так и не поняла тогда, что именно.

— Наверное, они совсем не в ту сторону повернуты, — глубокомысленно заметил Май.

Тем временем у их столика как-то незаметно и ненавязчиво начала собираться толпа. Толпа была небольшой и довольно молчаливой, хотя состояла преимущественно из спортивного вида мужчин, не молодых, но и не слишком старых. Мужчины, числом восемь человек, смотрели на Машку с дружелюбным вниманием, не имеющим никакого отношения к различиям полов и гастрономическим интересам. Другие, остававшиеся еще за своими столиками, явно старались разглядеть треклятый Машкин медальон. Они вытягивали шеи, вертелись на стульях, словно невоспитанные детсадовцы, и даже прикладывали ладони ко лбам, хотя солнца в ресторанчике не было и в помине. Машка окинула собравшихся подозрительным взглядом и, поколебавшись, сунула амулет в карман. По толпе пронесся разочарованный вздох.

Криворожий официант принес блюдо сухариков. Машка фустнула одним и, чувствуя себя страшно неловко, наклонилась к всезнающему эльфу.

— Слушай, — прошептала она, — а что они все тут стоят и так странно на меня смотрят? Как будто я им всем деньги должна.

— А ты не должна? — шепотом же осведомился Май. Мало ли, всякое в жизни бывает, может, в экстренном порядке убегать придется от разозленных кредиторов. К такому повороту событий лучше быть готовым сразу.

— Конечно нет! — с негодованием отвергла Машка его подозрения. — Может, они хотят чего?

— Может быть, — согласился эльф. Глаза его на мгновение остекленели, словно он тщился увидеть нечто, скрытое вдалеке.

Машка нетерпеливо дернула его за руку.

— А чего они хотят? — спросила она.

— А ты у них и поинтересуйся, — легкомысленно предложил Май, запуская руку в блюдо с сухариками.

У него от всеобщего внимания аппетит не пропадал. В такой обстановке любой Высокий светлый чувствует себя как рыба в воде. Они вполне привычны к всеобщему восхищению и считают совершенно нормальным постоянно находиться в центре внимания.

— Ты уверен, что они не обидятся? — засомневалась Машка.

Май покачал головой.

— Не уверен. Но если они сильно обидятся, мы позовем вышибал, и они этот вопрос выяснят сами. Мы тут, знаешь ли, гости, а не работники. Наше дело маленькое: поесть, поговорить, а главное — заплатить. Вот если не заплатим...

— Ладно, — прервала его Машка, — это уже меня как-то не очень интересует.

75
{"b":"7220","o":1}