ЛитМир - Электронная Библиотека

– И ты позволил ей ускользнуть от себя?

– Что поделаешь, брат, надо было позаботиться о лошадях! Я запряг сегодня свою новую серую пару, специально чтобы показать жеребцов лорду Фезерстону. Ты же знаешь, как он неравнодушен к лошадям! И побоялся поручать их новому конюху. У него, по-моему, руки не из того места растут. Короче говоря, когда я вернулся с конюшни, моя фея бесследно исчезла.

– Вот несчастье-то! – с чувством воскликнул Трокмортон.

Вся эта история с начала до конца была сплошным несчастьем.

– Я стал расспрашивать слуг, но никто из них не понял, о ком я говорю. И при этом все они торопились куда-то…

– Начали съезжаться гости, и слугам было куда торопиться, – заметил Трокмортон.

Эллери пропустил мудрое замечание брата мимо ушей. Его волновало другое.

– И все-таки, кто же она? – задумчиво повторил он.

– Возможно, она не леди, – предположил Трокмортон.

– На что ты намекаешь?

– На то, братец, что в твоей жизни было уже предостаточно актрис и прочих дам полусвета, которым мне надоело платить деньги за то, чтобы они выпустили тебя из своих когтей.

Эллери обиженно повел плечами.

– Но она была одета по самой последней парижской моде, говорила на безукоризненном английском языке, и, что самое главное, она знает Блайд-холл. Знает всех нас. Знает тебя. Даже меня знает.

– Да, ты это уже рассказывал. Но заметь: она была одна. Знатные юные леди в одиночку не путешествуют.

– Ты просто отстал от жизни, – моментально парировал Эллери.

– Возможно, – легко согласился Трокмортон.

У него на этот счет было свое мнение, но спорить с Эллери он не собирался.

– Наверняка она была гостьей, которую кто-нибудь забыл захватить с собой, – уверенно произнес Эллери. – Хотя, когда я спросил об этом, она рассмеялась, и ее смех рассыпался звонким колокольчиком…

– Церковным или тем, что на часах?

– Что? – запнулся Эллери и нахмурился. Затем морщинки на лбу у него разгладились, и он дружески шлепнул брата по плечу. Нормальному человеку такой удар стоил бы перелома ключицы. – Перестань меня подкалывать.

– Хорошо, я постараюсь. – И Трокмортон, в свою очередь, хлопнул Эллери по спине. Разумеется, его удар был более увесистым, ведь надо было напомнить о том, кто здесь старший, кто из них выше и сильней. И не нужно забывать, кто кого накормил в детстве мылом!

Братья были совершенно не похожи, но это не мешало им понимать друг друга с полуслова. Вот и сейчас оба они улыбнулись словно по команде, и Трокмортон сказал, обнимая Эллери за плечи:

– Пойдем, братишка. Будем искать твою сбежавшую принцессу.

Глава 2

Трокмортон молча наблюдал за тем, как Эллери непрестанно вертит головой, пытаясь отыскать в толпе гостей свою прекрасную незнакомку.

Нежные звуки музыки волнами накатывались с террасы, смешиваясь с гулом голосов в зале. В этом хоре также царил свой баланс – низкий рокот мужских баритонов аккомпанировал высоким женским альтам и сопрано, перемежаясь время от времени звонкими трелями смеха, которым собравшиеся в зале леди приветствовали старых подруг или закрепляли новое знакомство.

Блайд-холл был просто создан для приемов. Нижний его этаж был отведен под гостиные, музыкальные салоны, бальные залы и огромную застекленную оранжерею. На верхнем этаже гостей поджидали тридцать три спальни, протянувшиеся вдоль бесконечного коридора. В мансарде, под крышей, были оборудованы комнаты для слуг, а в подвальном этаже разместились просторная кухня и превосходный винный погреб, один из лучших во всем графстве Саффолк. Сам дом, сложенный из светлого известняка, был построен лет двести назад и окружен старым парком, разбитым самыми известными в Англии мастерами садовых ландшафтов.

Не упуская из памяти таинственную незнакомку, Трокмортон не забывал при этом и о себе. Он многого ждал от сегодняшнего вечера. Английское общество стремительно менялось. Трокмортон знал об этом и намеревался извлечь для себя из происходящих перемен максимальную выгоду.

– Ну, и где же наша очаровательная леди? – спросил он.

– Не знаю, – ответил Эллери, не переставая крутить головой так, что та, казалось, вот-вот оторвется от шеи. – Наверное, еще не подошла.

– Или где-нибудь снаружи, на террасе.

– Вот они где! – раздался за спиной у братьев звучный, уверенный мужской голос.

Трокмортон и Эллери обернулись и увидели пробиравшегося к ним сквозь толпу лорда Лонгшо.

– Вот они! Наш любезный хозяин и тот счастливец, что покорил сердце нашей дорогой Патриции.

Толпа послушно раздвигалась перед лордом Лонгшо, словно льдины перед мощным ледоколом.

Тонкий, гибкий лорд Лонгшо обладал внешностью профессора истории, исхудавшего над пыльными томами, но при этом был известен своей волчьей хваткой. Аристократ по рождению, в делах он был беспощаден и властен и всегда добивался своего если не умом, то силой. Мягким и любящим он бывал только со своей женой и дочерью, но и здесь, узнав о том, что Патриция решила выйти замуж за Эллери, он первым делом отправился к Трокмортону и заключил с ним выгодную сделку, с учетом их будущих родственных отношений. Причем одно из условий этой сделки сводилось к тому, что, если Эллери вдруг вздумал бы пойти на попятный, всем Трокмортонам пришлось бы не слаще, чем грешникам на адских сковородках.

Трокмортон слегка выступил вперед, прикрывая своей спиной брата, не перестававшего крутить головой.

– Лорд Лонгшо! А мы с Эллери только что подняли по-братски тост за здоровье и счастье вашей дочери, – приветствовал он своего будущего родственника.

– Отлично. Отлично! – Лорд Лонгшо изобразил на своем лице радость и в притворном оживлении потер руками, затянутыми в лайковые перчатки, не переставая при этом внимательно наблюдать за обоими братьями. – Мечтаешь о предстоящей брачной ночи, Эллери, мой мальчик?

– Об этом я меньше всего хотел бы распространяться в присутствии отца невесты, милорд, – с видимым усилием ответил Эллери.

– Это верно, – усмехнулся лорд Лонгшо, блеснув из-под темной полоски усов острыми белоснежными зубами. – Рад обнаружить в тебе зачатки здравого смысла, мой мальчик.

И, повернувшись к Трокмортону, взмахом руки указал на застекленные окна террасы, сквозь которые было видно, как слуги зажигают в приближающихся сумерках разноцветные фонарики.

– Очень красиво. Прелестно. Просто очаровательно! – воскликнул он все с тем же наигранным воодушевлением.

Однако Гаррик не мог не уловить в тоне лорда Лонгшо оттенок иронии, а потому поспешно пояснил:

– Так сейчас принято на всех балах. А сегодняшняя помолвка, без сомнения, станет событием года во всей Англии.

«А вслед за помолвкой будет и свадьба, – мысленно добавил он. – Даже если ради этого мне придется связать нашего жениха и запереть до самого венчания в подвале».

– Эллери, противный мальчишка, вот ты где! А я тебя обыскалась!

Услышав мелодичный женский голос, Трокмортон поначалу вздрогнул, но затем обернулся и вздохнул с облегчением, увидев крупную, рыхлую фигуру пробиравшейся к ним леди Фезерстон. Уж она-то никак не могла быть той загадочной девушкой со станции!

– Трокмортон. Лорд Лонгшо, – кивнула леди Фезерстон, качнув большими страусиными перьями, украшавшими ее шляпку. – Эллери, куда ты сегодня запропастился? Мы прождали тебя на этой чертовой станции битый час.

Эллери принял протянутую ему руку, коснулся губами кончиков пальцев леди Фезерстон и обезоруживающе улыбнулся:

– Перепутал время, мадам. Вы меня простите?

В свое время леди Фезерстон была прехорошенькой, и немало восхищенных мужских глаз провожали ее заинтересованным взглядом, но теперь, увы, время брало свое. Фигура былой красавицы оплыла и округлилась, в суставах поселился ревматизм, а для того чтобы выглядеть прямой и подтянутой, ей давно уже требовался корсет из китового уса. Прежним, пожалуй, остался только голос – такой же мелодичный и чарующий, как в молодости. Впрочем, у леди Фезерстон осталась еще одна прежняя привычка – говорить не лукавя, с той прямотой и честностью, которые были свойственны ей всю жизнь.

4
{"b":"7255","o":1}