ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Сто-то здесь не так… — прошептала она, качая головой, словно китайский болванчик…

* * *

Нужно заметить, что об этой уникальной драке, точнее сказать, избиении Рыжего Коляна с его дружками, причём совершенного Серафимом в одиночку: Данилка красочно расписал, как он стоял в сторонке и любовался своим закадычным другом, быстро узнали не только в детском доме, но новость достигла и ушей закадычных уличных друзей Рыжего Коляна.

Когда кто-то из них предложил отомстить за Рыжего Коляна, Серафима неожиданно поддержал их старшой, по прозвищу Сиплый:

— Слушайте сюда, пацаны! Этот паренёк сам сумел разобраться со всей вашей кодлой, в которой каждый из пацанов едва не на голову выше него, — рассудительно заметил он. — Вы что же, хотите против этого паренька всех уличных пацанов поднять, чтобы вас подняла на смех вся братва? — он оглядел своих приятелей. — Передайте Рыжему Коляну, пусть оставит пацана в покое! — и с усмешкой добавил: — Если, конечно, не хочет, чтобы этот пацан ему, действительно, башку отвинтил! Ослушается, сам им займусь…

Именно с той драки и после вмешательства Сиплого Серафима оставили в покое, и более никто не задевал ни его самого, ни Данилку, а Рыжий Колян делал вид, что их просто не замечает, хотя все воспитанники почему-то были уверены, что рано или поздно, но Рыжий Колян наверняка ему как-то отомстит…

* * *

Трудно сказать, чем бы закончилось пребывание Серафима в детском доме, если бы не его строптивый и твёрдый характер, над которым потрудилась покойная Галина Ивановна, а не гены, заложенные природой и родителями. Но о родителях Серафима позднее, не будем раскрывать эту тайну, которую, казалось бы, Галина Ивановна навсегда унесла с собой в могилу.

И конечно же, пустоту отсутствия родителей в жизни и становлении Серафима, хотя бы немного, заполнили двое мужчин. Сначала был преподаватель физкультуры — Доброквашин Владимир Семёнович. А потом, когда сироте все реже и реже удавалось вырываться на тренировки: детский дом находился далеко от бывшей его школы, Серафиму повезло встретить на своём пути такого человека, как японец Такеши.

Именно Такеши, вложив в него не только свою душу, но и передав ему уникальные умения, доставшиеся от предков самурайского рода, создал из Серафима человека с уникальными способностями. И вполне вероятно, что в будущем из Серафима получился бы отличный воин спецназа, десантник или разведчик, но Судьба неожиданно заставила Серафима пойти совсем другим путём, и способствовал этому, как ни странно, тот самый Рыжий Колян, который, видимо, даже через несколько лет так и не смог забыть своего унижения.

Получилось так, что Рыжего Коляна, примерно через полгода после памятной взбучки от Серафима, поймали вместе с подельниками на месте преступления и осудили за разбой и убийство на десять лет, с отбыванием наказания в колонии усиленного режима.

Забегая вперёд, заметим, что определённый судом срок Рыжий Колян отсидел полностью, как говорится, «от звонка до звонка». Постоянно нарушая режим содержания, он мечтал о том, что когда-нибудь ему удастся отомстить своему давнему врагу…

* * *

А Серафим продолжал заниматься с Такеши, старательно, словно губка, впитывая передаваемые ему знания. Вскоре он окреп настолько, что в нём с большим трудом можно было узнать того паренька, который впервые переступил порог детского дома. А его нетерпимость ко лжи и несправедливости принесла свои плоды для улучшения атмосферы в детском доме.

При появлении первой же серьёзной комиссии из городского отдела народного образования, Серафим добился, чтобы его выслушала эта комиссия, и он раскрыл представителям ГОРОНО глаза на сотрудников детского дома.

Шума избежать не удалось: вскоре был уволен пьяница-директор, возбуждено уголовное дело в отношении супругов, ответственных за питание воспитанников и постоянно их обкрадывающих.

Пришедший в детский дом новый директор, быстро разобравшись с теми, кто был допущен к воспитанию сирот, заменил почти всех воспитателей, и в детском доме началась совсем другая жизнь. Через пару месяцев новый директор договорился с руководством омского радиозавода, и у детского дома появились новые шефы. И с пятого класса каждый из воспитанников мог, если есть желание, получить специальность на радиозаводе и после окончания школы мог работать на этом заводе. Как говорится, два в одном: и заводу хорошо, готовые кадры, а о детском доме и говорить нечего…

Не прошло и года, а бывший «рассадник преступности» превратился в нормальный детский дом, где каждый из воспитанников, успешно закончив школу и получив специальность, мог идти работать на завод, а мог поступать в институт..

Вполне возможно, что все это ждало и Серафима, но Судьба, как уже было сказано, предопределила для него совсем другую жизнь, но этого он пока не знал. Он постоянно был занят и увлечённо отдавался своему любимому делу: каждый вечер, в течении шести лет, не пропуская ни одного занятия, он хватал свою спортивную форму и отправлялся на тренировки к своему японскому учителю…

Глава 7

ПОСВЯЩЕНИЕ

Наконец, наступил момент, когда Такеши попросил Серафима, пришедшего на тренировку, не переодеваться, а присесть рядом и послушать, что скажет ему учитель:

— СЫН МОЙ, — начал Такеши, — ПОЧТИ КАЖДЫЙ ДЕНЬ, В ТЕЧЕНИЕ ШЕСТИ ЛУН, Я СТАРАТЕЛЬНО ПЕРЕДАВАЛ ТЕБЕ ТАЙНУ НАШЕГО ДРЕВНЕГО РОДА САМУРАЕВ, СЛАВНОГО УВАЖАЕМОГО РОДА ЯСАБУРО. ТЫ ОКАЗАЛСЯ НЕ ТОЛЬКО ОЧЕНЬ СПОСОБНЫМ И ПОСЛУШНЫМ УЧЕНИКОМ, НО И ХОРОШИМ УЧИТЕЛЕМ…

Серафим недоуменно взглянул на учителя, не понимая, о чём он говорит.

Такеши улыбнулся и, не удержавшись, подмигнул:

— ТЫ СУМЕЛ ИСПРАВИТЬ В МОЕЙ РЕЧИ ТО, ЧЕГО НЕ УДАВАЛОСЬ СОВЕРШИТЬ ЗА ДОЛГИЕ ГОДЫ СОВМЕСТНОЙ ЖИЗНИ МОЕЙ ЛЮБИМОЙ СУПРУГЕ НАТАШЕ: ТЫ НАУЧИЛ МЕНЯ ПРАВИЛЬНО ВЫГОВАРИВАТЬ НЕ ТОЛЬКО БУКВУ «В», НО И НАУЧИЛ МЕНЯ ГОВОРИТЬ ПО-РУССКИ НЕ ХУЖЕ САМИХ РУССКИХ, — учитель немного помолчал, потом глубоко вздохнул и с грустью заметил, — У МЕНЯ НЕТ И УЖЕ НИКОГДА НЕ БУДЕТ СОБСТВЕННОГО СЫНА… И ТЫ ДЛЯ МЕНЯ НЕ ПРОСТО ЛЮБИМЫЙ УЧЕНИК… — в его горле пересохло, — Я ТЕБЯ СЧИТАЮ СВОИМ СЫНОМ…

— У меня нет матери и никогда не было родного отца… — тихо проговорил Серафим и добавил: — Вы заменили мне отца! — затем встал и дрогнувшим голосом произнёс: — Спасибо, учитель! Для меня большая честь иметь такого отца, как вы, учитель! — он почтительно склонил голову перед Такеши.

На глазах японца навернулись непрошеные слезы, и он отвернулся.

— Почему-то мне кажется, что вы со мной прощаетесь, — едва не шёпотом заметил Серафим. — Почему?

— СЫН МОЙ, Я НАУЧИЛ ТЕБЯ ВСЕМУ, ЧТО УМЕЛ НЕ ТОЛЬКО САМ, НО И МОИ ПРЕДКИ, ТО ЕСТЬ МНЕ УДАЛОСЬ ПЕРЕДАТЬ ТЕБЕ ВСЁ ТО, ЧТО РОДНОЙ ОТЕЦ ОБЯЗАН БЫЛ ПЕРЕДАТЬ СВОЕМУ СТАРШЕМУ СЫНУ, — чуть покачиваясь всем туловищем, продолжил старый японец. — ТЫ ОВЛАДЕЛ МАСТЕРСТВОМ НАСТОЯЩИХ САМУРАЕВ, КОТОРЫЕ ОХРАНЯЛИ ВСЕХ ЯПОНСКИХ ИМПЕРАТОРОВ. ТЫ НАУЧИЛСЯ УКЛОНЯТЬСЯ НЕ ТОЛЬКО ОТ РАЗЯЩЕГО КЛИНКА, НО И ОТ ЛЕТЯЩЕЙ ПУЛИ. ТЫ МОЖЕШЬ ПРИНЯТЬ ДОСТОЙНЫЙ БОЙ С ПОЛУТОРА ДЕСЯТКОМ ОБУЧЕННЫХ БОЕВЫМ ИСКУССТВАМ ПРОТИВНИКОВ. ТЫ МОЖЕШЬ ОТЛИЧНО ВИДЕТЬ В ТЕМНОТЕ И ВЕСТИ БОЙ С ЗАКРЫТЫМИ ГЛАЗАМИ.

И ЭТО ЕЩЁ НЕ ВСЕ: ТВОЙ ОРГАНИЗМ НАХОДИТСЯ В ПОСТОЯННОМ РАЗВИТИИ И МНЕ УДАЛОСЬ ЗАЛОЖИТЬ В ТЕБЯ ПРОГРАММУ, БЛАГОДАРЯ КОТОРОЙ ЭТО РАЗВИТИЕ СТАНЕТ ПОСТОЯННЫМ…

Серафим вопросительно взглянул на учителя, желая услышать пояснения.

И Такеши терпеливо продолжил:

— ПРОЙДЁТ ВРЕМЯ, И ТЫ СМОЖЕШЬ ЧИТАТЬ МЫСЛИ ПРОТИВНИКА И НЕ ТОЛЬКО ОПЕРЕЖАТЬ ЕГО НАМЕРЕНИЯ И ДЕЙСТВИЯ, НО И СМОЖЕШЬ ОДНОЙ ЛИШЬ СИЛОЙ ВОЛИ ЗАСТАВЛЯТЬ ЕГО БЫТЬ ПОСЛУШНЫМ ТЕБЕ. ПРИЧЁМ ПРИ ПОМОЩИ ТОЙ ЖЕ СИЛЫ ВОЛИ, БЕЗ КАКИХ-ЛИБО ПРИКОСНОВЕНИЙ, ТЫ ОСОЗНАЕШЬ, ЧТО ТАКОЕ СИКЭЦУ-ДЭЮЦУ, ОЗНАЧАЮЩЕЕ «НЕВИДИМОЕ КАСАНИЕ СМЕРТИ». БЛАГОДАРЯ ЭТОМУ ПОЗНАНИЮ, ТЫ СМОЖЕШЬ ЗАСТАВИТЬ ЗАБОЛЕТЬ ЛЮБОЙ ВНУТРЕННИЙ ОРГАН ПРОТИВНИКА, ЧТОБЫ ТОТ, ВЫЙДЯ ИЗ СТРОЯ, ПЕРЕСТАЛ РАБОТАТЬ, И В НАЗНАЧЕННОЕ ТОБОЙ ВРЕМЯ ПРОТИВНИК УМЕР, А МОЖЕШЬ ПОСЛАТЬ МГНОВЕННУЮ СМЕРТЬ СВОЕМУ НЕДРУГУ…

18
{"b":"7235","o":1}