ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Аркадий Сергеевич поднялся с кресла и несколько раз прошелся по кабинету: это помогало ему успокаивать нервную систему лучше всяких лекарств. Постепенно он пришел в себя, и снова сел в любимое кресло. Собственно говоря, чего он так взволновался? Предчувствие предчувствием, но пока, слава Богу, все идет как по маслу. Чего зря волну гнать? В любом случае он не допустит захвата «Райского уголка», он всех отправит к праотцам! Они еще не знают, на что способен Рассказов! Ошибки вроде той, с подземной базой в Казахстане, он больше никогда не допустит!

Он потянулся к телефону и набрал номер: решил проверить свои предчувствия.

— Дежурный, капитан Красильников! — тут же отозвался моложавый голос. — Полковника Севостьянова! — Кто спрашивает? — Скажите, что Первый звонит! — Минуту! — Услышав, как ему показалось, военный термин, капитан быстро вызвал по селектору полковника. — Товарищ полковник, разрешите доложить? — Он с трудом сдержал улыбку, представив, как голый полковник Севостьянов будет разговаривать с какой-то военной шишкой (было выполнено распоряжение Севостьянова: телефон провели прямо в комнату отдыха).

— Валяй! — пьяно проговорил Севостьянов, который действительно сидел на диване голым. Только что Андриана довела его до полнейшего изнеможения.

— С вами желает разговаривать Первый! — Соедини! — сразу сказал Севостьянов. — Николаич? Здравствуй, дорогой! — произнес Рассказов. Если бы Севостьянов не знал его столь хорошо, то принял бы его вежливость за чистую монету.

— Здравствуйте, товарищ Ра… Первый! — Полковник чуть не проговорился и для острастки стукнул себя по лбу, чем вызвал смех девушек.

— Не кажется ли тебе, мой дорогой, что ты стал слишком увлекаться алкоголем? — В ласковом голосе Рассказова зазвучали металлические нотки.

— Ну что вы, товарищ Первый. У вас неверная информация! — Севостьянов пытался оправдаться и, как ему показалось, нашел отличный повод: — Могу же я отпраздновать свой день рождения?

— От души поздравляю! Подарок за мной! Ты уж извини, нервы что-то пошаливают… Не спится, вот и решил позвонить тебе: как чувствовал, что вовремя. Еще раз поздравляю! Живи долго! — Спасибо, постараюсь. — Звони, если что!

— Обязательно. До свидания! — Севостьянов положил трубку и облегченно вздохнул.

— Что, шеф звонил? — как бы мимоходом поинтересовался Воронов.

— Ага, шеф! — машинально кивнул полковник, но тут же опомнился. — Что я говорю? Какой шеф? Главный заказчик!

— Что, у тебя действительно день рождения? — Ага, — усмехнулся Севостьянов. — Ровно через месяц! Он спросил, что я праздную, а я сказал первое, что пришло на ум.

— Это нужно отметить! — воскликнула игриво Андриана. — Не правда ли, Натали?

— Конечно! — Она вскочила, подбежала к Севостьянову. — Можно поцеловать именинника?

— Даже нужно! — усмехнулся Севостьянов и подставил ей губы, но девушка неожиданно чмокнула его в мясистый нос.

— Та-ак… — протянул насмешливо Севостьянов. — В лоб — покойника, в губы — любовника, в щеку — мужа, а в нос кого?

— А в нос — начальника! — смягчая ситуацию, весело воскликнул Воронов и налил всем водки. — Твое здоровье, Виктор! Как говорят на Востоке: «Проживи день с миром, и Аллах тебя не забудет!» — Отличный тост! — Севостьянов пьяно икнул. Было заметно, что он потратил много сил на то, чтобы держаться достойно во время разговора с Рассказовым.

— Здоровья всем!

А Рассказов, положив трубку, продолжил свои размышления. Всегда нужно идти самым простым путем — быстрее достигнешь результата! Сидел, нагнетал себе страхов, вместо того чтобы просто позвонить… И как это он забыл о дне рождения Севостьянова? Сейчас Рассказов почувствовал себя несколько спокойнее, но все-равно что-то тревожило его. Но утро вечера мудренее — с такой мыслью он отправился спать…

И только на следующий день, проснувшись едва ли не в полдень. Рассказов вдруг вспомнил, что Севостьянов родился на месяц позднее. Он даже заглянул в свой компьютер для проверки. Зачем же полковник его обманул? Это его очень сильно озадачило, и он даже хотел сразу же позвонить в «Райский уголок», но его отвлекли текущие дела. Таким образом Рассказов сам упустил шанс отвести нависшую над «Райским уголком» угрозу…

Воронов, оказавшийся невольным свидетелем странного разговора, сразу же понял, кто звонит, и очень волновался, что Севостьянов назовет его фамилию, которую Рассказов прекрасно знал. Но гроза миновала, и Воронов тут же постарался переключить внимание Севостьянова на что-нибудь другое. Он шепнул Наташе:

— Наташа, нужно поздравить Виктора Николаевича…

Девушка была столь соблазнительна, что Севостьянов сначала впился губами в ее грудь, потом обслюнявил ее упругий живот. Он настолько увлекся, что не заметил тяжелого взгляда своего гостя. Воронову хотелось вцепиться в его дряблую шею, но вместо этого он подал знак Андриане, и она тоже подключилась к «играм». После того как Андрей заверил ее, что с Васильком все в порядке и вскоре она сможет его обнять, Андриана была готова выполнить любое его приказание. Сейчас она прекрасно поняла, что от нее требуется: «затрахать» начальника так, чтобы он позабыл обо всем.

Наташа «заводила» Севостьянова только своей молодостью и формами. Она еще не знала некоторых приемов, которые могут довести мужчину до сумасшествия. Андриана поиграла с обессиленным членом полковника, готовя его к «боевым действиям». Поначалу тот никак не хотел реагировать и болтался влажной тряпочкой, но постепенно умелые пальчики сделали свое дело. Севостьянов запыхтел, как паровоз, и набросился на Андриану, позабыв более молодое тело, но та мягко остановила его порыв и завалила его на спину прямо на пол. Пока Наташа нежно водила губами по его груди, она продолжала дразнить пальцами плоть Севостьянова и довела ее до такого состояния, что, казалось, Андриана вот-вот лопнет от напряжения. Тут Наташа смилостивилась над полковником и впустила его в себя.

Севостьянов был на грани обморока от нетерпения и страсти. Он то мычал что-то нечленораздельное, то вскрикивал. Андриана вдруг опустилась прямо на его лицо, и ему пришлось не только ртом, но и носом окунуться в нее. Наташа же «работала» все интенсивнее. Уже ничего не соображая, задыхаясь от нехватки воздуха, полковник взревел, и его рев слился с криком Наташи и стонами Андрианы. Девушки взглянули на Воронова и тот, еле сдерживая душивший его смех, вскинул кверху большой палец… — Ну, Виктор Николаевич, ты и боец! — смеясь, воскликнул Воронов, когда обессилевший полковник еле приподнялся с пола.

— Да, оторвался по полной! — кое-как выговдрил Севостьянов. — Ох и хороши бестии!

— Ты тоже ничего, папочка! — Андриана чмокнула его в щеку и, прежде чем он успел еще чтолибо сказать, подхватила под руку Наташу и быстро утащила ее прочь…

Перед тем как отправиться спать, Савелий решил проведать Кешку и мальчика: как-никак, а они уже почти сутки сидят взаперти. Но Савелий напрасно беспокоился. Когда он осторожно приоткрыл дверь в комнату, то увидел умилительную картину: Кешка лежал на спине и крепко прижимал к себе ребенка. Голова мальчика мирно покоилась на его плече, а ручонки обнимали мощную шею.

Савелий улыбнулся, прикрыл за собой дверь и отправился спать. На душе у него было спокойно, словно он наперед знал, что завтрашний день принесет им удачу…

Богомолов допоздна задержал у себя полковника Григорьева, хотя тому в два часа ночи нужно было вылетать вместе с восемью ребятами-«афганцами», отобранными Олегом Вишневецким, и девяносто пятью десантниками. Они снова и снова отрабатывали мельчайшие детали предстоящей операции. Наконец, почувствовав, что генерал устал, Григорьев споповно сказал:

— Да вы не беспокойтесь, товарищ генерал, все сделаем, как нужно. Как бы ни развшались события, сделаем все возможнее, чтобы не пострадали ваши люди. — Я вам верю, но прошу вас сделать езде и так, чтобы все люди вернулись живыми и здоровыми! — Богомолов тяжело вздохнул. Как же тяжело посылать людей на опасные задания! Сейчас он чувствовал себя несколько виноватым оттого, что сам не может принять участия в этом деле. Богомолов взглянул на часы. — Засиделись мы с вами! А вам еще в аэропорт ехать. Давайте прощаться! — Он встал и протянул руку Григорьеву. — Удачи вам, полковник!

76
{"b":"7239","o":1}