ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Миром, покоем, святой тишиной повеяло на нас.

Церковь была маленькая, бедная. Тут не сверкали золотом и драгоценными камнями скромные ризы икон, тут не было нарядных ковров, серебряных паникадил… Но зато тут была масса воздуха, света.

Лучи солнца врывались через окна и заливали храм золотыми потоками.

– Ну, Кузя, приготовляй… – обратился к псаломщику батюшка.

Путилин посмотрел на часы.

– Да, теперь надо скоро ожидать.

– Мне-то недолго облачиться… Скажите, барышня, вы конечно, по доброй воле идете под венец? – вдруг обратился старенький священник ко мне.

Я, твердо памятуя приказание моего друга, молчал.

– Вы не удивляйтесь, батюшка, что невеста молчит… – Сами понимаете: волнение… тревога… утомление… А только Сметанина идет, безусловно, по доброй воле. Да, впрочем, кто же таким романтическим образом, уводом, венчается не по любви?…

– Это вы точно сказали, господин полковник… – мягко, тихо рассмеялся старый батюшка. – А вы, извините, как полагаете, почему я решился на такое венчание?

– Чрезвычайно добро и любезно с вашей стороны… хотя и рискованно… – пробормотал Путилин.

– Вы, может, полагаете, что я на деньги польстился? Нет, полковник, из-за денег я не пошел бы на это дело. А вот случай был со мной один в моей долгой священнической службе.

Лицо симпатичного иерея омрачилось.

– Какой же случай, батюшка?

– А такой, изволите видеть. Вот как бы теперь, к примеру сказать, обратился ко мне один молодой человек. «Повенчайте, – говорит, – ради Бога, нас батюшка, без бумаг невесты. Свадьба, – говорит, – уводом. Мы любим друг друга, а родители невесту мою за другого прочат». Я наотрез отказался. Ни за что, говорю, нипочем! Он аж в слезы. «Что ж, – говорит, – нам делать? Так взять ее жить – только ославишь, сраму предашь; ждать – за другого волоком потащат в церковь. С деньгами да с бумагами в порядке кто же не окрутит?» Так я и отказался. Ушел мой бедный молодой человек, а через неделю я в газете прочитал, что он застрелился. Поверите ли, оторопь, жуть, тоска взяла меня. Мой, думаю, ведь это грех. Повенчай я их, ничего бы этого не случилось. Долго мучился я и тогда же решил, что ежели ко мне когда кто иной еще обратится с такой же просьбой, уважить сию просьбу, обвенчать. И вот-с, спустя столько-то лет случай и выходит с вашими знакомыми. Я-с даже обрадовался: грех старый сниму с души. А денег мне не надо: нам со старухой моей, попадьей, жить немного осталось, хватит…

Путилин, человек чрезвычайно добрый, чувствительный, был растроган рассказом старого священника и с чувством пожал ему руку.

– Вот какие светлые личности попадаются среди духовенства, – бросил он мне. – Позвольте, я слышу топот лошадей. Кажется, едут.

– И то, и то!… – засуетился симпатичный батюшка. – Что ж, встречу бедокуров!

И с этими словами он засеменил старческими ногами к выходу из храма.

Глава VIII. Три невесты и… два жениха

Путилин, схватив меня за руку, потянул назад, шепнув: – Тут вот выступ притвора… Спрячемся здесь. Любопытно послушать их объяснение. Играть уж комедию – так до конца!

Не прошло нескольких секунд, как послышались шаги, звон шпор, раздались голоса:

– Ну, батюшка, вот и мы!

И вслед за этим веселым, звучным мужским голосом раздался трясущийся, вздрагивающий голос батюшки:

– Позвольте, а кто же эта вот девица в подвенечном уборе?

– Как кто? Моя невеста, батюшка! – удивленно воскликнул другой мужской голос.

– Как-с, ваша невеста? – заикнулся старый священник.

– Очень просто: моя невеста. Да что с вами, батюшка?

– Позвольте, сколько же невест-то всего? Три, значит? Голос священника дрожал. В нем слышались не только изумление, но и испуг.

– Как три? Откуда вы взяли третью? Вот моя невеста, вот невеста моего приятеля. Вы простите меня, батюшка, я вас не понимаю.

В голосе офицера звенело несказанное удивление.

– Нет-с, вы уж дозвольте мне вас не понять! – взволнованно проговорил престарелый иерей. – Я еще по милости Божией из ума не выжил и до трех считать не разучился, и трех невест на двух женихах повенчать никак не могу-с…

– Il est devenu fau! Он сошел с ума! – с отчаянием в голосе воскликнул по-французски один из прибывших.

– Эта невеста – раз, та невеста – два, а эта девица – уже три. Как ни считайте, выходит три.

– Да какая та невеста?… О ком вы говорите? – звякнули шпоры.

– Та-с, которая приехала сейчас с вашим приятелем. Ваша невеста.

– Что?! Что такое?! Моя невеста приехала с моим приятелем?! Да вы… вы, извините, с ума сошли, батюшка! Вот моя невеста, она стоит перед нами.

– Коля, ради Бога, что это значит? – послышался испуганный женский голос.

– Да, с вашим приятелем, Путилиным… Девица Сметанина… – продолжал батюшка.

– С Путилиным?! – послышались испуганные возгласы.

– Да-с.

. – С каким Путилиным?

– С полковником гусарским…

– Нет, батюшка, вы ошибаетесь: не с гусарским полковником, а с начальником с.-петербургской сыскной полиции! – громко проговорил Путилин, выходя из-за прикрытия.

Его внезапное появление было подобно неожиданному удару грома. Громкий крик испуга и изумления вырвался из четырех уст: двух офицеров гусарского полка и двух барышень в подвенечных нарядах.

– Ах! – прокатился и замер под высокими церковными сводами этот крик.

Барышни пошатнулись и, наверное бы, упали, если бы их не подхватили офицеры. Бедняжка священник остолбенел и замер.

Первым опомнился высокий, стройный офицер. Он сделал шаг по направлению к Путилину и гневно крикнул:

– Что это за мистификация, что это за маскарад? Кто вы, милостивый государь, и по какому праву одеты в этот мундир?

– Кто я – вы уже слышали: начальник сыскной полиции Путилин, а по какому праву я в мундире, я не обязан вам давать ответа. Я имею право наряжаться так, как мне угодно для пользы дела. А вот мне было бы интересно знать, по какому праву вы изволили облачиться в какой-то плащ, ворваться в церковь и похитить невесту… с усами? – отчеканил гениальный сыщик. Офицер растерялся, опешил.

– Так как вы предпочитаете невест с усами, господин Неведомский, то я и захватил для вас такую.

С этими словами Путилин вывел меня за руку и сорвал вуаль с моего лица, которое в эту трагическую минуту было, по всей вероятности, в высокой степени глупо.

– Рекомендую: девица Сметанина, ваша невеста с усами и даже с бородой!

Раздался новый крик испуга и изумления. Батюшка, взглянув на меня, затрясся.

– Свят, свят, свят! – дрожащим голосом вырвалось у него. Нет слов описать выражение лиц нашей странной группы, того

столбняка, который овладел всеми, за исключением меня и Путилина.

– Ну-с, господа, что же мы будем теперь делать? Как мне прикажете поступить со всеми вами? По закону я могу вас не арестовывать, – обратился Путилин к офицерам, – так как это – дело вашего военного начальства… Но ваших невест я обязан арестовать вследствие заявления их родителей.

Обе невесты плакали.

– И вы это сделаете? – вырвалось у обоих офицеров-женихов.

– Я обязан.

– Честное слово, мы этого не допустим!

– Вы окажете сопротивление? Но не забывайте, господа, что это уже явится тяжким преступлением, за которое вас по головке не погладят.

Взбешенные офицеры были белее полотна. И вдруг, к моему глубокому удивлению, Путилин громко и весело расхохотался.

– Вы еще смеетесь?! – рванулся один из женихов, Неведом с кий.

– Ну да! И знаете, почему? Потому что я нашел счастливый выход для всех вас.

– Какой?

– У вас шаферов нет?

– Вы продолжаете издеваться, господин Путилин?

– Я вас спрашиваю: у вас шаферов нет?

– Нет.

– Ну, так вот позвольте нам с доктором заменить их вам. Живо к аналою, господа, живо! Батюшка, пожалуйте!

– Как-с? Венчать?! – пролепетал не могущий все еще прийти в себя священник.

– Господин Путилин! Да неужто? Вы не шутите?! Правда? Оба офицера радостно бросились к Путилину и схватили его руки.

21
{"b":"7233","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Зулейха открывает глаза
Девушка с тату пониже спины
Мой знакомый гений. Беседы с культовыми личностями нашего времени
Тропинка к Млечному пути
Жизнь, которая не стала моей
Оденься для успеха. Создай свой индивидуальный стиль
Почувствуй,что я рядом
Афера