ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Выстрелы слышал?

— Выстрелы? Слышал, Серафим Львович! Сейчас везде стреляют, — он немного подумал, потом добавил. — А может, учения какие?

Машинист пожал плечами и снова продолжил свой нехитрый завтрак…

Неожиданно Савелий заметил как синий «Москвич» рванулся, опережал состав. Может, подумали, что с ним кончено? Савелий проводил его взглядом, пока он не исчез из вида, и переключил внимание на зеленые «Жигули», с которых продолжали поливать вагон из автоматов. Несколько случайных пуль срикошетили от колес и впились в пол вагона совсем рядом с его головой. Савелий повернулся, чтобы оценить расстояние до страшных отметин, и вдруг увидел синий «Москвич», остановившийся у обочины дороги. Из машины выскочил боевик, которого он увидел у переезда, в его руках был гранатомет.

Граната разорвалась точно в «Волге», и почти сразу же раздался и второй взрыв: взорвался бензобак, и вагон почти мгновенно охватило пламенем от которого Савелий предохранял пока пол вагона.

Однако взрыв едва не привел к трагическим последствиям: вагон сильно тряхнуло, и Савелий чудом сумел удержаться на одной руке, не упав под колеса.

Обозлившись, Савелий выхватил из-за пояса пистолет Крота:

— Получи, гад! — крикнул он и выстрелил в Икстри.

Пуля попала тому в грудь, и он медленно покатился вниз по насыпи, беспорядочно кувыркаясь на острых камнях.

Савелий хотел выстрелить еще и по стоящей машине, но она уже была вне пределов досягаемости, да и вряд ли могла продолжать погоню: дорога круто свернула в сторону от железной дороги.

Свою не угасшую злость Савелий перенес на зеленые «Жигули»: он тщательно, словно в тире, прицелился и выстрелил в водителя. Пуля попала ему в лоб, и он уткнулся головой в клаксон.

Неуправляемые гудящие квакающим звуком «Жигули», проехав метров сто, резко дернулись в сторону, врезались в бетонный парапет, который отгораживал начавшуюся реку от автострады, на большой скорости пробили бетон, взлетели в воздух и врезались в зеркальную поверхность воды. Взметнулся огромный столб воды, сверкнув в солнечных лучах, и машина мгновенно исчезла в глубине.

Пожилой машинист испуганно высунулся по пояс в окно кабины тепловоза и посмотрел вдоль своего состава назад. В этот момент состав делал небольшой поворот и он увидел последний вагон, охваченный ярким пламенем. Машинист сразу же включил резкое торможение, нарушая инструкцию, запрещающую останавливаться на мосту, тем более таком, как этот, стратегического значения.

— Учения, учения! — раздраженно крикнул он своему помощнику. — Какие к черту, учения, когда последний вагон горит?

Взвизгнули тормозные колодки, вылетели из-под стальных колес разноцветные искры, и состав постепенно стал останавливаться.

Последний вагон, под которым находился Савелий, уже двигался по мосту, и он осторожно перебрался к краю вагона, обжигая руки о раскаленные огнем трубы. Добравшись, Савелий оттолкнулся от вагона, приземлился на деревянные перекрытия моста, кувыркнулся пару раз, обдирая на руках кожу и сразу вскочил на ноги.

Четвертый взглянул на часы и нахмурился: Икстри уже давно должен был доложить об исполнении приказа. Он искоса взглянул на Психолога, невозмутимо барабанившего по столу: неужели тот снова окажется прав? Он решительно взял рацию:

— Внимание, Икс-три! Внимание, Икс-три! Вас вызывает Четвертый! — он сделал паузу, вслушиваясь в молчаливый эфир и снова повторил свой вызов. — Икс-три! Икс-три! Здесь Четвертый! Отзовитесь! Куда вы пропали, к конце концов? — крикнул он раздраженно.

— Вот именно, пропали! — выделив слово «пропали», Психолог грустно улыбнулся.

— Да-а… — раздраженно протянул Четвертый. — Черт бы вас всех набрал! Икс-один! Икс-один! Вас вызывает Четвертый! Вас вызывает Четвертый!

— Икс-один на связи! Слушаю вас, Четвертый!

— Срочно перекрывай городок своими «спецами» и мальцов задействуй! Возможно, Икс-три упустил Тридцатого.

— А сам?

— Не отзывается на вызов!

— Понятно… — протянул Икс-один. — Разрешите, Четвертый, я сам.

— Нет Икс-один! Вы нужны мне на связи! — перебил он. — И руководите. Руководите, черт возьми! Руководите! Ясно? Все!

Госпиталь

К небольшому двухэтажному корпусу военного окружного госпиталя едва не бегом подошли трое плотных мужчин. Они были одеты в строгие элегантные костюмы, белоснежные рубашки и подобранные со вкусом галстуки.

Симпатичный высокий парень лет тридцати кивнул на дверь, и другой, что стоял ближе, громко постучал, но, увидев кнопку звонка, нажал ее. Вскоре послышались шаркающие шаги, и старческий скрипучий голос недовольно ответил из-за дверей:

— Чо это вы барабаните? Дохтур на операции. Завтра приходите. Симпатичный парень дружелюбно сказал ему:

— Открывай, батя, милиция!

— Коля милиция, — старик-вахтер начал торопливо дергать задвижку трясущимися руками. — Коля милиция, тады конечно. — Наконец ему удалось отдернуть задвижку и распахнуть дверь. Ожидая увидеть привычную милицейскую форму, он увидел странных элегантных молодых людей, и это его смутило: он настороженно спросил, перегородив им дорогу:

— Если вы милиция, то прошу документы.

— А как же! — добродушно улыбнулся симпатичный парень и повернулся к парню со шрамом. — Документы! — нахмурился он.

— А как же! — усмехнулся тот и вдруг резко ударил старика ребром ладони по горлу.

Коротко вскрикнув, старик начал сползать по дверному косяку вниз, но был подхвачен мощными руками и внесен внутрь госпиталя.

Спрыгнув с вагона, Савелий устремился вперед по мосту, чтобы добраться до автострады, но ему навстречу выскочил часовой, охранявший этот стратегический мост. Он был одет в полевую армейскую форму, явно сверхсрочник, вооруженный обыкновенной винтовкой:

— Стой Стрелять буду! — крикнул он, передергивая затвор.

Савелий понял, что этот мужчина никакого отношения к погоне за ним не имеет, но попытаться чтолибо доказывать ему было бесполезно, а вступать с ним в конфликт и подвергать его опасности не хотелось. Ничего ему не ответив, Савелий повернулся и побежал в другую сторону, но он не успел пробежать и десятка метров, как и с другой стороны к нему устремился второй охранник моста.

В палате реанимации лежало трое: больных: на одной — пожилой мужчина, опутанный резиновыми трубками, ведущими к стеклянным бутылочкам с питательными смесями, укрепленными на штативе.

На другой кровати — молодой паренек лет двадцати. На сто лицо была надета кислородная маска, он тяжело и беспорядочно дышал и находился без сознания.

Третью кровать занимал капитан. Белоснежная простыня сползла и приоткрыла перебинтованную грудь. К его рукам тоже спускались со штативов трубки, по которым подавалась в вены какая-то жидкость.

Он лежал очень спокойно и, казалось, не дышал. Вдруг послышался какой-то еле различимый шум со стороны входа, и Воронов тут же приоткрыл глаза, скосил их на дверь. Его явно что-то насторожило. Вскоре взгляд капитана стал осмысленным, и он взглянул на то, что было присоединено к его рукам. Кап… Кап… Кап…

Кроме едва слышного звука падающих капель, капитан услышал какие-то другие звуки. И именно эти звуки его сильно встревожили. Он изо всех сил попытался сосредоточиться, заставить свой одурманенный наркозом мозг нормально заработать, чтобы все осознать. Что с ним? Это первый вопроса на который он должен был получить ответ. Постепенно память восстановилась, и он вспомнил, что был ранен, когда пытался… Что пытался? А где Савелий? С ним же был Савелий, когда они бежали с базы? Господи! Его ранили, когда он был за рулем! Потом. Потом Савелий сел за руль. И… Их остановили боевики, одетые в форму милиции.

Милиция? Неужели это была милиция? Не боевики, а милиция! Значит, он ошибся, и его сюда привезла милиция! Что же тогда с Савелием? Если его привезла сюда милиция, и, судя по всему, ему сделали операцию, то узнать мафии о его местонахождении дело времени. Они на все пойдут, чтобы возвратить взятую ими дискету, которая может поломать все карты.

74
{"b":"7249","o":1}