ЛитМир - Электронная Библиотека

— Правду узнать — это хорошо, только не забывай о религии, — сказал Михаил. — Ислам — страшное оружие в руках нынешней правящей верхушки в Чечне. И они прикрываются этой религией.

— И все равно людям надо помочь прозреть.

— А что ты предлагаешь? — с усмешкой спросил Денис. — Выйти на улицы Чечни и рассказывать всем прохожим, какие подонки ими управляют?

— Верно по мысли, но примитивно по исполнению, — поморщился Савелий. — Когда мы готовились к операции, все было четко и ясно: есть враг, который наносит вред всем — и чеченскому народу, и русскому. И есть задание убрать его, стереть с лица земли. Однако сейчас мы владеем кое-какой информацией, которая перевернула, по крайней мере, в моих мозгах, отношение к этому заданию. И мне кажется, уничтожить в таких обстоятельствах Мушмакаева — это подыграть тем, кто увяз с ним по самое «не могу», а значит, точно так же замарать свои руки в крови.

— А если эта информация ложная? — выразил сомнение Матросов. — Кто может дать гарантию, что это все не подстроено специально? Ты, командир, можешь?

— Такой гарантии не даст никто.

— Я и говорю… — задумчиво продолжал Матросов, но Савелий перебил его:

— Узнать правду можно только в том случае, если негодяи предстанут перед судом.

— Ты веришь в справедливость суда? — удивленно спросил Михаил. Он единственный из присутствующих знал о прошлом Говоркова, о том, что Савелий был невинно осужден и целый год отбывал в колонии строгого режима.

Савелий бросил на него предостерегающий взгляд.

— Верю или не верю, в данном случае не имеет значения, — сказал он. — По крайней мере, если суд состоится, всегда есть шанс, что люди смогут узнать наконец правду.

— А какую правду они должны узнать? — спросил Матросов.

— Что в России есть силы, которые финансируют этого террориста. Что ни чеченский, ни российский народ, которых все время пытаются столкнуть лбами, в конечном счете, не виноваты. Что некоторые отщепенцы, называющие себя борцами за мир и свободу, прикрываясь высокими словами, на самом деле несут своим странам разорение и нищету, голод и страдания, смерть, наконец! — Савелий говорил все более жестко и уверенно.

— В таком случае я — с тобой! — Матросов встал, подошел к Савелию и протянул ему руку. — Вот тебе моя рука, командир! Давай доставим этого сукиного сына в Москву и отдадим под суд. И пусть только кто-нибудь попробует помешать ему там говорить! — Он так сильно сжал свой пудовый кулак, что хрустнули суставы, потом повернулся к остальным и вопросительно посмотрел на них. — Что скажете, парни?

— Я — как ты, — с готовностью ответил Денис.

— А ты, Миша?

— Помните, с чего я начал? Многие чеченцы верят, что Мушмакаев — герой, который несет им свободу. Мне кажется, что убить сейчас Мушмакаева — значит сделать из него великомученика, святого. А тащить в Москву человека, известного почти каждому, кто смотрит телевизор, очень трудно, почти что невозможно.

— Почти? — прищурился Савелий. — Колись народу, что ты там напридумывал? Ведь придумал же, не отпирайся!

— И не собираюсь, — усмехнулся Михаил. — Мы можем воспользоваться тем, что известно именно тем людям, которые смотрят телевизор, читают газеты, короче говоря, знают Мушмакаева в лицо. Воспользуемся той славой, которую Эльсан Мушмакаев создал себе сам.

— Не тяни! — нетерпеливо бросил Матросов.

— Он создал себе славу героя, который, словно птица Феникс, все время восстает из пепла.

— И что? — не понял Матросов.

— Как говорил Шерлок Холмс, если хочешь спрятать что-то от посторонних глаз, положи это «что-то» на самом видном месте. Дошло?

— Откровенно говоря, нет, — поморщился Матросов.

— До меня тоже, — сказал Денис.

— Мне кажется, я понял. — Савелий покачал головой. — Ты хочешь сказать, что мы можем открыто повезти «раненного героя» на лечение, так?

— Именно так.

— Идея, бесспорно, интересная… — Савелий задумался. — Если бы не два «но»… Вряд ли Мушмакаева можно так запугать, что он согласится с нашими доводами и поедет добровольно, — это во-первых. И второе слабое место: вряд ли все встречающиеся на нашем пути чеченцы безоговорочно поверят, что мы — спасители их героя.

— Что ж, я всегда знал, что башка у тебя не только для головного убора, товарищ капитан, — подмигнул Михаил. — Твое «во-первых» решается достаточно просто: Мушмакаева можно накачать наркотиками. Ста граммов героина хватит на всю дорогу? — Он вытащил из кармана полиэтиленовый пакетик.

— Откуда? — удивился Савелий.

— Подобрал возле трупа Удди.

— А как быть с «во-вторых»?

— Думаю, что это тоже решаемая проблема. Моя сводная сестра заведует в больнице хирургическим отделением. И больница находится как раз по пути следования к Мушмакаеву. Остановимся, возьмем у нее историю болезни Мушмакаева и направление на операцию, допустим, в Санкт-Петербург, причем, сразу на двух языках — русском и чеченском…

— Думаешь, удастся ее уговорить? — недоверчиво спросил Савелий. — Ведь в случае чего она же первая подпадет под подозрение.

— Она очень любила дядю Ясу, — с грустью произнес Михаил, словно этим все объясняя.

— Ну что же… — Савелий наморщил лоб: в голове у него вертелась какая-то мысль, которую он пытался ухватить, но она все ускользала.

— Тебя что-то беспокоит? — спросил Михаил.

— Подожди! — отмахнулся Савелий. — Вот! — наконец воскликнул он. — По-моему, я нашел логическое продолжение и фундамент для твоей идеи. Все медицинские документы Мушмакаева должны быть на трех языках: чеченском, русском и английском. И везти его мы должны не в Россию, что сразу же насторожит любого чеченца, а за границу!

— Любишь ты заграничные дела, — усмехнулся Михаил. — Должен признать, что ты, как говорится, одной левой устранил слабые места в моем плане. Только куда мы с ним отправимся?

— По «официальной» версии — в Лондон, на самом деле — в Болгарию, через Азербайджан и Турцию. — Савелий с победным видом взглянул на ребят. — Что скажете? Как насчет погреться на берегу Черного моря?

— Отлично! — воскликнул Матросов. — Дело совсем за малым: взять Мушмакаева. — Он криво усмехнулся.

— Никуда эта мразь от нас не денется! — Глаза Михаила зло сверкнули.

— Точно! — Савелий хлопнул его по плечу. — Знаешь анекдот? Приходят в камеру контролеры, чтобы провести проверку. «Иванов!» — «Я!» — «Петров!» — «Я!» — «Сидоров!» — «Здесь!» — «А куда ж ты на х… в тюрьме денешься!»

Все расхохотались.

— Ладно, — сказал Савелий, — хватит ржать. План, насколько я понял, принимается единогласно?

— Со всеми твоими дополнениями, — ответил Михаил.

— В таком случае, в путь! Миша, за руль!

Прихватив рюкзаки, они покинули свое временное пристанище, забрались в УАЗик и отправились в путь. Один Бог знал, что ждало их впереди…

Пока Савелий со своей группой разрабатывали план действий, группа Воронова быстро мчалась по дорогам Дагестана. В какой-то момент Андрей стал с беспокойством всматриваться вперед: слишком уж все гладко! Прошло больше трех с половиной часов, а они даже ни разу не остановились. Владимир вел машину ровно и уверенно, словно много раз ездил по этой дороге. Иногда им встречались люди. Заметив незнакомую машину, они сначала проявляли некоторый интерес, но, разглядев чеченский номер, тут же старательно делали вид, что им совершенно все равно, кто это там едет.

Ребята остановились возле небольшого лесочка, быстро перекусили и вновь отправились в дорогу, решив ехать до тех пор, пока есть возможность или пока не нужно будет заправлять машину.

Вскоре стемнело. Вдалеке показались огни.

— Кажется, Кизляр впереди, — заметил Трегубенков.

— Кажется? — удивленно произнес Воронов. — Ты так уверенно ведешь машину, что я думал, ты знаешь, где мы находимся.

— В темноте трудно ориентироваться, но я уверен, что едем мы правильно. Махачкалу не проедем, гарантирую.

— Надеюсь, — не очень уверенно сказал Воронов.

Они миновали довольно крупный поселок, похожий, скорее, на небольшой городок, и вновь оказались на главной магистрали, стремительно проскочили несколько десятков километров и очутились в лесополосе. Если до этого городка им, хотя и редко, попадались машины, то сейчас шоссе словно вымерло, а в свете фар темные деревья, мелькающие по обе стороны дороги, выглядели зловеще. У Воронова появилось какое-то нехорошее предчувствие, и он громко сказал:

64
{"b":"7242","o":1}