ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Магистр залпом допивает остывший кофе и устало откидывается на спинку кресла. Я осторожно, чтобы не разбудить притихшего зверя, интересуюсь:

— Магистр, а ведь бывают же в реальных фазах непредвиденные обстоятельства? Неужели все можно рассчитать заранее?

— Увы, бывают. Это, как правило, происходит, когда внедрение и само задание требуют длительной работы в реальной фазе. Сутки, недели, а то и месяцы. Здесь всего не предусмотришь. Особенно если это связано с военными действиями или стихийными бедствиями. Наслоение случайностей таково, что реальная фаза начинает порождать гармоники… Я понял, что ты хочешь сказать. Так вот, на такие задания мы неучей вроде тебя не посылаем, туда идут люди опытные…

— Умеющие принимать правильные решения интуитивно!

— Черта с два! Интуиция в нашем деле слишком дорого обходится! Настоящий хроноагент должен уметь быстро, на ходу, рассчитать последствия изменения ситуации и своих действий в новых обстоятельствах… Хотя бы в первом приближении.

— Они что, таскают с собой компьютеры?

— Разумеется. У каждого хроноагента всегда с собой лучший в мире и незаменимый компьютер, — Магистр постукивает себя пальцем по лбу. — Только надо научиться им пользоваться. А то, о чем мы говорили, рассчитывается с помощью аппарата темпоральной математики. А им надо овладеть. Хроноагент, не умеющий на ходу составить систему темпоральных уравнений, не хроноагент, а авантюрист. А авантюристов в реальные фазы мы не посылаем. Там и своих хватает.

Магистр наливает себе еще кофе и после паузы продолжает:

— Вот завтра с утра и приступишь к учебе. Хватит ваньку валять. Пора в борозду. Программа уже готова, утверждена, дело за тобой, впрягайся.

— Магистр, — просит Лена, — дал бы ты ему хоть денек отдохнуть после задания…

— Работа для хроноагента — лучший отдых! — назидательно отвечает Магистр и снова обращается ко мне: — Будь готов, отдыхом я тебя загружу под завязку…

— Представляю! — фыркает Лена. — По какому хоть классу будешь его готовить?

— Экстра.

Брови Лены удивленно лезут вверх.

— Что-то я не знаю такого класса.

— Правильно, не знаешь. Откуда тебе знать, если этот класс и программу для него только сегодня утвердили.

— И сколько агентов будет по нему готовиться?

— Пока двое. Он и Андрэ Злобин.

— Ты с ума сошел! С нуля и сразу…

— А что ты предлагаешь? Стандартный путь? Сначала третий класс, стажировка, потом — второй… Годы уйдут. А Время не ждет. Не ждет Время, Элен, пойми! У нас сейчас каждый хроноагент на вес золота, сама знаешь. А они со Злобиным словно созданы для такой работы. Вот, посмотри на него! Видишь, какой настырный, да и Злобин ему не уступит. Если они не справятся, то я больше не вижу кандидатов на экстра-класс…

— Ну как же! У нас такие корифеи…

— Во-первых, они — корифеи, а это значит, что они уже имеют солидный опыт и устоявшийся подход к работе. В данном случае это может оказать им медвежью услугу. А во-вторых, работы — выше макушки, и я не могу выдернуть из “обоймы” ни одного человека и отправить его на переподготовку.

— Ну ладно. А кто будет наставниками?

— У него, — Магистр кивает на меня, — ты и я, у Злобина — я и еще кого-нибудь пристегну.

— Нэнси, — советует Лена.

— Вполне возможно, — соглашается Магистр.

Пока они разговаривают, я пытаюсь прикинуть, что это будет за учеба. Мысли мои постоянно крутятся вокруг “темпоральной математики”. Осознание того, что мне на ходу придется составлять и решать системы каких-то уравнений, действует на меня как ковш ледяной воды. Нет, не такой я представлял себе работу хроноагента.

— Магистр, а что будет, если я не освою эту вашу программу? — робко спрашиваю я.

— Пойдешь работать в Хозсектор, — равнодушно отвечает Магистр, — а если еще раз в реальной фазе проявишь такую инициативу, как сегодня, сразу же уедешь в XXV столетие. И тоже пожизненно. Понял?

Я киваю.

— Я рад, что ты такой понятливый. Это вселяет надежду, что программу ты все-таки освоишь. А теперь исчезните! Устал я от вас.

Мы быстренько исчезаем.

Глава 11

Ты не очень-то щедр,

Всемогущий Творец,

Сколько в мире тобою разбитых сердец!

Губ рубиновых, мускусных локонов сколько

Ты, как скряга, упрятал в бездонный ларец!

Омар Хайям

С веселым смехом Лена вытаскивает меня из нуль-Т в свою комнату. Она сразу же достает откуда-то бутылку вина, два бокала и фрукты.

— Магистр не догадался, точнее, в ярости забыл, а вот я помню: первое задание надо спрыснуть!

Она разливает золотистое вино и протягивает мне бокал.

— За твое первое задание и за то, чтобы все последующие завершались так же удачно.

— Ничего себе, удачно! Я думал, Магистр меня съест.

— Не съест. Не принимай близко к сердцу его угрозы по поводу Хозсектора. Даже если и придется отправить в ту фазу сразу пятерых хроноагентов, он это сделает, но тебя пальцем не тронет.

— Почему ты так думаешь?

— Я давно его знаю. Когда он так атакует, значит, значительная доля вины лежит на нем самом. В самом деле, он должен был тебя четко проинструктировать, что твоя задача сделать все “от” и “до”, и ничего более. А он отправил тебя, как отрока в пещь огненную. Я думала, его инфаркт хватит, когда ты в контейнер полез. Но вот что касается второй его угрозы, это серьезно.

— Ты имеешь в виду XXV век?

— Да. Потому, что говорил он это спокойно и даже холодно. Запомни, Андрей: не бойся Магистра, когда он перед тобой прыгает, рычит, брызжет слюной и на дерьмо исходит. Это все — эмоции. А вот когда он тебе будет выговаривать спокойно, вежливо, с холодком, тщательно подбирая и взвешивая слова, вот тогда можешь паковать багаж. Прощай, Монастырь, здравствуй, XXV столетие!

Лена отпивает из бокала, потом некоторое время смотрит на меня и поясняет:

— А когда я предлагала выпить за удачное завершение, я имела в виду совсем другое: удачное возвращение.

— А что, часто бывают неудачи?

— К счастью, редко. Крайне редко. Но иногда возвращение бывает осложнено. Я сама прошла через это.

Лена замолкает, уходит в себя. Выпиваю вино и, чтобы не потревожить мыслей своей подруги, снова обращаюсь к голограмме с девушкой. Где же все-таки я ее видел?

Лена встает и подходит к камину. Я говорю:

— Ты обещала мне рассказать про нее.

— Потом. Иди сюда.

Она снимает перчатки, небрежно бросает их на диван. Туда же, к дивану, летят и туфельки.

— Помоги мне расстегнуться.

Расстегиваю “молнию”, и платье падает к ногам Лены. Она опускается на густой мех, увлекая меня за собой.

— Что это за зверь? — спрашиваю я, указывая на шкуру.

— Потом, потом, — шепчет подруга и расстегивает мою рубашку.

Потом мы лежим утомленные, но довольные друг другом. Лена дышит мне в шею.

— Это леопардовый мастодонт, — неожиданно говорит она, проводя ладонью по меху. — Водится он в одной из фаз биологических цивилизаций. Там его специально вывели. Из шкуры шьют одежду, но в основном используют ее в качестве постели.

— Почему?

— А ты обратил внимание, как этот мех эротичен? О! В той фазе знают в этом толк.

— Ну а она кто такая? — спрашиваю я, указывая на голограмму.

— А, — коротко отвечает Лена и протягивает к голограмме руку ладонью вперед.

Внезапно голограмма оживает. Девушка легкой походкой идет по городской улице, движением руки останавливает микроавтобус и едет по городу.

— Это — Гелена Илек, — объясняет Лена. — Она жила в предместье Праги, центре Чешского воеводства Великой Славянской Республики.

Микроавтобус въезжает в поселок, утопающий в пышных садах, застроенный домами из разноцветного кирпича. Гелена открывает калитку и идет к дому по дорожке, вымощенной сиреневыми плитками. На крыльце ее ждет женщина, очень на нее похожая.

— Это — мама, — комментирует Лена. — Гелена приехала на пару дней. Она работает врачом в институте экспериментальной физики, в шестистах километрах от Праги. Утром она должна уехать.

73
{"b":"7230","o":1}