ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Я, мил человек, подлодкой командовал! — с гордостью проговорил он Савелию на ухо. — И выжил, как видишь. Хотели списать по ранению, да вот, пашу потихоньку. Авось и сейчас Бог милует!

— Товарищ капитан! — раздался голос из динамика. — Вас срочно в рубку: порт вызывает!

— Сейчас поднимусь! — включив микрофон, крикнул капитан, затем тщательно, степенно вытер руки промасленной тряпкой, напялил на себя форменную видавшую виды фуражку с речным «крабом» и стал подниматься наверх по винтовой лестнице. Но Савелий задержал его за рукав:

— И запомни, капитан: координаты сообщишь только человеку, который ответит по тому телефону, или старшему офицеру спецотдела войск ВДВ, или кому-нибудь из штаба командующего! И только в крайнем случае — старшему офицеру КГБ, желательно из Москвы. И никому более! Слышишь, никому!

— Понял! — спокойно ответил капитан и стал подниматься в капитанскую рубку.

Дремов только закончил разговор с начальником порта своей приписки, который попросил его зайти по пути на промежуточную станцию, чтобы загрузиться там продуктами.

Повесив трубку, капитан протянул Савелию запакованный бинт:

— Ногу-то забинтуй! Все легче будет!

— Спасибо! — Савелий засучил одну штанину и туго перебинтовал ушибленное место.

— Куда ты с такой ногой-то? Отдохнул бы малость, оклемался, авось отобьемся! — подмигнул ему капитан, внимательно поглядывая за ходом толкаемой им баржи.

— Нет, спасибо, Владимир Петрович! За доброту, за ласку, но… Нельзя мне. Опасно это. А вот пару затяжек я бы сделал! — весело сказал он, пытаясь перевести все на другую тему. — Как, угостишь?

— Никому не давал свою трубку, — вздохнул капитан и повернулся к Савелию. — Но тебе… На, отведи душу-то!

Савелий взял у него трубку, понюхал вьющийся из нее табак:

— Ого, табачок! Крепкий! — улыбнулся он.

— Горластый! Самосад! — самодовольно улыбнулся капитан.

— Спасибо, капитан. Не жадный. Но я не курю! — Он протянул трубку назад.

— Как знаешь. — Капитан взял трубку и потянул на себя какой-то рычаг — раздалась громкая сирена, которая предупредила задевавшегося пацана, рыбачившего на самой середине реки в утлой лодчонке. Тот быстро начал отгребать в сторону, чтобы не угодить под баржу.

— Ничего голосит? — хвастливо спросил Дремав. — Ребята моей подлодки на память поднесли.

— Ничего горластый! — повторил Савелий оценку капитана своего табачка. — Послушайте, Владимир Петрович, в ближайшем городке много больниц? — неожиданно спросил он.

— Какое там, — махнул рукой Дремав. — Одна, да и та — военный госпиталь. Всех лечат. Ты вот что: к Степану там обратись, к хирургу, брательник мой Степан Петрович. Сделает все, что надо! И вот еще… — Он снял с гвоздя кожаную куртку и протянул Савелию. — Возьми, пригодится!

— Ну, что вы… мне как-то…

— Бери-бери, мало ли что. Потом отдашь! — Он заразительно рассмеялся, заставив улыбнуться и Савелия.

Он разделся, связал всю одежду в небольшой сверток, затем тепло попрощался с гостеприимным хозяином буксира-толкача и его матросом Пашкой и аккуратно спустился в воду, чтобы не замочить одежду.

Держа сверток над водой, он загребал одной рукой и довольно быстро добрался до правого берега, со стороны которого, как пояснил капитан буксира, находился городок с окружным военным госпиталем.

С того самого момента, когда Савелий расстался с Вороновым у поста ГАИ, несмотря на заверения Крота, что милиционеры, которые увезли капитана в госпиталь, «работают за одну зарплату» и не связаны с мафией, он понимал, что его названому брату грозит смертельная опасность. Он сильно переживал и потому торопился поскорее добраться до госпиталя.

Уже вечерело, и Савелий быстро оделся. Обуваться он не стал: огляделся вокруг, выбрал самое старое дерево и похромал до него. Нога сильно болела, и он решил самоисцелиться.

Подойдя к мощной сосне, он достал свой нож и сделал аккуратный надрез, вырезая квадрат коры сантиметров по двадцать с каждой стороны, стараясь не повредить ножом ствол дерева.

Потом отодрал кору, положил ее рядом, очистил от травы вблизи дерева место до самой земли и встал на нее босыми ногами. После этого он проделал несколько замысловатых пассов руками, прислонил на мгновение ладони к лицу, замер, расслабляя свои мышцы и душу. Затем, словно боясь потерять возникшее ощущение чистоты и внутренней свободы, резко приставил ладони к освобожденному от коры квадрату ствола.

В этот момент все его мысли были устремлены к УЧИТЕЛЮ, и ему казалось, что он даже слышит его.

Раны, оставленные беспощадным солнцем на его губах, лице, рады, полученные при столкновении «Волги» с вагоном, постепенно затянулись, разгладились, боль в ноге прошла, и Савелий, вскинув руки вверх, издал какой-то ликующий звук благодарности.

Потом он наклонился, взял с того места, где стоял, горсть земли, растер ее на внутренней стороне коры, сорванной с дерева, и приставил к стволу на старое место.

— Теперь все будет в порядке! Ты вскоре забудешь о причиненной тебе боли. — Савелий ласково погладил дерево. — Прости меня, — добавил он, снял с ноги бинт и быстро натянул на себя кроссовки.

Когда он вышел к окраине города, то совершенно не обратил внимание на нескольких подростков, которые, заметив ею, начали следить за ним. Эти подростки были помощниками Иксов.

Таких групп, посланных на обнаружение Савелия, было несколько. Во главе группы был наиболее смышленый, старший по возрасту подросток. Они были рассредоточены по городку в особом порядке, чтобы каждый квадрат контролировался и невозможно было бы прошмыгнуть в городок, не будучи замеченным. Старший каждой группы имел не только описание Савелия, но и его фотографию.

Подростки, заметившие его решили подобраться к нему поближе, чтобы лучше рассмотреть незнакомца и исключить ошибку. Савелий подошел к узенькой улочке и быстро осмотрелся по сторонам, но ничего не заметил и пошел вдоль невысокого забора.

Когда он подошел к перекрестку, метрах в пятидесяти в свете уличного фонаря другого перекрестка увидел несколько пацанов, которые настороженно поглядывали по сторонам. Один из них держал в руке рацию. Увидев Савелия, он что-то сказал, и все его приятели повернулись в его сторону.

Надо же, ребятишек задействовали! Савелий не стал суетиться и ускорять свой отход: он спокойно дошел до первого же поворота, свернул в небольшой переулок и только потом перешел на бег.

Вскоре снова свернул между домами и оказался в каком-то узком проходе, с одной стороны которого тянулся мощный железобетонный забор, с другой — высокий деревянный с колючей проволокой. Расстояние между заборами было метров пять-шесть, и между ними тянулось полотно узкоколейки.

Старший группы, первым заметивший Савелия, проследил, как он свернул между заборами, и включил рацию:

— Икс-два! Икс-два! Здесь Сверчок! Здесь Сверчок!

— Икс-два на связи! Говори, Сверчок! — тут же отозвался нетерпеливый голос Икс-два.

— Тридцатый свернул на узкоколейку! Как понял? Тридцатый свернул на узкоколейку! Нас не заметил!

— Понял тебя, Сверчок! Тридцатый свернул на узкоколейку! Молодец, Сверчок! — он сунул рацию в карман. — Хорошая смена растет! — улыбнулся он окружавшим его боевикам. — Тридцатый на узкоколейке! Вперед!

С ним было восемь здоровячков. Они были все одеты в куртки, под которыми топорщились автоматы. Они быстро подскочили к железобетонному забору, ловко перемахнули его и, ломая кустарник, устремились вперед.

Савелий быстро шел по своеобразному коридору, изредка оглядываясь назад, по пути прильнул вдруг к железобетонному забору, заметив небольшую щель. Он увидел горы песка и гравия и подумал, что это какой-то завод. Рассмотреть что-либо еще не удалось: было довольно темно.

Какой-то шум заставил его обернуться, и он увидел группу боевиков, которые весьма сильно отличались от подростков своими внушительными фигурами. Савелий побежал вперед, но и там увидел троих с автоматами в руках. И те и другие не спешили, уверенные, что на этот раз ему действительно некуда деться.

77
{"b":"7249","o":1}