ЛитМир - Электронная Библиотека

— Смотри, не дай бог соврешь… Ты же знаешь, что может случиться с тобой, не так ли?

— Знаю, товарищ подполковник! Почему вы мне не верите! Я же никому ничего не рассказал: ни следователю, ни тому московскому майору, — дрожащим от страха голосом канючил Семеркин.

— Этот майор зря сунул нос, куда ему не следовало. Но ты же ему что-то все-таки трепанул!

— Что вы, товарищ подполковник, как вы могли такое подумать? Разве ж я враг себе? — Казалось, паренек сейчас заплачет. — Верьте мне, товарищ подполковник.

— А почему ж он тогда меня стал расспрашивать о тебе?

— Так он же всех доставал! Я ему ничего не сказал: ни про вас, ни про тех пацанов. — Он даже всхлипнул.

— Ладно, не скули, верю, — смилостивился второй голос. — Присядь-ка. Возьми, поласкай его. — Донеслось частое дыхание, а знакомый голос задрожал от нетерпения. — Не только руками, но и губами! Раскрой рот, сучка! Ну! Кому сказал? — послышались громкие шлепки по голому телу.

— Вы ж обещали, что не станете заставлять меня, — заканючил парень. — Вы ж сказали, что кроме рук не станете меня заставлять.

— Мало ли что я обещал! — рассмеялся тот. — Ты тоже обещал, да проговорился! Бери, сучка! Ну! А пошел ты. Давай повернись-ка попкой ко мне. Попкой!

— Не надо, вы же обещали! — громко всхлипнул парень.

— Повернись, сучка! Ну! Я кому сказал? Вновь послышались удары.

Господи! Какая мразь! Савелий наконец-то узнал, кому принадлежит второй голос: подполковнику Булавину! Ему хотелось броситься туда, где происходит этот грязный разврат, и от всей души распнуть эту сволочь, которая пользуется своей властью и калечит души молодых солдат. Однако он вовремя остановился: до него дошло, что московский майор, о котором только что шла речь, и есть Андрей Воронов. Прошла уже неделя, а ему пока ничего не удалось выяснить о судьбе своего названого брата.

Савелию припомнилось, как забегали глаза Булавина, когда он, как бы между прочим, поинтересовался у подполковника фээсбэшником, о котором случайно услышал в штабе. Подполковник так напрягся, словно Савелий спросил о чем-то запретном или неприятно-опасном, но, взяв себя в руки, тот моментально перевел разговор на другую тему.

Сейчас Савелий корил себя за то, что не придал тогда никакого значения тому замешательству Булавина и не «прислушался» к его мыслям. Он не имеет права упустить шанс узнать что-либо о Воронове. Эта скотина свое все равно получит!

— Повернись жопой, тварь! Я кому сказал? — снова услышал Савелий голос подполковника.

Вновь возня, глухие удары и вдруг короткий вскрик, и все мгновенно смолкло, а через несколько секунд раздался глухой удар об пол: словно мешок упал. Савелий побежал вдоль здания, туда, где исчез Семеркин. Господи, неужели этот мерзавец пошел на убийство? Только бы успеть! Савелий увидел чуть приоткрытое окно, толкнул раму, и та тотчас распахнулась. Он вскочил на подоконник и, спрыгнув на пол, кого-то задел локтем.

— Ой! — испуганно вскрикнул тот, и Савелий узнал голос Семеркина, который был готов броситься наутек, но наткнулся на взгляд Савелия и понял, что скрыться ему не удастся. Парень обреченно вздохнул, опустил голову, словно смирившись с неизбежным.

Потом неожиданно упал перед Савелием на колени:

— Товарищ старшина, не бейте меня!

— Никто тебя бить не собирается! Встань! Семеркин поднял на него глаза, ничего не понимая.

— Встань: я все знаю!

— Знаете? Про все?

— Знаю! Про все! Он мертв?

— Кажется, да.

— Чем ты его?

— Ножом. — Солдат вдруг беззащитно всхлипнул.

— Где он?

— Кто? Подполковник?

— Нет, нож!

— Там оставил.

— Ты что, чокнулся?

— Так он же не мой: подполковника! — Снова всхлип.

— А отпечатки?

— Я их стер! — Сквозь слезы парень гордо улыбнулся.

— Кто-нибудь знает о ваших с Булавиным играх?

— Конечно же нет!

— Это хорошо, — задумчиво проговорил Савелий, а потом как бы между делом спросил: — Те четверо погибли от его рук?

— Господи, он же убьет меня, если я его сдам!

— Ты что, забыл, что подполковник теперь уже никого больше не убьет?

— Ой, и правда! — Семеркин снова улыбнулся: на этот раз с явным облегчением.

— Кто из офицеров еще замешан в этой грязи?

— Больше никто! — твердо ответил парень. — Клянусь!

— Как он их убил?

— Подушкой задушил, по крайней мере одного точно… Прямо в казарме, ночью…

— Откуда знаешь?

— Случайно увидел.

— И что, больше никто не видел, что ли? — удивился Савелий. — Столько людей в казарме.

— Может, кто и видел, да молчат: боятся, подполковник все-таки.

— А что же доктор?

— А доктор в его руках!

— Как это?

— На продаже наркотиков застукал его.

— Шантажировал, значит. — Савелий зло сплюнул. — Мразь!

— Еще какая! Он человек пять изнасиловал, и это только то, про что я знаю.

— Что тебе известно про майора ФСБ?

— А откуда… — начал он, потом пристально взглянул на Савелия, что-то понял для себя, махнул рукой и принялся отвечать: — Думаю, этот майор стал догадываться про подполковника, вопросы всякие задавал. Я и сказал Булавину про это: надеялся, он испугается, а на следующий день узнал, что московский майор куда-то исчез. Это он, точно он, Булавин что-то с ним сделал!

— Ты что-нибудь помнишь про тот вечер, после которого исчез майор?

— А что я должен вспомнить? — Парень снова нахмурился, словно собираясь заплакать.

— Встречался ли майор с Булавиным или еще с кем-то в тот вечер?

— С Булавиным точно не встречался!

— Откуда знаешь?

— Это же на учениях произошло. Я имею в виду, со мной. В тот вечер Булавин, сильно набравшись, едва не изнасиловал и меня. С большим трудом отбился. Хорошо, что он перепил сильно. Стоп! — неожиданно воскликнул он. — Я вспомнил! — Семеркин стукнул себя по лбу. — Точно, вспомнил!

— Что вспомнил? Говори!

— Этот майор, ну, что из Москвы, разговаривал с каким-то седым мужиком. — Он наморщил лоб. — Поговорили несколько минут, а потом, кажется, майор с ним и ушел.

— Кажется или ушел?

— Ушел… кажется… — Он неуверенно пожал плечами.

— А седой этот, кто он?

—: А бог его знает!

— Очень старый?

— Какое там, — задумался Семеркин. — Сорок, а может, чуть больше. Спортивный такой!

— Незнакомый, что ли?

— Лично я его никогда не видел!

— Военный?

— Кто его разберет: одет был в штатское! В таком моднячем костюме в полоску. Да и корочки баксов на двести потянут. — Семеркин завистливо вздохнул.

— Стоп! — воскликнул Савелий: он только что вспомнил, что говорил Богомолов о незнакомце, подходившем к Воронову на рыбалке. — А откуда ты знаешь про этого Седого, ты же там не был?.. Или, может быть, тебя тоже пригласили порыбачить? — В какой-то момент Савелию показалось, что парень его обманывает.

— Да нет же, господи! — нервно воскликнул Семеркин. — Это все подполковник! Когда у него не получилось… ну, это…

— Изнасиловать, что ли?

— Ну… Он вдруг и говорит: «Беги на речку и проследи, что этот майор делает! А утром доложи! И смотри: я проверю и накажу, если обманешь!» Что делать? Я и побежал!

— И?..

— Я не сразу нашел их, а когда нашел, вижу, как к московскому майору этот Седой подходит, я и спрятался, а потом Седой ушел, а вскоре ушел и майор этот!

— Погоди-ка! — нахмурился Савелий. — Ты спрятался потому, что этот майор разговаривал с Седым рядом с тобой, не так ли?

— Так я об этом и толкую!

— Выходит, ты слышал, о чем они говорили? — спросил Савелий, и у него от волнения забилось сердце.

— Конечно, слышал!

— И о чем же шла речь? — затаив дыхание, спросил он.

— Да ни о чем особенном, — пожал Семеркин плечами.

— И все-таки, сможешь повторить?

— Дословно нет, но смысл… — Он наморщил лоб. — Сначала что-то про рыбалку, потом про Москву, даже о художнике вспомнили, правда, товарищ старшина, ничего такого.

44
{"b":"7248","o":1}