ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

По интонации голоса его я понял, что Путилин находится в том отличном состоянии духа, какое у него всегда бывает, когда он нападал на верный след.

Признаюсь, сильное любопытство разбирало меня.

«Что за история? Зачем мы ночью катим в Колпино?»

Но, наученный горьким опытом, я знал, что все расспросы бесполезны до тех пор, пока мой гениальный друг не сочтет нужным сам объясниться.

Я только кряхтел, ожесточенно куря сигару.

– Любопытно? – спросил вдруг Путилин, лукаво поглядывая

на меня.

– Ничуть… – с притворным равнодушием ответил я.

– Ой, врешь, доктор! – тихо рассмеялся он. – Вижу потому, как ты дымишь сигарой… Признайся, что моя форма тебя смущает.

– Отчасти… если хочешь…

– С чего, дескать, Иван Дмитриевич обратился в гусарского полковника? Правда?

– Правда.

– Ну, так знай, что я тебе еще не такой сюрприз приготовил.

– Ого!

– Знаешь ли ты, куда и зачем мы едем?

– Понятия не имею, за исключением того, что мы едем в Колпино.

– Мы… – Путилин сделал паузу. – Мы едем с тобой в церковь венчаться.

Как ни был я искушен всевозможными трюками гениального сыщика, я не поверил своим ушам.

– Что такое? Венчаться? Мы с тобой?!

– Венчаться. Мы с тобой. Вот в этом чемодане и твой подвенечный наряд.

Я не мог выговорить ни слова от изумления.

– Ты шутишь?

– Нимало… – ответил Путилин, раскрывая чемодан и вынимая из него белое платье, белые туфли, фату, флердоранж. – Помилуй Бог, если в фешенебельной петербургской церкви могли венчаться купеческая дочь с гусарскими усами, то почему в скромной колпинской церкви не может случиться такая же оказия? Прошу покорно, доктор, скинуть с себя все, что полагается, и облечься в наряд невинной голубицы.

– Иван Дмитриевич, не рехнулся ли ты?! – воскликнул я. Путилин передернул плечами.

– Честное слово, доктор, ты заставляешь меня сожалеть, что вместо тебя я не взял с собою мою агентшу, твою знакомую по делам «Квазимодо» и «Калиостро». Но я хотел доставить тебе удовольствие… Ну, ну, мой старый друг, облачайся. Ты не рискуешь простудиться, так как ночь на редкость тепла. Я помогу тебе…

И… не прошло и пяти минут, как рядом с Путилиным сидела невеста, не скажу, чтобы очень изящная, так как она была – ваш покорный слуга, доктор медицины.

– Скорей! Поторапливай, Николай! – покрикивал на кучера Путилин.

Мы ехали по шоссе, тянувшемуся параллельно полотну железной дороги, очень быстро. Верстовые столбы мелькали. Душная июньская ночь, когда еще заря с зарей сходится, кончалась. Вот-вот – и должно было появиться солнце во всем своем сверкающем великолепии.

– Что же я должен делать?… – обратился я к моему «жениху».

– Молчать. Больше ничего. Остальное предоставь мне, – невозмутимо ответил Путилин.

Вот из-за леса уже брызнули первые лучи восходящего солнца. Мы подъехали к Колпино.

Глава VI. В гостях у колпинского священника

Колпино в то время было совсем маленьким, глухим посадом, с церковью, с небольшими деревянными домишками, пользовавшимся далеко не лестной репутацией.

Несколько раз там были обнаружены тайные притоны фальшивомонетчиков, воров-рецидивистов и даже убийц. Когда мы въехали в него, он спал еще, этот посад. Ни души, ни звука. Даже собаки не лаяли.

– К дому священника, около церкви! – отдал Путилин приказание кучеру.

«Святители! Да никак И. Д. на самом деле думает о венчании?» – с изумлением подумал я.

Мы проехали несколькими узкими улицами – если только эти закоулки между домишками можно так назвать – и остановились около одноэтажного деревянного домика, потонувшего в зелени сада.

– Ну-с, вот мы и приехали… – пробормотал мой талантливый друг. – Теперь прошу тебя опустить вуаль, особенно тщательно закутать ею лицо и не произносить ни слова.

Он вылез из коляски.

– А я?

– Пока погоди.

Подойдя к высокому крылечку и поднявшись по ступеням его, Путилин постучал в дверь.

Из сада донесся неистовый лай собаки.

– Кто там? – раздался из-за двери недовольный женский голос.

– К батюшке приехали… – ответил Путилин.

– Да кто вы будете?

– Отворите, тогда увидите.

– Как бы не так! А если вы разбойники?

– А вы сами кто будете? – со смехом в голосе спросил Путилин.

– Я-с матушка, попадья.

– Так вы вот что, матушка, пойдите к вашему супругу… Он спит?

– Почивает…

– Будите его скорей, скажите, что из Петербурга гусар приехал с барышней… Он знает, по какому делу…

Но будить матушке батюшку не пришлось. Очевидно, он или кого-нибудь поджидал, или же сон его был очень чуток. Дверь распахнулась.

– Иди, иди! Не твоего ума тут дело… – бросил старый-престарый священник своей попадье.

Та, однако, терзаемая, по-видимому, злейшим любопытством, выглянула и всплеснула руками.

– Военный! Невеста! Батюшки святы! И быстро скрылась.

На лице священника, вышедшего в одном подряснике, изобразилось некоторое удивление при виде Путилина.

– Ну, вот, батюшка, доставил вам невесту. Позвольте представиться: однополчанин моего друга, полковник Путилин.

– Весьма приятно-с… Польщен честью. Изволили сказать: Путилин? Не родственник нашему замечательному начальнику сыскной полиции Ивану Дмитриевичу Путилину, проникновенно раскрывающему самые тщательные дела? Путилин усмехнулся.

– Нет-с, батюшка, не состою в родстве.

Я, несмотря на все мое необычайное положение в роли и костюме невесты, еле удержался от смеха.

– Простите уж великодушно, что стою перед вами в столь неприглядном виде… – пробормотал престарелый иерей. – А скажите, пожалуйста, какую же из двух невест изволили вы привезти?

– Как которую из двух? – в сильнейшем изумлении вырвалось у Путилина.

На этот раз в голосе моего друга я ясно различил нотки не притворного, а искреннего удивления.

«Что все это означает?» – пронеслось у меня в голове.

– Так-с, ведь сейчас двух будем окручивать… – улыбнулся престарелый иерей.

Путилин провел рукой по лбу (этот жест он всегда употреблял, когда его что-либо сильно озадачивало) и вдруг громко рассмеялся.

– Невесту первого, обратившегося к вам, батюшка!

Хохот Путилина был настолько заразительно веселым, что батюшка и сам тихо рассмеялся.

– Девицу Сметанину, значит? Ах, бедокуры, вы, бедокуры! Эдакие вы фортели выкидываете! Нагорит мне здорово за ваши гусарские проделки…

Путилин расхохотался еще пуще.

– Однако, батюшка, я думаю, что коляску следовало бы ввести во двор… Неравно, кто увидит… хоть и рано еще, всего четвертый час в начале, а вдруг кто проснется.

– Верно, верно… – смущенно залепетал иерей. – А невестушка?

– Я ее сейчас высажу, и мы подождем вас здесь, у крылечка.

– А в горницы? Милости просим, в горницы…

– Нет, не беспокойтесь… Мой друг ведь говорил вам, когда мы приедем? Когда назначено венчание?

– Да часов в пять утра, а может, и раньше. Они, ведь как вам известно, вместе приедут…

– Да, да… Но он просил меня прямо привести невесту в церковь. Уж вы будьте добры, батюшка, одевайтесь скорее… Времени терять нельзя…

– Да, да… сейчас… сию минуту… Ах, Господи…

Путилин подошел ко мне, помог мне высадиться из коляски и накинул на меня шинель.

– Въезжай в ворота! – отдал он приказ кучеру. – Сейчас их откроют.

– Иван Дмитриевич, голубчик, хоть одно слово… В чем дело?

– Я знал одно, но не ожидал другого. Помилуй Бог, вот нежданность, погонишься за одним зайцем – поймаешь двух.

Вскоре ворота раскрылись. Коляска въехала туда. На пороге домика появился священник с таким же дряхлым стариком в подряснике.

– А это пономарь – псаломщик мой. Пожалуйте!…

Глава VII. В церкви, в ожидании свадебного поезда

– Ну, Кузя, отворяй с Богом!

«Кузя», которому было лет за семьдесят, отпер большой замок на железной двери, раскрыл ее, и мы вошли во внутренность церкви.

20
{"b":"7233","o":1}