ЛитМир - Электронная Библиотека

Тот в испуге отрицательно закачал головой и кивнул на лежащего. Парни, стоящие рядом с ним, уже побросали веники и выжидательно смотрели на Савелия.

— Индеец, че встал? — спросил лежащий и поднял голову.

Бешеный понял, что попал, куда надо. Он молча направил пистолет на стоящих рядом с Рыбаком и двумя выстрелами в голову прикончил их.

— Не надо! Не стреляй! — заорал парень из бассейна, но Савелий был безжалостен и к нему: он выстрелил в кричавшего, и тот ушел под воду, окрашивая ее в красный цвет.

— Встань, Рыбак! — приказал Бешеный.

— Зачем? — В голосе того слышался животный страх, и было видно, как дрожит его тело.

— Хочу в глаза тебе посмотреть… За что ты убил моего друга у дачи Кузнецова?

Парень так испугался, что не в силах был даже повернуть голову, не то чтобы встать на ноги.

— Не убивал я: это Индеец его пришил! — захныкал он, бессмысленно прикрывая голову простыней.

Судя по запаху, он еще и обмочился.

— Ох ты и мразь: на мертвеца свой грех скинуть хочешь? Не выйдет! Свидетель есть!

— Врешь, не было там никого! Не было! — Он громко запротестовал, поняв, что Савелий все знает. — Не убивай меня! Не виноват я: меня заставили! А-а-а!.. — и неожиданно сунул руку под простыню.

Савелий вовремя заметил это движение и выстрелил Рыбаку в лоб. За звуком своего выстрела он не расслышал другого и очень удивился, увидев, что на груди убийцы там, где сердце, вдруг возникла маленькая красная дырочка, из которой тут же брызнула фонтаном кровь. Он резко повернулся и увидел перед собой Ростовского с пистолетом в руке.

— По-моему, ничья! — усмехнулся Андрей.

Савелий хотел что-то сказать, но в этот момент раздался какой-то шорох, и вновь их пистолеты выстрелили одновременно: за спиной друзей раздались звуки падающих тел двух качков, которые, услышав выстрелы, схватили оружие и бросились на помощь…

— Нам стоит в паре работать! — усмехнулся Ростовский и подошел к неподвижному телу Рыбака.

Тот лежал, уткнувшись головой в полок, из маленьких дырочек во лбу да из-под левого соска сочились темные струйки крови, в руке был зажат пистолет, которым он так и не успел воспользоваться.

Савелий обтер рукавом пистолет и бросил его в бассейн. То же самое проделал и Ростовский. Затем, не оглядываясь, они вышли из парной.

Читатель! Можешь ли ты осудить Бешеного за акт мести, который он совершил? Во-первых, он осуществил правосудие и тем самым помог тем, кто занимается этим по долгу службы, но, увы, часто не справляется со своими задачами. Савелий привел приговор в исполнение над нелюдями, которые безжалостно убили многих ни в чем не повинных.

Что касается Автора, то он вполне понимает своего героя и, не призывая любого к подобным поступкам, все-таки считает, что Савелий по-другому поступить не мог.

Константин Иванович Богомолов был не просто генералом контрразведки. Он был мудрым человеком: его мозг легко анализировал хитросплетения политических лабиринтов, ловушек и ложных ходов. Он потратил несколько дней, обивая высокие начальственные пороги, обзванивая по «кремлевке» чиновников из президентской администрации и записываясь на прием к многочисленным министрам и их заместителям.

Его усилия не пропали даром: везде, куда он ни обращался, ему удалось найти людей, которым он мог довериться и которые обладали властью, способной противостоять «Совету пятерых». Самое сложное в его предприятии было то, что Константину Ивановичу приходилось делать эту работу неофициально, по строжайшему секрету, — и это, с одной стороны, ускоряло принятие нужных ему решений, а с другой — увеличивало риск в несколько раз.

В конце концов, через неделю после начала своих хождений Богомолов узнал из телевизионных новостей, что в Думе не прошел один проект, который играл на руку «Совету», и Константин Иванович понял, что механизм, который он запустил, начал работать.

Еще через пару дней ему позвонил один из его доброжелателей в Совете министров и по секрету сообщил, что люди Кузнецова не получили требуемой ими концессии на добычу золота. Это был сильный удар, и генерал было обрадовался, что у этой пятерки теперь ничего не выгорит, но потом в одной из оперативных сводок по его ведомству прочел, что в области Кузнецова, несмотря на запрет, ведется активная золотодобыча в промышленных масштабах.

Это сообщение заставило генерала насторожиться: он понял, что Совет решил действовать по запасному варианту — в обход всех законов — и, значит, у пятерки были на то и сила, и необходимая защита, чтобы вести себя так нагло…

Генерал вызвал к себе Воронова и, объяснив ситуацию, послал его в командировку на Дальний Восток, чтобы тот на месте определил реальную опасность вывоза золота за пределы России.

Воронов, прикрываясь официальными бумагами об инспекции подчиненных ФСБ служб, изъездил всю область и накопал столько интересного, что через полторы недели запросился назад в Москву, чтобы лично доложить обо всем генералу. Богомолов отозвал его назад и по возвращении Воронова из Приморья провел у себя в кабинете закрытое совещание. На нем кроме нескольких доверенных сотрудников Богомолова присутствовал и Савелий.

— Там полный беспредел! — Воронов, горячась, выкладывал подробности своей поездки. — Кузнецов держит все ниточки в руках, а местная братва помогает затыкать рты недовольным. Все ведущие чиновники назначены с его санкции, без совета с ним никто и шагу ступить не может. И милиция, и даже армия у него в подчинении: Кузнецов с начальниками и командирами вась-вась до такой степени, что они даже бабу одну делят.

Богомолов удивленно поднял брови: откуда такая информация?

— Это точно, товарищ генерал, об этом все знают. У них там есть такая Вероника Мордвинова, начальником пресс-службы у губернатора работает. Так кто ее только не драл, пока она до высоких чинов не добралась.

— Красивая хоть? — спросил кто-то из офицеров.

— Ничего, я бы тоже по случаю не отказался, — улыбнулся Воронов.

— Ну-ну, не отвлекайся, продолжай, — осадил его Богомолов, — что там о золоте слышно?

— Был я и на руднике. Две бригады пашут вовсю, план гонят, как при коммунистах, с перевыполнением графика. Никому вокруг зарплату не дают, а на руднике они по пятьсот долларов в месяц платят. По тамошним меркам — они все чуть ли не в миллионерах ходят! Я слышал от одного работяги, что они уже килограммов семьсот добыли и что, как они до тонны дойдут, им всем — премию и в отпуск.

— Интересно… — заметил Богомолов, — значит, они на эту тонну уже покупателя нашли и теперь только ждут, когда она у них наберется, и тогда они повезут наше золото в края далекие… Что там Велихов? — повернулся генерал к Бешеному.

— Пока тихо. Звонил несколько раз за рубеж банкирам разным. О золоте — ни гугу.

— Значит, они по другим каналам связь поддерживают. Интересно бы знать, по каким?

— Да по личным, по каким же еще? — отозвался Савелий. — Велихов постоянно с кем-нибудь из фирмачей по ресторанам шастает. Наверняка кто-то из них и посредничает. У меня нет сейчас возможности каждый его ресторанный разговор фиксировать.

— Черт, а как же мы тогда узнаем, когда они золото повезут? — воскликнул Воронов.

— Думаю, что это не будет большой проблемой, — ответил Богомолов, — для такого груза охрана ох какая нужна. Такую ораву мы всегда сможем засечь. Так что, майор, придется тебе опять в командировку отправляться. Возьмешь это на себя.

— Да я готов хоть сейчас!

— Сейчас еще рано, через пару дней поедешь. Вдруг жена твоя на меня собак спустит за то, что дома не бываешь, — шутливо сказал Богомолов.

— Спасибо за заботу, Константин Иванович, — улыбнулся в ответ Воронов.

Прошло еще две недели томительного ожидания. Наконец объявился Воронов, приславший факс на имя Богомолова с экстренным сообщением:

«Груз готов. Наблюдал конвой. Груз — двадцать ящиков зеленого цвета с ручками для переноски — отправлен в местный аэропорт. Из-за плохой погоды переброска перенесена на завтра. Вероятнее всего, груз полетит на вертолете с милицейскими опознавательными знаками. Конечный пункт назначения неизвестен…

33
{"b":"7250","o":1}