ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Они сидели за чайным столиком, заваленным газетами, и говорили о разных пустяках. Потом Урхарт понизил голос.

— Патрик, -сказал он, — послушай меня внимательно. Наш разговор должен быть строго конфиденциальным. Что касается меня, то я просто буду считать, что мы вообще с тобой сегодня не встречались.

— Вот черт, у тебя действительно какие-то фотографии! — воскликнул, на этот раз полушутя, Вултон. О том, что он увлекался женщинами, говорили много, но обычно он был с этим очень осторожен, особенно за рубежом. Десять лет назад, когда только начинал свою нарьеру, несколько тягостных часов он провел в участке полиции штата Луизиана, где его допрашивали после того, как он провел уик-энд в одном из мотелей Нью-Орлеана с молодой американкой, которая выглядела на двадцать, все делала как тридцатилетняя, а исполнилось ей только шестнадцать. Этот инцидент был заглажен, но с тех пор Вултон прекрасно знал, насколько малым бывает расстояние между блестящим политическим будущим и обвинением в половой связи с лицом, не достигшим совершеннолетия.

— Речь идет кое о каких делишках, грозящих принять серьезный оборот. В несколько последних недель наблюдаются нездоровые вибрации, связанные с Генри. Тебе, должно быть, приходилось чувствовать то раздражение, которое он вызывает у многих членов кабинета, когда ведет заседания. Похоже на то, что и средства массовой информации испытывают к нему быстро усиливающуюся неприязнь. Никто, конечно, не рассчитывал, что после выборов ему позволят провести медовый месяц, к тому же надолго затянувшийся, но есть опасение, что ситуация вообще выйдет из-под контроля. Ко мне сегодня обратились два рядовых, но очень влиятельных члена партии из провинции, которые с тревогой сообщили о быстро ухудшающихся настроениях на местах. На частичных выборах в муниципальные местные советы на прошлой неделе мы лишились двух важных мест, которые до сих пор всегда оставались за нашими сторонниками. Судя по всему, последующие недели принесут дальнейшие потери. Завтра состоятся дополнительные выборы в Дорсете, где мы располагаем большинством голосов, но где нам могут нанести еще один серьезный удар. В общем, Патрик, непопулярность премьер-министра тянет нашу партию вниз. Боюсь, уже сейчас мы докатились до того, что вряд ли добьемся избрания нашего кандидата даже на должность районного собаколова. Мы потеряли уже слишком много. — Он сделал паузу, чтобы отпить глоток виски.

— Проблема в том, — продолжал Урхарт, — что это не временное явление, в чем уже уверены многие. Если мы хотим выиграть и следующие выборы, следует работать с энергией и живинкой, иначе избирателям захочется перемен от одной только скуки. Уже начали нервничать многие из наших заднескамеечнинов, избранных в тех округах, где мы не располагаем уверенным большинством голосов. Сегодня у нас перевес всего лишь в 24 места. Еще несколько потерь в дополнительных выборах — и нам засветят досрочные парламентские выборы.

Он еще глотнул висни и сжал в ладонях стакан, как бы черпая в теплой золотистой жидкости силы для предстоявшего трудного дела.

— К чему я тебе все это говорил, Патрик? Несколько наших старших коллег попросили меня как Главного Кнута (формальный нюанс подчеркивает, что здесь нет ничего личного) тихонько позондировать, насколько далеко мы зашли с этой проблемой. Короче говоря, Патрик, и ты, думаю, понимаешь, как мне нелегко сейчас (это всегда нелегко, но, кажется, пока еще никогда не мешало нанести неизбежный удар)… меня просили узнать, что ты лично думаешь о глубине переживаемых трудностей. Продолжает ли Генри устраивать нас как лидер партии? — Сделав большой глоток, он, словно обессилев, откинулся на спинку кресла.

В комнате воцарилась тишина. Вопрос словно пригвоздил министра к месту. Целую минуту он сидел молча. Из его кармана вначале появилась трубка, за ней кисет для табака и коробок спичек «Сван Вестас». Уминая табак большим пальцем, он не спеша набил трубку и вынул спичку. Ее характерное шипение при вспышке показалось Урхарту таким громким, что он невольно заелозил в кресле. Втягивая щеки, Вултон сосал черенок трубки, пока она как следует не разгорелась, почти скрыв его лицо в густых клубах ароматного сизого дыма. Помахав рукой, чтобы разогнать этот табачный туман, министр поднял голову и, глядя ему в глаза, ухмыльнулся.

— Ты должен меня извинить, Френсис. Четыре года в Форин Офисе не очень-то подготовили меня к таким прямым вопросам, как этот. Может быть, за это время я просто отвык иметь дело с людьми, изъясняющимися без обиняков, Надеюсь, ты мне простишь, если я попробую говорить с такой же прямотой.

Конечно, он молол чепуху. Вултон был известен своим открытым, боевым стилем, имевшим так мало общего с традициями Форин Офиса. Просто, собираясь с мыслями, он старался выиграть время.

— Давай попробуем оставить в стороне любые субъективные оценки, — он выпустил перед собой еще одно огромное облако дыма, отвлекая внимание собеседника от патентованной неискренности своего вступительного замечания, — и проанализируем проблему так, как это делается в аналитических справках государственной гражданской службы.

Урхарт мысленно улыбнулся. Зная личные взгляды Вултона, он заранее представлял, к каким именно выводам придет их гипотетический работник гражданской службы.

— Начнем с того, что зададим себе вопрос: существует ли на самом деле такая проблема? Да, существует, и проблема эта серьезная. Мои ребята там, в Ланкашире, мечутся как сумасшедшие — кое-где на местах у нас вскоре пройдут дополнителные выборы, а данные опросов не оставляют сомнений, что мы их проиграем. Я думаю, ты правильно делаешь, что проводишь зондаж.

Зададим теперь второй вопрос; есть ли возможность решить эту проблему безболезненно? Нельзя забывать, что Генри успешно провел нас через четыре избирательные кампании, Он лидер той партии, за которую высказались избиратели, и совсем недавно, в силу чего весьма сложно представить возможность радикальных изменений в политике или замены тех лиц, которые только что были избраны.

Было видно, что Вултон уже увлекся и смаковал то, что говорил.

— Давай подумаем: если будут предприняты какие-то шаги с целью его смещения, а это в основе своей и является сутью нашего обсуждения… — Урхарт постарался сделать вид, что его смущает прямота рассуждений Вултона, и, подняв стакан с виски, он вроде бы начал внимательно разглядывать его содержимое, — то на партию это окажет серьезное дестабилизирующее влияние, а оппозицию обрадует и воодушевит. Своего рода акт отчаяния и неприглядный дворцовый заговор. Как там говорится? «Настоящий политик без колебаний отдаст жизнь своих друзей за свою жизнь». Нам никогда не сделать смещение так, чтобы оно выглядело как акт зрелой и уверенной в себе партии, как бы мы ни старались представить это общественности. Новому лидеру потребуется по меньшей мере год, чтобы ликвидировать ущерб и склеить треснувшее. Так что не будем поддаваться самообману, представляя себе замену Генри легким делом.

— Третий вопрос: с учетом всего сказанного и сделанного, не может ли Генри сам найти решение проблемы? Ты же знаешь мое отношение к этому. После отставки Маргарет я высказывался против его кандидатуры на пост лидера партии и по-прежнему считаю, что его избрание было ошибкой.

Теперь Урхарт уже твердо знал, что понятие, которое он составил об этом человеке, было правильным. После того как улеглись волны выборов руководства, никто не слышал от Вултона открытого недовольства; публично выражаемая верность чаще всего прикрывает личные амбиции, и министр иностранных дел не делал больше необходимого, чтобы они были прикрыты.

Продолжая разглагольствовать, Вултон снова наполнил стаканы.

— Маргарет удалось умело использовать исключительно удачное сочетание своей личной жесткости и способности предугадывать верное направление. При необходимости — а зачастую и без нее — она была просто беспощадна. Казалось, она все время так спешила, что ей некогда было брать пленных. Если было надо, она шла к цели, ступая по телам своих друзей — для нее это не имело большого значения, она вела, не оглядываясь назад. У Генри нет этой устремленности, ему просто нравится быть лидером. И когда он, не имея этой целеустремленности, пытается проявлять твердость, это выглядит лишь как высокомерие и грубость. Он пытается подражать Маргарет, но у него не хватает шариков.

29
{"b":"7227","o":1}