ЛитМир - Электронная Библиотека

— Шарлотта, — позвал он тем самым проникновенным полушепотом, — а где твое нижнее белье? — одним взмахом он рассек юбку почти донизу. — И чулки?

Когда он поднял взгляд, его карие глаза пылали огнем страсти. Дыхание участилось. До этого момента он играл. Да, у него в руках был острый нож, но Винтер контролировал каждое свое движение; каждый эпизод этой сумасбродной истории с похищением был им тщательно рассчитан. Но теперь… он увидел обнаженные ноги Шарлотты и понял, что настал тот момент, когда он сможет, наконец, обладать ею по-настоящему.

Винтер разулся. Девушка попыталась было отступить к выходу, но он тотчас погрозил ей ножом. И тут Шарлотта поддалась панике и прямо таки ринулась к входу. Но, наступив на подол разорванной юбки, споткнулась и упала, благо на ее пути оказался матрас, который смягчил падение. Винтер схватил ее сзади за юбку и дернул к себе. Пытаясь вырваться, она высвободила руки из рукавов.

Он снова рассмеялся. Еще бы, коварный злодей! Он перехитрил ее, заставив раздеться. Шарлотта поползла к задней стенке шатра в надежде приподнять шелковый полог и выбраться наружу. Не тут-то было! Подхватив ее за талию, Винтер отбросил ее на кровать.

— Мисс леди Шарлотта, я не раз говорил вам, что от корсета следует отказаться. А сейчас, — он опустился на колени рядом с ней и приблизил к коже зловеще поблескивавший нож, — я приведу свое желание в исполнение. — Он перевернул ее на живот, опустил одно колено прямо на ягодицы и принялся разрезать шнуровку.

Шарлотта забыла об опасности. Он привел ее в состояние настоящего бешенства! Она цеплялась за простыни, но кругом был сплошной гладкий атлас. Туго набитый пухом матрас был все же достаточно мягким. И провалившись в него, девушка оказалась в ловушке. Один за другим лопались шнурки корсета и летели на пол шпильки. Теперь она осталась лишь в тонкой батистовой рубашке. Волосы рассыпались по плечам.

С волосами ничего не поделать, но рубашку она снять не позволит. Только вот как остановить Винтера, она пока не знала. Да, хитростью! Он хитер, но без боя она не сдастся.

Шарлотта отшвырнула подушку, в которую уткнулась было лицом.

— Это нечестно! На мне почти ничего не осталось, а вы полностью одеты.

Лопнул последний шнурок. Винтер выдернул из-под нее корсет, одновременно перевернув ее на спину. Рубашка задралась до самых бедер, и Шарлотта знала, что она практически прозрачна. Но он почему-то не сводил глаз с ее лица:

— Я разденусь, но только потому, что ты просишь.

Его золотые цепочки были завязаны простым узлом, и когда Винтер развязал первую, Шарлотта поняла, что просчиталась.

— Нет, Винтер…

Вторая цепочка полетела на пол. Он распахнул джеллабу, и, наконец, любопытство девушки было удовлетворено — под ней ничего не было. Добропорядочная девушка закрыла бы глаза, но Шарлотта продолжала смотреть. До сегодняшнего дня она дважды видела его грудь и находила ее красивой в самом пошлом смысле этого слова. Но то, что она увидела сейчас ниже пояса! Очень напряженное, прямое и устрашающе большое нечто.

Он повел плечами и сбросил джеллабу, позволяя ей любоваться собой, сколько она захочет.

— Как моя гувернантка, ты говорила, что смотреть на какую-либо часть тела или деталь одежды в упор неприлично. Но как твой муж, я тебя заверяю, что для меня такой взгляд — знак особого внимания, почти комплимент.

Трудно было сказать, шутит он или говорит всерьез. Как же этот дикарь горд собой! Можно подумать, свое тело он создал сам, а не получил в подарок от Бога. Но отвести глаз от этой его части тела… она не могла.

Винтер тем временем потихоньку разрезал бретельки ее рубашки. Шарлотта была рада поводу отвести взгляд.

— Не смей! — крикнула она, схватив его за руку.

— Нет, ты сама бросила мне вызов, Я лишь принял его.

Он сделал насечку на горловине рубашки и, аккуратно прицелившись, бросил нож. Тот вонзился в ножку невысокого столика, стоявшего в отдалении, так что до него нельзя было дотянуться. Винтеру хватило одного движения, чтобы разорвать тонкую материю и окончательно освободить ее от одежды. Чтобы он мог вдоволь насладиться ею…

Хитрость? Если она вообще была на нее способна, сейчас настало время пустить ее в дело. Придерживая рубашку на груди, Шарлотта поползла назад. Прическа была окончательно испорчена, волосы рассыпались по плечам, спина оголилась. Но Шарлотта все же сумела сказать тем спокойным, рассудительным тоном, к которому прибегала, отмечая успехи учеников:

— Я согласна. Ты победил. Теперь все стало на свои места. В ответ — раскатистый смех. Он смеялся над ее шитой белыми нитками уловкой.

— Мы ведь еще и не начинали, — сказал Винтер, сжав ладонью ее щиколотку. Его ладонь медленно скользнула вверх, прошлась по икре, бедру, легла на талию. Продолжая улыбаться, он оседлал ее и поддел пальцами разорванный край рубашки.

— Ты — добропорядочная, — треск, — воспитанная, — треск, — благонравная английская леди, — последним движением он разорвал подол рубашки.

При виде обнаженного тела его глаза расширились, он глубоко вздохнул и несколько мгновений молча любовался ею. Но недолго. Он провел ладонями между ее грудей, вниз по животу, а потом слегка вжал ее таз в матрас.

— Ты покоришься своему мужу, как того требуют закон и обычай.

Шарлотте безразлично, что он сильнее ее, безразлично, что он прав. И неважно, чего требуют закон и обычай — желаемого он не получит. Сжав кулаки, она изо всех сил стукнула его по рукам. Он рухнул, но тут же вскочил. Она всем телом навалилась на его руку и он упал, прижав ее ноги своим телом. Шарлотта поспешно выскользнула из-под него и откатилась к входу.

«Не ожидал встретить сопротивление?» — пронеслась в го-лоне торжествующая мысль.

Но Винтер легко настиг беглянку и прижал к полу словно лев, играющий с мышью. Шарлотта почувствовала на себе тяжесть его обнаженного тела. Ворсинки ковра кололи ей живот, ее груди распластались под ней, а между их разгоряченными телами она ощущала настойчивые движения его возбужденного члена.

Добропорядочная английская леди почувствовала бы себя беспомощной. Ее же охватило негодование. Да, Винтер сильнее, но это не значит, что он всегда должен побеждать.

— Слезь с меня, ты, неуклюжее животное!

Она высвободила руку, пытаясь схватить его за волосы. Винтер отпрянул, оседлав ее бедра.

— Если приноровиться, я мог бы… — просунув руку между ее ног, он добрался до того места, которое так любил трогать.

Последние три недели Винтер при каждой возможности старался добраться до ее интимных мест. Он ласкал каждую складочку, каждый бугорок, стараясь проникнуть как можно глубже, насладиться полнотой своей власти над ней. Все усилия Шарлотты оставаться невозмутимой оказывались тщетными. Она стонала и всхлипывала, содрогалась и извивалась, когда он этого хотел. Но никогда, ни разу он не испытывал такого острого желания, как его жертва. И снова он одержал верх, снова удерживал ее против воли, заставляя изнывать от вожделения, желать его сильнее, чем желал ее он сам. Но теперь, будучи ее мужем, он имел на это право.

Это несправедливо! Ее лоно уже стало влажным. Она уже была готова. А он все еще владел собой. Нет, так ее еще никто не унижал!

Брыкаясь и извиваясь, она сумела перевернуться, села и изо всех сил толкнула Винтера в грудь. Он упал навзничь, свалившись на матрас, как огромное подрубленное дерево. Шарлотта ринулась следом и оседлала его, не думая больше ни о своей, ни о его наготе. Теперь она оказалась сверху! Сидя на нем верхом, чресла к чреслам, устремив на него полный ярости взгляд, она проговорила, задыхаясь от гнева:

— Ты решил, что я, воспитанная женщина, с готовностью отдамся такому дикарю, как ты?

Винтер потянулся руками к ее груди, но Шарлотта схватила его за запястья.

— Мне плевать на закон. Я не просто твоя жена. Я личность, — она прижала его руки к матрасу. — И я не сдамся!

Он зарычал, как раненый лев и, перевернувшись, накрыл ее тело своим. Матрас спружинил, Шарлотта оттолкнулась и снова оказалась сверху. Так они катались, переворачиваясь, снова и снова, В глазах мелькали бело-розовые стены шатра, потолок, шелковые простыни, снова стены, потолок…

62
{"b":"7256","o":1}