ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Савелий успел сделать лишь пару шагов, как перед ним выросла фигура, которую он сразу узнал: видел его, когда осматривался с дерева. Это был рослый парень с длинными руками и крупной головой.

– Не стреляй, земляк, свой! – устало предупредил Бешеный.

Я знаю: видел, как ты лихо с ними разделался; спасибо за поддержку, – он протянул ему руку. – Командир отделения Батальона особого назначения служб общественной безопасности лейтенант Дроботов Артем, – представился он.

– Савелий, – ответил Савелий крепким рукопожатием. – Что же ты, лейтенант, за тылами своими не следишь? – укоризненно спросил Бешеный.

– Почему не слежу, не только слежу, но даже и все вижу, – без обиды ответил Дроботов. – Я видел посланную нам в тыл группу бандитов, но что я мог поделать, если из нас пятерых трое раненых да и патронов кот наплакал… Решил дождаться, когда «чехи» подойдут поближе, и потом забросать их гранатами, а тут ты подоспел нам на счастье… Что-то тихо стало, – озабоченно проговорил он, и в тот же момент из зарослей вышел раненый сержант.

– Товарищ лейтенант, «чехи» отошли, я посылал Леху в разведку: вернулся, говорит, что они исчезли.

– Хорошо, Агеев, собирай ребят, возвращаться пора, – приказал Дроботов, и когда тот пошел выполнять приказ, повернулся к Савелию: – А ты что, разведчик?

– Что-то вроде того, – неопределенно ответил Савелий.

– Понял, не уточняю, – догадливо кивнул Дроботов.

Они вместе вернулись в часть, но на этом их знакомство не закончилось: позднее им пришлось участвовать в одном деле, в котором уже Дроботов оказал Савелию своевременную помощь и помог ему в задержании чеченского кровопийцы. К сожалению, как потом оказалось, их усилия оказались напрасными: один из штабных крыс приказал передать его чеченской милиции, которая не довела его до места: то ли сбежал, то ли сами отпустили, скорее всего, второе. И Салман Радуев еще целый год поганил землю, пока наконец не был предан собственным окружением и не захвачен в плен фээсбэшниками, но это была уже совсем другая история…

***

Дружба, возникшая на войне, как говорится, замешанная на крови, связывает людей гораздо сильнее, чем обычная, в мирное время. Позднее, когда Савелию пришлось инсценировать свою гибель, Дроботов был одним из тех немногих, кому Савелий доверился, и никогда не жалел об этом.

***

В Батальон особого назначения, воевавшего в Чечне, Дроботов был прикомандирован временно, и после возвращения в Москву Артем Дроботов, отработав некоторое время дорожным инспектором ГАИ, был переведен в Батальон уже на постоянной основе. Сейчас он уже подполковник и вроде бы должен был бы угомониться, тем более, ему уже предлагали нехилое место в министерстве, но Дроботов отказался и продолжает оказываться в самых опасных переделках.

После крепких объятий Дроботов закрыл дверь на ключ и на вопросительный взгляд приятеля ответил:

– У меня есть что отметить, – Артем загадочно улыбнулся и вытащил из шкафа бутылку коньяка.

– Неужели полкана получил? – предположил Савелий.

– Не угадал, – Артем покачал головой.

– Может, золото выиграл на международных соревнованиях полицейских?

Дело в том, что Дроботов всерьез занимался боксом с самого детства и выступал за команду МВД на соревнованиях полицейских ведущих стран мира.

– Золото я действительно там выиграл, но выпить предлагаю совсем по другому поводу, – он хитро прищурился.

Савелий с трудом удержался от желания «подслушать» его мысли и поднял руки кверху:

– Ладно, сдаюсь! Не томи!

– У меня сын родился! – с видом победителя провозгласил Дроботов.

– Да ты что! Вот здорово! От души поздравляю! – искренне обрадовался за него Савелий, зная, сколько переживаний было у супругов Дроботовых: четыре года они мечтали о ребенке, и все никак не получалось. – Когда произошло столь знаменательное событие?

– Три дня назад. Я тебе сразу позвонил, чтобы поделиться этой радостной новостью, но твой мобильник твердит и твердит одно и то же: «Абонент не отвечает или временно недоступен: попробуйте позвонить позднее…» – Артем чертыхнулся.

– Занят был очень, – виновато поморщился Савелий. – Ладно, ты лучше скажи, как Дашенька?

– Как, как? Счастлива до небес!

– Да, глупо спрашивать, – кивнул Савелий. – Надеюсь, богатырь родился?

– Четыре двести, пятьдесят девять сантиметров! – с гордостью объявил счастливый отец.

– Ничего себе! – восхитился Савелий и ревниво спросил: – Имя-то уже дали?

– Еще до рождения нарекли, – Артем хитро улыбнулся. – Догадываешься, как?

– Неужели у меня еще один тезка появился на свет? – обрадовался Савелий.

– Точно так: еще один Савелий, кстати, тоже голубоглазый.

– Ты что, на меня намекаешь? – хмыкнул Савелий.

– Ага, губы раскатал! – Артем укоризненно покачал головой. – Я имел в виду, что у него глаза, как у Даши!

– Это еще ничего не значит: почти все младенцы при рождении имеют голубые глаза.

– Посмотрим… – Артем разлил по рюмкам коньяк. – Слово скажи, братишка!

– Пусть вырастет таким, как его отец: любящим свою Родину, ценящим дружбу, пусть будет сильным и крепким!

– Ну и наговорил: на пять тостов хватит! Спасибо, братишка! – Они чокнулись и выпили.

– Когда забирать из роддома будешь?

– А она не в роддоме рожала, а дома. Я и так, и этак: не хочу рожать в роддоме, и точка! Ты же знаешь Дашу!

– Если твоя Даша что-то втемяшит себе в голову, то суши весла, – усмехнулся Савелий.

– Вот именно! Ладно, слава Богу, что акушерка толковая оказалась: помогла разродиться безо всяких осложнений. Дашка говорит, еще хочу рожать!

– Значит, готовься, – рассмеялся Савелий.

– Пусть Савка подрастет немного… Слушай, а как Костик поживает: тоже давно не виделись?

– Мы сейчас вместе над одним делом трудимся…

– Что-то серьезное?

– Скорее анекдотичное, – усмехнулся Савелий. – Прикинь, на имя начальника ГУВД приходит посылка в шестнадцать миллионов рублей в мелких купюрах. Без адреса, без пояснений…

– Действительно, анекдот, – подполковник покачал головой. – Ну прислали: порадоваться, оприходовать и забыть.

– Вначале я тоже так думал, а сейчас…

– Какие-то детали появились?

– Еще какие! – Савелий рассказал ему о капитане Скворцове.

– Я помню ту историю с ротой… Говоришь, застрелился? Жаль, что задержался с этим делом. Вот подонок! – в сердцах бросил Дроботов. – Давай помянем ребятишек.

Они молча выпили, постояли немного, сели.

– Слушай, у Костика же новый мобильник, запиши! – вспомнил Савелий. – Сейчас, сам его еще не запомнил, – он вытащил портмоне, раскрыл его, и из него выпала фотография неизвестного мужчины из приемной ГУВД.

Подполковник машинально взял ее и вдруг удивленно спросил:

– Кто это?

– Тот, который и принес злополучные миллионы, а что? – насторожился Савелий.

– Лицо кажется знакомым, – Дроботов внимательно вгляделся, но пожал плечами. – Нет, не помню…

– Вспомнишь – позвони…

– Естественно! Слушай, братишка, когда мы с тобой и с Костиком встретимся и посидим по-человечески? Отпразднуем рождение сына, повспоминаем боевое прошлое, порой так не хватает всего этого… – подполковник ностальгически потянулся и вздохнул.

– Посидим, обязательно посидим, Артем!

– Ловлю на слове! Давай выпьем за это!

– Живи долго, братишка, и не болей!

– Не дождутся…

Они выпили.

– Я могу спросить о личном? – спросил вдруг подполковник.

Савелий наморщил лоб, покачал головой, потом решительно махнул рукой:

– Валяй!

– Неужели Джулия до сих пор думает, что ты погиб? – тихо спросил он.

– Поверь мне, братишка, так лучше для нее и для сына.

В голосе Савелия ощущался некий надрыв: ни на одно мгновение он не забывал ни о любимой жене, ни о любимом Савушке. Нет-нет, да промелькнут в голове вопросы: «Как они там? Что делают? Чем занимаются? Не забыл ли меня сын?»

19
{"b":"7241","o":1}