ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ну уж, ну уж… — и добавил: — Я тоже не без греха!..

— Веселого вам праздника…

— Привет Москве!.. Марина Витальевна, проводи московского гостя к Михаилу! — на ходу попросил он секретаршу.

Я подумал, что «Миша» — это помощник по общественным связям, проще говоря, мальчик на побегушках. Как я удивился, когда меня подвели к двери с табличкой «Второй секретарь крайкома»… «Миша» был приятный и тоже весьма деловитый мужчина лет сорока. Он радушно угостил чаем, потом, извинившись: «Родина зовет подвиги совершать» — позвонил по селектору и сказал:

— Тамара, у меня в кабинете московский кинорежиссер, прояви о нем заботу… — Он сделал еле заметную паузу и добавил: — В общем, по полной программе!

Помню, у меня промелькнуло: «Интересно, что это за полная программа такая?»

Через минуту в кабинет вошла симпатичная и очень фигуристая женщина лет двадцати пяти. Мило улыбнувшись, она сказала:

— Пойдемте, Виктор Николаевич!

— С удовольствием! — Я был искренне рад, что сопровождать меня поручили женщине, да еще такой милой.

Почему-то я был уверен, что она-то уж точно «по общественным связям», но я вновь ошибся: Тамара оказалась заведующим отделом крайкома по культуре!

Миша, Тамара — видно, осталась эта привычка с комсомольских времен…

У выхода нас ждала черная «Волга», и Тамара повезла меня по городу, по пути рассказывая о его достопримечательностях, как заправский гид. Оказывается, Владивосток, если смотреть на него с птичьего полета, похож на растопыренную пятерню и между каждым пальцем — бухта. Всюду чувствовалось предпраздничное настроение, город прихорашивался, почти на каждом шагу алели знамена. Мне очень жаль, что после долгого перелета и короткого сна я мало что соображал. К обеду это заметила и Тамара.

Она повезла меня сначала в ресторан, где мы чудесно пообедали с красным вином, а потом она отвезла меня в гостиницу.

Мой самолет вылетал на следующий день после обеда, а Тамара пришла ко мне ровно в девять часов. Она заказала завтрак в номер, мы плотно позавтракали. Потом Тамара сказала, что нам нужно кое-куда съездить по программе, и загадочно добавила, что мне понравится…

Мы остановились перед красивым современным зданием из стеклобетона. Это был магазин «Океан». Когда мы вошли в торговый зал, впечатляющий своими размерами, меня поразило совсем другое: полупустые полки. Представляете, морской порт, рыбный город, казалось бы, удаленный от центра страны, а в витринах рыбного магазина только куски китового мяса да банки «Завтрак туриста». Я взглянул на Тамару, и в моих глазах читался вопрос: «Зачем мы сюда пришли?»

— Доверьтесь мне, Виктор Николаевич! — улыбнулась она.

И тут же нам навстречу, радостно улыбаясь, вынырнула откуда-то миловидная женщина в летах.

— Тамара Андреевна, здравствуйте! — радушно воскликнула она.

— Познакомьтесь, это Виктор Николаевич Доценко — кинорежиссер из Москвы, а это наша Валечка — директор магазина! — представила нас Тамара.

— Очень приятно! — Я галантно приложился к ручке директорши.

— Валечка, по высшему классу! — сказала Тамара загадочную фразу.

— Конечно, Тамара Андреевна! — Директриса удалилась.

Я не понимал, что происходит, но вопросов не задавал. Через несколько минут директриса вручила мне огромнейший полиэтиленовый пакет, который весил не менее шести килограммов.

— Что это? — удивился я.

— Здесь все, что есть в нашем городе: икорка, балычок, осетриночка, кеточка и другое… — Мне понравилось, как ласково называла она деликатесы, но мой мозг тут же превратился в счетную машину: я пытался соотнести оставшуюся у меня наличность и возможную стоимость содержимого пакета.

Я смущенно взглянул на Тамару:

— Что же вы меня не предупредили, что заедем в магазин… У меня вряд ли найдется с собой ТАКАЯ сумма, — и открыл бумажник.

— Обижаете, Виктор Николаевич, это презент от крайкома…

— Но я не могу при… — попытался отказаться я, но Тамара взяла меня за локоть:

— Все нормально, Виктор Николаевич, ни один наш гость не уезжает без даров нашего моря!.. Не обижайте нас…

В ее голосе было нечто, что заставило меня смириться.

— В таком случае спасибо и крайкому, и особенно вам, Валечка!.. — Я подхватил увесистый пакет.

Уже в машине Тамара сказала:

— И что вы такой щепетильный, Виктор Николаевич?

— Как-то не привык к халяве.

— Какая же это халява? — обидчиво заметила она. — У крайкома специальная статья для этих расходов на гостей!

— Гостя приглашают, а я сам прибыл! — Я все еще ощущал себя неловко.

— Вы слышали, что приказал Второй?

— Ну…

— По полной программе! Не ставьте меня в неловкое положение! Договорились?

Я кивнул.

— Вот и хорошо. — Тамара облегченно вздохнула. — Кстати, почему в Омск, а не в Москву?

Я рассказал о своей работе на фильме, и Тамара искренне воскликнула:

— Боже, как интересно! А если я как-нибудь навещу вас в Москве?

— С удовольствием приму вас… — Я улыбнулся и добавил: — По полной программе!

Она весело рассмеялась…

Когда я, вновь передаваемый, как эстафетная палочка, с рейса на рейс, прилетел в Омск, мама, увидев привезенное мною богатство, даже прослезилась: некоторые из продуктов она в жизни никогда не видела. Через две недели я вернулся в Москву, а она еще долго писала, что продолжает лакомиться привезенными из Владивостока деликатесами…

Работы по изготовлению моделей ТУ-154 в Казанском авиационном институте тоже пришлось контролировать мне. Там я очень сблизился с проректором института по имени Рифкат. Жить в Казани пришлось около месяца, и он поселил меня в студенческое общежитие, в котором была специальная трехкомнатная квартира для важных гостей. Вероятно, не стоит говорить, что по ночам мне скучать не приходилось: вряд ли кого этим удивишь. Однако Казань мне запомнилась именно сексуальным опытом. В один из предвыходных дней Рифкат предложил «повеселиться». Он завез ко мне коньяка, вина, шампанского, я закупил продуктов и стал ждать: к восьми часам должны были прийти две девицы, а вскоре должен был приехать и сам Рифкат.

Девицы явились в точно назначенное время. Обе они были длинноногие и симпатичные, но одна черненькая пышечка, вторая — по сравнению с первой худенькая блондинка. Ждем… час, другой… Рифката все нет… Вдруг он звонит — не придет, за ним зашла жена.

— А мне что делать? — растерянно спрашиваю я.

— Один разберешься! — с явным намеком отрезал тот.

Но мы же не сидели «в сухую» и не раз пригубили. Услыхав новость, девчонки нисколько не огорчились.

— Нам и втроем хорошо будет! — многозначительно заметила брюнетка.

Она не обманула: ночь была действительно восхитительной. Это сейчас, когда видеоэротику и порно можно приобрести буквально на каждом шагу, нет никаких тайн в интимной жизни, а в то время для меня это было самым настоящим шоком, хотя, честно признаюсь, — не неприятным…

С фильмом «Экипаж» у меня связано еще одно интересное воспоминание. В подготовительный период Митта, уверенный, что у него будут сниматься Олег Даль и Елена Проклова, и не думал о других актерах, случилось неожиданное: Даль ушел в депрессию, а Проклова была очень занята на другой картине. Нужна была срочная замена. Замену Далю нашли — великолепно, на мой взгляд, сыграл Леонид Филатов. С ним мы сдружились и поддерживаем теплые отношения до сих пор. А с героиней возникли сложности. Вскоре к поискам подключили даже меня, режиссера комбинированных съемок. Кого мы только не предлагали — никто не устраивал Митту, и всякий раз он, расставшись с очередной кандидатурой, говорил:

— Поищем еще…

Однажды я побывал на спектакле первого курса ГИТИСа и обратил внимание на очень талантливую, на мой взгляд, студентку актерского факультета — Елену Цыплакову. Показал ее Митте. На этот раз он долго думал:

— Оставим пока в резерве… и поищем еще… — сказал он наконец.

Кто-то посоветовал ему обратить внимание на Александру Иванес из Училища имени Щукина. Посмотрел. Понравилась. Попросил Криштула взять у руководства училища ее характеристику, так как по сценарию она должна сниматься в Париже. И вдруг получаем отрицательную характеристику, более того, оказывается, ей вообще грозит исключение. И снова Криштул просит меня: спасай картину! Я встречаюсь с «тройкой» училища: ректором, с комсомольским секретарем и с председателем профкома, но с каждым в отдельности, и подключаю все свое красноречие. Мне удалось добиться изменения некоторых формулировок в характеристике, а вместо приказа об исключении — приказа о переводе.

90
{"b":"7234","o":1}