ЛитМир - Электронная Библиотека

— Сейчас я начну читать заклинание, — предупредил Вий. — К словам не прислушивайтесь, отвлекитесь на что-нибудь. А еще лучше — во всю глотку поносными словами ходячий труп раздражайте.

— Так он же обозлится и тогда уже точно вломится сюда! — испугалась Машка. — Если ты ищешь оригинальный способ самоубийства, скажи сразу. Я лучше по стенке вниз спущусь и попробую мужиков успокоить.

— А ты, младший, — не слушая ее суетливого бормотания, продолжил Вий, — встань возле двери и, когда я махну рукой, сними с замка наговор и вынь засов. Давайте быстро, пока еще есть шанс. Поверьте, я знаю, что делаю. Что я, Восставших раньше не видал?

Может быть, конечно, эльф и не был самым крупным специалистом по ходячим мертвякам во всем обозримом пространстве, но он был единственным, у кого были хоть какие-то соображения, обещающие спасение. Машка набрала в легкие побольше воздуху и заорала так, что мужики внизу от неожиданности вжали головы в плечи и даже присели. В речи ее было немало слов, доселе этому миру незнакомых. В Москве за подобное, произнесенное в общественном месте, можно в милицию попасть. Но здесь стражи порядка слов таких не знали и вообще прогуливались ближе к центру города. А Вий принял угрожающую позу и принялся читать натуральный рэп, только не на английском, а на каком-то незнакомом Машке языке. Правда, знанием иностранных языков она никогда не могла похвастаться. Покойник за дверью взревел, как старый мотоцикл «Ява», и начал ломиться с удвоенной энергией. Вий сделал два шажка в сторону, жестом велев то же самое сделать Машке и Маю, а потом взмахнул рукой.

Дверь распахнулась сразу же, как только с нее слетел засов. Восставший, с глазами такими красными и бешеными, что, казалось, из них вот-вот закапает кровь, и с пауком на голове, вставшим на дыбы, выскочил на крышу. Похоже, он был изрядным тормозом, потому как пробежал еще несколько шагов и, не успев вовремя остановиться, тяжело рухнул с крыши на головы собравшимся внизу мужикам. Во дворике возникли паника и давка, сопровождаемые громкой руганью.

Машка, стараясь особенно не высовываться, посмотрела вниз. Восставший оказался существом в высшей степени ударопрочным и теперь деловито копошился, пытаясь выбраться из кучи живых и полуживых кастратов. Небольшие клочки кожи и мерзкого вида жижа оставалась на тех, к кому он прикасался, но его это совсем не беспокоило. У него была одна цель, которой следовало достичь, и цель эта сейчас стояла на крыше.

Там, где Восставший пробежал, он тоже оставил следы. Следы покойника полыхали алым, как раскаленный металл, но жаром от них не веяло, словно этот слишком шустрый гад состоял целиком из холодного пламени. Эта магическая субстанция оживляла его мертвое, разлагающееся тело и одновременно сжигала его. Даже ледяному пламени нужно чем-то питаться.

— Тю, твою мать! — присвистнул Май. — Огненная магия, это, знаешь ли, такая вещь... Опасная и серьезная. Хотел бы я знать, что за специалист работает в храме Херона!

— Конечно, опасная. Как и любая стихийная магия высшего порядка, — педантично дополнил Вий и тут же прикрикнул на Машку: — Да не суй ты руки куда не следует! Оторвет. Как ты без рук выглядеть будешь, подумала?

Машка действительно подумала и согласилась, что без рук она будет смотреться весьма странно, да и жить все-таки удобнее с руками. С другой стороны, не голыми же руками с таким жутким существом бороться!

— Но ведь его можно как-нибудь если не убить, то хотя бы вернуть в спокойное состояние? — осторожно поинтересовалась она, — Как правило, мертвым все по фигу, они лежат себе в положенном месте и никого не трогают. Если убрать магическое воздействие, может, этот тоже на место вернется?

— Только после того, как убьет тебя, — заверил ее Май.

Оптимизма это заявление Машке не прибавило. Ей не хотелось, чтобы Восставший ее убивал. О чем она и заявила со всей категоричностью.

— Тогда бежим, — сказал он. — Вниз по лестнице, через трактир. Там сейчас точно никого нет — все во дворе. Будем надеяться, что выход они тоже никому не велели сторожить. Для этого у них слишком мало мозгов. И домой. А там разберемся, что делать. Они вряд ли последуют за нами до конца. У Роесны, знаешь ли, дурная репутация в этом городе. Да и выследить нас может только Восставший, а он к Вили в гости не пойдет.

Последние фразы он договаривал уже на бегу, потому что Машка рванула с места так, как будто за ней гнались все отморозки ее района. А отморозков там всегда было более чем достаточно. Трактир и улица перед ним, к счастью, и впрямь оказались пустынными. Холодный воздух наотмашь ударил по лицу, ворвался в легкие. Все заплясало перед глазами — стены, крыши домов, верхушки деревьев, ясно видимые в светло-зеленом вечернем небе. Пятки вбивали в камни улочки испуганный суетливый ритм, и сердце отзывалось в такт этим ударам. Крики, словно руки, подталкивали Машку в спину. Громадная луна цвета сливочного масла мчалась по небу, провожая ее, следя за ней. Она насаживалась на острые шпили, которыми изобиловали крыши и башенки домов, и соскакивала с них в следующее же мгновение, ничуть не пострадав.

«Как хорошо быть луной!» — отстраненно подумала Машка, не снижая темпа. Впрочем, эльфы все равно бежали быстрее, чем она, хотя и были гораздо старше. Эльфы вообще лучше приспособлены к бегу, чем люди. Эльфы — бродяги, и это именно про них сказано: «эльфа ноги кормят». «Если все закончится хорошо, обязательно буду бегать по утрам», — пообещала неизвестно кому Машка мысленно. Задумавшись, она пролетела тот поворот, куда нырнули эльфы. Возвращаться показалось опасным: преследователи, оклемавшиеся от падения покойника им на головы, были совсем близко. С оным покойником во главе. И Машка решила свернуть на ближайшую параллельную улицу. Она вполне представляла себе, в какой стороне стоит Роесна, а потому не сомневалась в своей способности до нее добраться и без помощи остроухих. Но чем дальше она бежала, тем быстрее таяла ее уверенность.

Ближайшая улочка оказалась извилистой, как кишечник, и такой же вонючей. Машка и не предполагала, что в Астолле есть настолько мерзкие улочки. Если бы она удосужилась хоть чуть-чуть лучше узнать город, пока это было безопасно! Но, как известно, знал бы прикуп — жил бы в Сочи. Все это время она надеялась на всезнающих эльфов, и когда выяснилось, что не все эльфу бессмертие, выбираться оказалось сложненько. Свернув наудачу еще раз, через несколько минут Машка уперлась в глухую стену, перекрывавшую улицу. С этой стороны у больших, похоже дешевых многоквартирных, домов не было ни окон, ни дверей, куда можно было бы вломиться. У самой стены лежало дохлое животное — то ли крупный крыз, то ли мелкая кошка. Разглядывать Машка не решилась. Прижавшись спиной к стене, она стиснула зубы, выставила вперед кулаки и, сосредоточившись, попыталась представить, что она — великая магичка. На глазах выступили слезы.

— Буря мглою небо кроет, вихри снежные крутя; то как зверь она завоет, то заплачет, как дитя! — бормотала она, в отчаянии вспоминая знаменитую книгу про студента, попавшего в волшебный мир.

Но никакого магического защитника не появлялось перед ней, и даже тучи не сходились в небе, чтобы породить бурю. Тогда Машка попыталась представить себя маленькой-маленькой, как мышка, и совершенно незаметной.

— Вот она! — торжествующе закричал кто-то, и Машка открыла глаза.

Люди сгрудились меж стен, напирая друг на друга, поедая ее глазами. Впереди всех стоял покойник, и взгляд его был равнодушным и мертвым, как и полагается трупу. Он покрутил головой в разные стороны и неуверенно затоптался на месте, будто внезапно потерял из виду свою жертву. «Получилось!» — возликовала Машка, и тут же Восставший решительно двинулся к ней, протягивая руки. Машка снова представила себя крохотной мышкой, и шаги мертвеца замедлились.

— Идиот ходячий, вот же она! — заорал один из мужиков, тыча в Машку пальцем.

На него приемы психотренинга почему-то не действовали. Видимо, потому, что он не был мертвым слугой Херона.

80
{"b":"7220","o":1}