ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ты точно, как Бешеный! — покачал головой Ростовский. — Сначала матом покроет, а потом спасибо говорит…

— А чтоб не зазнавался…

Понимая, что Ростовский прав в отношении свидетелей и ему придется отвечать на вопросы милиции, Воронов быстро написал рапорт о случившемся на имя Богомолова, после чего сдал машину на базу ФСБ и отправился в Центральную клиническую больницу, куда отвезли генерала. Ему дали прочесть медицинское заключение профессора, делавшего операцию:

«…Нанесено проникающее колото-резаное ранение в область правого подреберья с неглубоким ранением печени. Выполнена лапаротомия…»

— Извините, что такое лапаротомия? — спросил он проходящую мимо молоденькую симпатичную медсестру.

— Лапаротомия — это вскрытие брюшной полости, — как на экзамене ответила девушка. — А что?

— Спасибо, я читаю медицинское заключение…

— Не за что… — почему-то облегченно вздохнула она и пошла дальше.

А Воронов продолжил чтение. Последнее предложение прочитал вслух, причем с большим удовольствием:

«Операция прошла успешно…»

Через пару дней Воронова допустили к генералу, правда, не без настойчивой просьбы самого раненого. Услышав рассказ Богомолова о том, что произошло в туалете, Воронов виновато вздохнул:

— Это я виноват. Был бы рядом, ничего бы не случилось…

— Или случилось бы кое-что похуже, — возразил генерал. — Ты лучше расскажи: удалось что-то выяснить о нападавших? Или — «как в воду канули»?

— А разве вам не доложили? — удивился майор.

— От меня даже газеты прячут, — недовольно пробурчал Богомолов. — Берегут мое спокойствие, — саркастически добавил он. — Как не понимают, что мне от правды гораздо спокойнее, чем от неизвестности!

— А мне не попадет из-за того, что я нарушу ваш покой?

— Тебе попадет, если ты его не нарушишь! — пообещал генерал.

— Нам удалось в тот же вечер выследить машину, в которой они слиняли от ресторана! Кстати, этот «Ситроен» я заметил еще тогда, когда мы отъезжали от нашего здания. К сожалению, не придал этому значения.

— И чего ты на себя все время одеяло тащишь? Мало ли машин за мной едет? Каждую подозревать, что ли? Ты не томи, расколол задержанных? На кого они работают?

— К сожалению, я с ними не смог поговорить… — Андрей виновато покачал головой.

— Упустил, что ли?

— Нет, мы их не упустили.

— Мы? Все-таки ментов подключил?

— Никак нет, вы ж запретили! Воспользовался подручными средствами…

— В смысле?

— Перехватить преступников помог Ростовский со своими ребятами.

— Так что ты мне голову морочишь, что не смог допросить их? Их что, забрали у нас?

— При попытке остановить их преступники открыли автоматный огонь, пришлось отвечать… — Он опустил голову.

— Авария?

— Нет, то ли бензобак взорвался, то ли у них в багажнике что-то было… Эксперты пока не дали своего заключения…

— Короче, все погибли?

— Все!

— Трое?

— По предварительному заключению экспертов — преступников было трое… Найдена и золотая сережка…

— И конечно, никаких зацепок?

— Никаких! Ни документов, ни следов…

— Понятно… — задумчиво протянул генерал.

— Мне кажется, что пока не следует закрывать дело, мало ли…

— Если бы меня хотели убить, то я бы уже был мертв! Меня о чем-то хотели предупредить…

— Или кого-то из вашего окружения! — вставил Воронов.

— Интересная мысль, — согласно кивнул Богомолов. — Но мы этого со смертью непосредственных исполнителей, к сожалению, не узнаем, по крайней мере пока. Так что оставь эту тухлятину, сдай в архив, «в связи со смертью виновников преступления». Ты мне скажи, продвигается дело, порученное Президентом?

— Честно?

— Конечно!

— Хочу попросить вас забрать у меня это дело и вернуть на оперативную работу!

— А как же твои недуги?

— Мои недуги? Константин Иванович, может, это связано с тем, что я переживал за вас, а может, из-за того, что побывал в отключке, но я чувствую себя гораздо бодрее, чем до кодирования!

— Ты уверен?

— На все сто! Вы ж меня знаете…

— В таком случае передай дело капитану Семуш-кину, он любит головоломки решать… А сам чего хочешь делать?

— Разрешите помочь Савелию? — проговорил он и осекся — невольно проговорился.

— Ему нужна помощь? Что случилось? — нахмурился генерал.

— С Савелием все в порядке.

— Не финти, майор! Докладывай!

— Его Савушку похитили, требуют выкуп миллион долларов!

— Майкл звонил?

— Он.

— Что же ты молчал? Командировочное выписал? Давай-давай, знаю, что в кармане лежит. — Генерал подписал его и дописал просьбу начальнику финансового управления о выделении майору Воронову валюты на «проведение оперативных работ в Америке» в размере пяти тысяч долларов. — Лети к братишке. Сейчас ты ему очень нужен — гораздо больше, чем мне. Кстати, прихвати с собой и Костика — он же руку набил на похищении детей… Передай, чтобы не тратил времени на меня, со мной все будет в порядке! Савелию ничего не говори! Пусть его голова работает только на сына!

— Согласен. — И через паузу приговорил: — Спасибо вам, Константин Иванович. — Голос Воронова дрогнул.

— Ты это оставь! — строго заметил генерал. — Ты что, думал, я своих сотрудников могу только эксплуатировать? Не угадал! Помогать тоже могу… Привет крестнику передавай и скажи, чтобы держался…

Когда Воронов позвонил Рокотову-младшему и рассказал о последних событиях, происшедших в Москве за время его пребывания в Омске, Константин хотел сразу броситься в «Кремлевку», чтобы навестить Богомолова, но тут же остыл, услышав о распоряжении генерала и о том, что случилось с сыном его учителя в Америке. К счастью, американская виза у Константина еще не закончилась, а визу Воронову сделали через иностранный отдел ФСБ. И через два дня после встречи Воронова с Богомоловым они с Константином Рокотовым летели в Нью-Йорк…

Глава XII. Возвращение Савушки

Когда Бешеный с Позиным вышли из ресторана Толстого Марика, Савелий хотел было расстаться со своим новым приятелем, но подумал, что это будет не совсем тактично с его стороны: обратился за помощью, использовал человека и «до свидания»? Ему нравился Александр, и он не мог так поступить — хотя бы приличия ради следовало немного пообщаться. Но мысли Говоркова всецело были заняты сынишкой, и он не знал, о чем говорить. Выручил сам Позин:

— Я понимаю, Сережа, что все твои мысли сейчас только о ребенке, и, если ты спешишь, я не обижусь, хотя, честно признаюсь, ты пришелся мне по душе и мне очень хочется общаться с тобой. — Он вдруг смутился, было видно, что это признание далось ему нелегко.

— Спасибо за добрые слова, которые я с удовольствием могу повторить в ответ, — искренне ответил Савелий. — У меня есть немного времени, и я с большим удовольствием посвящу его тебе. И если ты не против, то предлагаю подышать свежим воздухом.

— Давно пора нам вместе подышать! — Александр сразу повеселел. — А какова тема сегодняшней беседы? — В суете нью-йоркской жизни Позин все реже и реже вспоминал Велихова.

— Выбирай сам!

— Боюсь, тебе будет скучно.

— Мне кажется, с тобой мне никогда не будет скучно, — улыбнулся Савелий.

— Смотри, рискуешь!

— Ничего, рискну, тем более что догадываюсь, о чем ты собрался говорить.

— А вот это уже забавно! И о чем?

— О том, что интересует сейчас всех американцев, это вполне понятно, но к тому же почему-то увлекло и многих русских — о выборах Президента США, угадал?

— Угадал! — бесстрастно ответил Позин.

— Скажу больше: ты приехал в Америку, чтобы прощупать отношение к России двух кандидатов.

— Как ты узнал об этом? — Александр был здорово удивлен, но постарался этого не показать.

— По всей вероятности, именно на этом и основано гадание цыганок: удивлять клиента информацией, которую… — Савелий выдержал паузу, потом громко рассмеялся, — которую узнал раньше! Да ты же сам мне рассказывал об этом в прошлую нашу встречу!

58
{"b":"7243","o":1}