ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Неужели ему так необходима женщина? Или эта простая девчушка обладает особым даром сжигать глупых мужчин в огне всепоглощающей страсти? Это надо выяснить, не так ли? Тони еще раз посмотрел вслед девушке — она была уже около самой сцены, которую соорудили актеры.

Спектакль уже начался с короткой комической пьесы, чтобы развеселить гостей сэра Райклифа. После этого зрителям было обещано, что несколько позже им покажут более длинную пьесу. Быстро оглядевшись вокруг, Тони удостоверился, что девушки нигде нет. Он нисколько не сомневался, что она постарается избегать его, но, впрочем, пока не был дан отпор леди Хоноре, Тони это вполне устраивало.

Встав с самого края толпы зрителей, он уставился на сцену, отвлекаясь иногда на то, чтобы ответить вежливой улыбкой на поклоны потенциальных невест.

— Энтони! — послышался четкий голос леди Хоноры. — Пройдите ко мне — я заняла вам место на передней скамейке.

Тони подпрыгнул, словно его застали на месте преступления. Черт бы побрал Джин, это все ее штучки! Он был одним из немногих мужчин, которые были способны общаться с леди Хонорой, не теряя при этом самообладания. Ее аппетитное тело и не менее аппетитное состояние со всех сторон привлекали опрометчивых претендентов на ее руку, но никогда не улыбающееся лицо в сочетании с прямой осанкой и отсутствием какого бы то ни было юмора заставляли бросаться их в объятия более молодых, хотя и менее богатых девушек. Трагичность своего нынешнего положения Тони не осознавал до того момента, когда во время завтрака ему пришлось учтиво сопровождать леди Хонору к столу, и она нудным голосом перечисляла его обязанности. Хуже того, Тони не сомневался, что, если бы ему пришлось сопровождать леди Хонору в постель, она и тогда бы объясняла ему его обязанности.

Эта женщина была настолько убеждена в собственном превосходстве, что попросту пугала простых смертных, как вот теперь пугала Тони. Кроме того, в голосе леди Хоноры присутствовали едва заметные ироничные нотки, которые, по ее мнению, должны были доказывать Тони его собственное, более низкое положение.

— Леди Хонора, я чувствую себя великолепно, когда стою.

— Вздор! — С силой, не свойственной великосветским дамам, она потянула за собой Тони. — Вы хозяин, и ваша обязанность стоять там, где гости могут вас видеть. Вы, разумеется, позволите мне руководить вами в этом деле, как и в деле вашей женитьбы.

— Моей женитьбы?

— Да, на мне. — Леди Хонора положила тонкую руку на его рукав. — Джин рассказала мне о ваших легкомысленных, пустяковых возражениях. Но вы же мужчина и должны мыслить логически. Уверена, что, подумав, вы очень скоро узрите здравый смысл в моих поступках.

Взглянув на украшенный драгоценностями чепец, прикрывающий ее светлые волосы, Тони задумался, есть ли у него шанс противостоять решимости леди Хоноры и собственной нужде в деньгах. И именно в этот момент в памяти Тони мелькнула та самая девочка, ее волшебный поцелуй, и все планы Хоноры обратились в ничто.

Она изучала Тони, как капрал, набирающий рекрутов в армию Ее Величества. Не обращая внимания на зрителей, леди Хонора заговорила в полный голос:

— Вы, конечно, решите, что наш брак — это ваша идея: мужчине нравится считать, что он хозяин своей судьбы. Но тем не менее исполняйте свои хозяйские обязанности и садитесь на место, которое я обеспечила для вас.

— Черт побери мои хозяйские обязанности! — взорвался Тони. — И черт побери…

Зрители как один обернулись и зашикали на него — только он единственный не был увлечен пьесой, мешал остальным, и даже актерам приходилось повышать голос, чтобы своим красноречием привлечь внимание публики.

— Видите, я права, — по-своему объяснила леди Хонора происходящее. — Все хотят, чтобы вы сели рядом со мной.

Она опять потянула за собой Тони, и он не стал сопротивляться. В конце концов какая разница, где сидеть, где стоять, где думать? Пьеса между тем шла своим чередом, но ее интрига не шла ни в какое сравнение с той интригой, которая зрела в уме Тони. Бормоча вежливые извинения, он стал пробираться сквозь толпу, следуя в кильватере Хоноры. В глубине души Тони был весьма благодарен двум актерам, появившимся сейчас на сцене. Они начали развлекать зрителей своими страстными мольбами, обращенными к некой бессердечной леди Эрлин.

И, словно прочитав его мысли, она появилась — женщина, которую он целовал, женщина, которую он так страстно желал, женщина, которую он, возможно, соблазнит. Ее появление на сцене вызвало одобрительный рев зрителей.

Неужели они знали ее? Может быть, это какая-нибудь дворянка, вышедшая на подмостки шутки ради? Нет, одобрение публики, жаждущей продолжения, относилось не к ней, а к пьесе. Что бы это значило?

Тони наклонился к леди Хоноре и пробормотал:

— Кто она?

— Она — это кто?

— Кто, — Тони опять кивнул на сцену, — она?

Озадаченная, Хонора проследила за его взглядом.

— Это жена, наставляющая рога своему супругу.

— И не об этом. Меня интересует, кто она в действительности?

— В действительности? — Леди Хонора повернула к Токи удивленное лицо. — В действительности она, то есть он — один из актеров труппы сэра Дэнни. А почему вы…

Не дослушав леди Хонору, Тони вскочил как ужаленный. Не обращая внимания на недовольные возгласы зрителей и даже тычки в спину, Тони думал только об одном.

Он целовался с мальчиком! С мужчиной!

5.

Нo было ли так на самом деле?

Лорд Боузи ткнул Тони под колено, и тот рухнул на скамью.

Неужели он на самом деле целовался с мужчиной?

Тони очень хотелось выскочить на сцену и, плюнув на все, дать этому парню в юбке такого пинка, чтобы он хромал всю следующую неделю. Но что-то удержало Тони. Какая-то мелочь. Нечто такое, что послужило бы ключом к разгадке…

Он взглянул на актера в женском платье, продолжающего декламировать свою роль, но, не в силах выносить это зрелище, снова уставился в землю. Потом, опустив плечи, свесил руки между колен и сложил ладони чашечкой. Чашечкой в форме женской груди. Чашечкой в форме… Тони снова взглянул на сцену… В форме ее груди.

Ее груди! На сцене был не мужчина!

Это была женщина.

Женщина!

— Почему вы хватаетесь за грудь и вздыхаете? — прошептала леди Хонора.

Тони, храбро сражавшийся в армии Ее Величества, а затем уже несколько лет командовавший гвардией, был убежден, что приобрел некоторый жизненный опыт и потому мог отличить волосатую мужскую грудь от нежной женской. И, черт побери, какое это было приятное отличие!

Леди Хонора ткнула его веером в бок.

— Чему вы так глупо ухмыляетесь? .

Проклятье, выходило так, что это была женщина, играющая в жизни роль мужчины, чтобы играть на сцене женщину! Тони сощурился, разглядывая актеров, боясь запутаться окончательно.

— А теперь почему вы нахмурились? — снова ткнула его в бок леди Хонора.

Нет, девушке одной не удалось бы так долго разыгрывать этот маскарад. Среди актеров кто-то должен знать ее секрет, но кто? Этот молодой щеголь-самец? Или тот старый негодяй? Путается она со всей труппой или же тайная любовница одного какого-нибудь счастливчика?

Леди Хонора ущипнула Тони за руку так, что тот наконец очнулся.

— Что вы там бормочете? Это же вульгарно!

Ее отец небогат — это очевидно, приданого у нее нет; она не так молода, как ему показалось, и, разумеется, не может быть девственницей… Даже если она доказала, что может зажечь его, как никакая другая женщина, даже если очаровала его своим безупречным телом, он не мог взять ее в жены. Не мог иметь от нее детей. Не мог с ней есть, спать и разговаривать, потому что, женившись на комедиантке, он выставит себя на всеобщее посмешище. Все его надежды на создание собственной династии обратятся в дым. Королева выбросит его, как использованный носовой платок! Двор будет воротить от него нос и говорить: «Вот в нем и заговорила нечистая кровь!» Старая история о его незаконнорожденности, принесшая ему столько страданий, снова всплывет наружу. Его станут жалеть, а, Бог свидетель, как же унизительна для него жалость!

10
{"b":"7259","o":1}