ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Говорков сконцентрировался до предела, собрал в себе большой заряд энергии и послал его в сторону замеченной им коробочки. Он внутренне почувствовал, как в ней что-то хрустнуло и исходящая от нее темная волна опасности тут же исчезла.

Теперь уже ничего не опасаясь, Савелий уверенно подошел к машине. Он нагнулся и, протянув руку под днище, сорвал с магнитной присоски безопасный уже заряд. На таймере компактной, но мощной мины (такие магнитные мины находятся на вооружении диверсионных спецподразделений ВДВ) замерли две красные цифры: 37. Если бы Савелий не смог или не успел уничтожить своим энергетическим зарядом электронику таймера, то через тридцать семь секунд его форсированные «Жигули» превратились бы в горящую груду металлолома.

Говорков достал мобильный и предупредил Рокотова о своем возможном опоздании, не вдаваясь особенно в подробности.

Он рассказал Константину о попытке покушения на него уже при встрече. Какое-то время они обсуждали, кому именно понадобилось избавиться от Савелия, и пришли к совместному выводу, что это в первую очередь нужно членам «семьи».

Но как Савелий попал под их прицел? О том, что о его роли мог кто-то проболтаться, не могло быть и речи. Значит, оставался второй вариант — разного рода технические способы слежки. Савелий вспомнил, как он общался по телефону (пусть и по спецсвязи) с Фадеевым: этого было достаточно, чтобы его засечь. Понял Савелий и то, что Фадеев тоже находится под плотным наблюдением президентской «семьи», которая, по всей видимости, смогла засечь и его роль в истории с возвращением в Россию денег, похищенных «семьей».

— Давай махнемся машинами! — предложил Константин. — Бери мою «семерку», а я возьму твою старушку и помотаю твой «хвост» по городу. У тебя тем временем появится свобода и возможность заняться своими делами.

— Ты что, не понимаешь, что это опасно? — возразил Савелий. — Ты же прекрасно заешь, что обнаруженная бомба не случайность. Это может означать только одно: уже поступил приказ о моей ликвидации! А значит, на первой неудаче не остановятся и захотят во что бы то ни стало довести свое дело до конца. Теперь на моей машине будто проклятье висит: все, кто к ней прикоснется, автоматически попадают в зону смертельного риска.

Константин Рокотов, по молодости лет, недостатку опыта и азартности характера, наотрез отказывался принимать во внимание доводы Савелия, ему казалось, что старший друг излишне драматизирует ситуацию.

— Вряд ли они будут дважды бить по одному и тому же месту, — беззаботно улыбнулся он, — второй снаряд в одну воронку не падает, ты же знаешь! Я просто оттяну у них время, для того чтобы ты смог принять все необходимые меры безопасности.

Савелий понимал, что в словах его есть свой резон, но в душе у него что-то противилось этой идее, он каким-то глубоким внутренним чутьем улавливал, что желание Рокотова взять «огонь на себя» может добром не кончиться.

Но Константин продолжал упорствовать и давить на него, и Савелий скрепя сердце все-таки уступил его натиску.

— Ну хорошо, — сказал Савелий, протягивая ключи Косте, — только пообещай мне особенно не лихачить и не лезть на рожон. Короче, не строй из себя Джеймса Бонда!

— Обещаю! — с легкостью согласился Костя и вновь широко улыбнулся. Кажется, он так и не поверил в существование реальной опасности.

— И, пожалуйста, проверяй машину почаще, особенно после остановок, даже самых коротких, — видя его бесшабашность, снова «нажал» Савелий, — к ней сейчас всякая гадость так и липнет, а прикрепить «Магнитку» и пары секунд хватит.

— Обязательно, что, я не понимаю? Воспитываешь, как дите малое? Не строй, пожалуйста, из себя заботливую няньку, — снова успокоил Савелия Рокотов.

Друзья, обменявшись машинами, разъехались в разные стороны. Рокотов помчал к Речному вокзалу, уводя от Савелия «хвост», а Говорков направился в Барвиху, где под неусыпным наблюдением проверенных врачей сейчас находился Президент. Савелий надеялся, что ему все-таки удастся встретиться с Фадеевым а предупредить его о том, что за ними следят и поэтому пока телефонами пользоваться не стоит.

Как ни странно, но у Говоркова все прошло гораздо проще, чем он ожидал, и как нельзя лучше: достаточно было попросить офицера, дежурившего у шлагбаума, связаться с Фадеевым и передать, что Мануйлов прибыл и стоит у въезда в президентскую резиденцию. Через минуту офицер вежливо отдал честь Савелию и передал просьбу Фадеева подъехать к центральному входу резиденции.

Им удалось минут пятнадцать пообщаться. Первым делом они обсудили все новости и вроде бы остались довольны. Когда же Савелий сообщил о покушении и изложил свою версию того, как на него вышли, Фадеев зло выругался, коря себя за столь непростительную для работника спецслужбы ошибку, которая могла стоить Савелию жизни.

— Не переживайте так, товарищ генерал! Не ошибается только тот, кто ничего не делает! Да и со мною вроде все в порядке.

— Да, словно сам Господь Бог тебя хранит… — виновато вздохнул Фадеев.

— Эт-то точно! — бодро согласился Савелий, подумав, что генерал не так уж и далек от истины.

— Связь мы будем поддерживать через одного моего офицера, которому я доверяю, как самому себе! Антон! — позвал Фадеев, и в кабинет тут же вошел симпатичный парень едва ли не на голову выше Бешеного. Застенчиво, как показалось Савелию, он остановился посередине кабинета.

— Познакомься, Антон! Это Сергей Мануйлов!

— Майор Косолапое!

— Антон, ты будешь работать с Сергеем и выполнять все его поручения и просьбы, как если бы это был я! Кроме того, именно ты будешь осуществлять его связь со мной! О связи договоритесь отдельно: Сергей введет тебя в курс дела и объяснит что к чему! Вопросы?

— Никак нет, товарищ генерал!

— В таком случае подожди в приемной, сейчас мы закончим!

Тот кивнул и вышел из кабинета.

— А задержал я тебя вот почему, — начал Фадеев, — вчера я общался с Константином Ивановичем. Генерал очень беспокоится за тебя, спрашивал у меня, как ты и что? Позвонил бы ты ему, что ли… Богомолов чудный мужик, не нужно его расстраивать. Да и вообще…

— Да, конечно, — Савелий вспыхнул от стыда — как же он мог с самого отъезда в Швейцарию забыть о своем крестном? — обязательно сегодня же позвоню!

Выйдя из кабинета Фадеева, он несколько минут пообщался с Антоном, и они условились о том, как будут держать между собой связь, чтобы не привлекать к себе постороннего, ненужного внимания, после чего расстались, довольные друг другом. Оказалось, что их связывает не только общая цель, но и прошлое: Антон тоже прошел войну в Афганистане и успел побывать в Чечне-Савелии поехал назад в Москву. Он ругал себя последними словами за то, что в тревогах и заботах у него совсем не нашлось времени для своего «крестного»: а ведь он никогда не забывал о Савелии и всегда помогал ему, чем только можно.

Савелий подкатил к массивному зданию ФСБ на Лубянке и, запарковав машину чуть поодаль, вошел в служебный подъезд. Он набрал по внутреннему телефону номер Богомолова. Тот после второго гудка снял трубку:

— Генерал Богомолов слушает!

— Константин Иванович, у вас найдется для меня полчасика? — спросил Савелий. — Прошу прощения, что в рабочее время вас отрываю…

— А, крестник, наконец-то объявился! У меня как раз есть свободное окно на час, давай, поднимайся ко мне, я заказываю пропуск.

Очутившись в знакомом кабинете генерала, Савелий как-то даже расслабился: здесь не надо было ни от кого таиться, говорить полунамеками. Казалось, что здесь даже мощные, отделанные темным деревом стены придают уверенность всем, кто находится в этом просторном, светлом кабинете.

Он обнялся с Богомоловым и сел напротив его рабочего стола в удобное кожаное кресло.

— Ты, как мне кажется, в курсе того, что приключилось с Президентом? — полувопросительно-полуутвердительно сказал генерал.

— Более чем, — не вдаваясь в подробности, подтвердил Савелий.

— Вот и хорошо. — Богомолов понял, что ни о чем расспрашивать «крестника» не нужно: если бы тот мог, то сам бы рассказал. — Сейчас наши оперативники, совместно со Службой безопасности Президента, выясняют, что. же случилось на самом деле? И кто за всем этим стоит? Уже нашли тело Зинаиды Андрейченко, той медсестры, которая сделала Президенту укол какого-то непонятного препарата — ей сломали шею в ее собственной квартире. Свидетелей и следов, как ты догадываешься, нет. — Богомолов огорченно вздохнул. — Этот укол вызвал у Президента осложнения с сердцем. К сожалению, вещество полностью растворилось в крови и мы так и не смогли установить его принадлежность к какой-нибудь конкретной химической группе. Но, в принципе, план покушения обрисовался достаточно четко: у собственного дома найден убитым в машине профессор Лейбин, заведующий кардиологическим отделением ЦКБ. Он убит двумя выстрелами в голову (очевидна рука киллера-профессионала), видимо, именно ему и предназначалась важная роль на последней стадии покушения на жизнь Президента. Здесь сначала нам вроде бы крупно повезло: нашелся очевидец убийства и помог составить неплохой фоторобот, но им воспользоваться не пришлось. Через квартал от дома профессора Лейбина, во дворе был обнаружен труп предполагаемого убийцы — тоже убит двумя выстрелами в голову.

43
{"b":"7237","o":1}