ЛитМир - Электронная Библиотека

— Отдыхай — ты это заслужил.

Михаил понял, что Мушмакаев все-таки решил подстраховаться.

— Спасибо, полковник, отдых — дело хорошее. — Гадаев деланно зевнул. — Как с ванной? И где мне расположиться?

— Жить будешь здесь — как и подобает личному порученцу. А ванну тебе сейчас устроят. Шарудин! — позвал Мушмакаев.

В комнату тут же заглянул охранник.

— Слушаю, Хозяин!

— Скажи, чтобы наша бабенка приготовила лейтенанту ванну и помыла его… как следует. — Мушмакаев многозначительно ухмыльнулся. — Так и быть: не буду тебя сегодня дергать. Отдохни! Позови Жамбулата, — приказал он Шару-дину.

— Есть, Хозяин! Ну что, пошли?! — повернулся Шарудин к Михаилу. В его голосе слышалось явное недовольство: он ревновал Хозяина.

— Ты что-то хочешь сказать, Шарудин? — заметив это, раздраженно спросил Мушмакаев.

— Нет, Хозяин.

— Ну-ну, — буркнул тот и потянулся к шкафчику, висевшему на стене.

Чуть замешкавшись, Михаил успел заметить, что Мушмакаев вытащил оттуда какую-то карту.

Комната, куда отвел его Шарудин, была меньше, чем у Мушмакаева, но так же богато обставлена: зеркальный дорогой сервант, платяной шкаф орехового дерева, полы застланы коврами. На огромной тахте могли спокойно разместиться трое. Раскрыв шкаф, Михаил повесил куртку, шапку, оружие, затем осторожно подошел к двери и чуть-чуть приоткрыл ее, чтобы увидеть Жамбулата. К счастью, Шарудин вернулся быстро. Жамбулат оказался плотным мужиком лет тридцати, с рыжеватой окладистой бородой. Взгляд карих глаз тяжелый, недоверчивый: Жамбулат сразу заметил приоткрытую дверь, но промолчал, и только кадык его ходил вверх-вниз, как ручка насоса.

— Не говорил, зачем вызывает? — спросил он Шарудина, кивнув на дверь комнаты Мушмакаева.

— Думаю, что тебя ждет дальняя дорога. — Шарудин хитро прищурился.

— Иди, не бойся! ~ подбодрил он и дружелюбно подтолкнул его в спину, а сам уселся возле входной двери.

Неожиданно откуда-то раздался молодой женский голос:

— Шарудин! Иди, помоги мне!

Понимая, чем рискует — охранник мог в любой момент вернуться, и тогда объясняйся с ним, — Михаил быстро подскочил к двери Мушмакаева и прислушался.

— Дуй к Лому и быстро привези ко мне покупателей, — говорил Мушмакаев. — Пароль знаешь?

— «Аллах — пророк». Отзыв: «Зеленое знамя Ислама».

— Не задерживайся нигде, заправься сразу под завязку и прихвати пару канистр с собой. Если встретишь Удди, скажи, пусть немедленно мчится сюда, если не хочет, чтобы я ему «балду» укоротил.

— Слушаюсь, командир! Аллах акбар!

— Акбар, акбар! — торопливо бросил Мушмакаев.

Михаил одним прыжком вернулся в свою комнату, но закрыть дверь не успел, а потому быстро повернулся, сделав вид, что собрался выйти. Увидев Гадаева, Жамбулат просверлил его взглядом, но ничего не сказал и вышел из дома.

Если Жамбулат доберется до Хасавюрта и не обнаружит на месте Лома, он сразу заподозрит неладное, и весь их план начнет рассыпаться, как карточный домик. Но что Михаил может сделать в данной ситуации? Ничего. Остается только ждать и надеяться на лучшее. Размышляя, Михаил даже не сразу заметил, как в комнату вошла молодая женщина, дородная, с пышным бюстом и не менее пышным задом, с огромными зелеными глазами и копной светло-русых волос. Под прозрачным коротеньким халатиком на ней ничего не было. Она подошла, положила пухлую руку на плечо Михаилу.

— Устал, миленькай? — с украинским акцентом произнесла она. — Миша, кажется? А меня Катериной зовут. Нравится тебе это имя?

— Очень, — сказал Михаил.

— Тогда раздевайся и ложись. Я тебе массаж сделаю. — Катерина начала раздевать его. — Какой же ты худющий! — по-бабьи всплеснула она руками.

— Ничего себе — худющий, — усмехнулся Михаил. — При росте в сто восемьдесят сантиметров девяносто килограммов…

— Не знаю про твои килограммы, но я бы тебя подкормила, — заявила Катерина. — Мужика, должно быть как можно больше. А то ляжет сверху, и не чувствуешь ничего: чи есть кто, чи не.

Продолжая болтать, Катерина ловко раздела Михаила до трусов, уложила на живот на огромную тахту и начала делать массаж.

— Ты не думай, я курсы профессиональных массажисток закончила… У Киеву… А тело у тебя ничего: сильное… Спортсмен, наверное?.. — Спрашивая, она и не ждала ответа. — Не, не похоже, да и шрам на спине… Военный, наверное… Видно, повоевать пришлось…

Пальцы у нее были сильными, уверенными, и Михаил почувствовал, как усталость действительно уходит. Но трахаться ему совсем не хотелось.

Промассировав спину, Катерина решительно спустила пониже его трусы и начала поглаживать ягодицы. Это было уже слишком. Осторожно, чтобы не обидеть женщину, Михаил натянул трусы обратно.

— Ты что, стесняешься меня? — удивилась Катерина.

— Нет, просто я сейчас не в настроении.

— А зачем тебе настроение? Расслабься, я все сама сделаю. — Она вновь взялась за трусы, но Михаил удержал их руками.

— Как ты сюда попала? — спросил он, чтобы отвлечь Катерину.

— Как? — Она вздохнула. — Ты знаешь, что творится у нас сейчас на Украине? Работы не найти, а если и найдешь, то получаешь столько, что хоть в гроб ложись. И месяцами не платят. У меня старики на руках да двое ребятишек малых.

— А муж?

— Муж? — Она поморщилась. — Лучше б его, паразита, не было вовсе, пропойцы проклятого! Поначалу я в Москву ездила, подрабатывала у «Националя», потом толстеть стала, а там толстушки не очень… Вот и согласилась сюда поехать… — Катерина машинально продолжала делать массаж. — Если ты не хочешь вообще женщину — это одно, но если ты не хочешь меня…

— Ты здесь ни при чем, — мягко сказал Михаил.

— Тогда пойдем в ванную — я тебя искупаю. Только не говори Хозяину, что у нас ничего не было, — прошептала она испуганно.

— Хорошо, — улыбнулся Михаил и погладил ее по руке. — Ты посильнее потискай меня, а я поору. Тогда он поверит!

Улыбнувшись, Катерина с такой силой принялась массировать, что Михаил действительно заохал и застонал…

Как только Гадаев уехал, Савелий приказал всем лечь спать. Матросова и Кораблева не нужно было уговаривать: они свалились на кучу подпревшего сена и мгновенно уснули. Савелий тоже уснул быстро, но минут через сорок проснулся, словно кто-то толкнул его в бок. Открыв глаза, он не сразу понял, где находится. Услышав ровное дыхание ребят, Савелий улыбнулся. Он взглянул на светящийся циферблат часов: половина двенадцатого ночи. Странно! Почему он проснулся?

Стараясь не шуметь, Савелий осторожно выглянул наружу: было так тихо, что он слышал биение своего сердца. Ладно, все равно теперь не заснуть… Высоко в небе стояла луна, и ее яркий свет заливал все вокруг. Было прохладно и сыро. Где-то совсем далеко залаяла собака, ей вяло ответила другая…

Постояв несколько минут и не обнаружив ничего подозрительного, Савелий вышел из землянки и подошел к дороге. В свете луны дорога просматривалась довольно хорошо. Интересно, чем сейчас занимается Михаил? На месте ли Мушмакаев? Почему-то Савелий подумал, что, если гонца отправят с утра, есть опасность, что перехватывать его придется при свидетелях, а это не очень входило в их планы. Судя по всему, Михаил встретился с Мушмакаевым в том же месте. Значит, гонец может появиться с минуты на минуту. Вряд ли Мушмакаев будет долго ждать, рискуя потерять выгодных покупателей.

Савелий еще раз взглянул на часы, и в этот момент ему показалось, что он слышит шум мотора. Всмотревшись, он увидел машину, похоже, даже тот самый УАЗик, на котором уехал Михаил. Стараясь не наступать на ветки, Савелий быстро побежал к землянке.

— Ребята, подъем! — негромко, но четко приказал он, и те мгновенно поднялись.

— Идет машина. Занять свои места!

Прихватив оружие, они быстро вышли из землянки и направились к дороге. Они заранее определили, что Савелий с Матросовым будут исполнять роль патруля, а Денис их прикроет: заляжет за кустом и возьмет на прицел тех, кто будет в машине. Для большей достоверности Савелий повязал вокруг лба зеленую матерчатую полоску, но, когда они вышли на дорогу, снял.

68
{"b":"7242","o":1}