ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Обняв Тони, Роузи прижалась к нему еще крепче.

— Я тоже знаю, — рассмеялась она, — что, не задумываясь, снова бы сбежала. Неужели наш ребенок будет таким же упрямым, как мы?

Тони не мог произнести ни слова — спазм сжал его горло.

— У тебя, — наконец произнес он, — у тебя…

— Нет, не у меня — у нас.

— У нас… будет ребенок?..

— Разве ты не догадывался об этом?

Догадывался? Он был уверен!

— Да… — На глазах Райклифа выступили счастливые слезы. — Я не сомневался, — признался он. — И еще я не сомневался, что его рождению будет предшествовать наша свадьба.

— Ты в этом уверен?

— Тебя беспокоит, что скажут люди? — Тони в упор посмотрел на Роузи. — Они начнут болтать, что я женился на актерке. Начнут судачить, что я женился на леди Розалин Беллот ради сохранения собственных земель. Какие только слухи не поползут, и ходить они будут долго-долго, потому что я фаворит королевы, а ты — прекрасна. Не забудут и о твоей волшебной Офелии, и истории с пропавшей наследницей. Ну и что? Эти сплетни будут тянуться за нами, как шлейф, до конца наших дней. По сравнению с тем, чтобы ребенок появился на свет законно, все это сущая чепуха.

Роузи слишком хорошо знала Тони. Он испытывал к своему отцу любовь и ненависть одновременно, он презирал его за ту мимолетную слабость, благодаря которой появился на свет, и поклялся не повторять подобных ошибок. Покоряя женщин, отец Тони был похож на холодный ветер, сначала дарящий приятную прохладу, но потом превращающийся в жестокую стужу. Тони попросту боялся оказаться таким же бессердечным. Вот и с Роузи не было и тени обольщения, их близость оказалась настоящим праздником чувств, а не постыдной мужской слабостью.

— Я счастлив стать отцом твоего ребенка.

— Нашего ребенка.

— Да, нашего. — Тони почувствовал, как расслабилась Роузи, и добавил тоном, не терпящим возражений: — Наша свадьба состоится завтра. Утром!

— Хорошо, — рассмеялась Роузи, — мы поженимся утром. — Ее губы ласково дотронулись до губ Тони. Каждый ее вздох, казалось, прибавлял ему сил, от каждого прикосновения закипала кровь, а трепещущий язык лишал воли, превращая в послушную игрушку. Он едва расслышал вопрос Роузи:

— А где же мы будем спать этой ночью?

— Ты думаешь, мы будем спать? — Глаза Тони застилала пелена всепоглощающей любви, а пальцы, ласково гладящие ее нежное тело, казалось, существовали отдельно.

— Здесь холодно, — поежилась Роузи.

— У нас полно одеял.

— Сюда может кто-нибудь войти.

— Мои шпага и кинжал прогонят любого нахала. А у тебя есть твоя страшная сумка.

— Верно. — Роузи принялась задувать свечи.

— Ты больше не боишься темноты? — спросил Тони, когда осталась гореть всего одна свеча.

— Теперь нет. Мои талисманы защитят меня от любых напастей. Кольцо отца — раз, — она коснулась золотого перстня на шее, — а второй талисман — это ребенок, зреющий у меня внутри. Кроме того, со мной кавалер, второй величайший любовник Англии.

— А кто первый? — требовательно спросил он, и в голосе его отчетливо послышалась ярость.

— Я, — ответила Роузи и, мягко погладив руку Тони, задула свечу.

Эпилог

Лорд Ноттингем и сэр Роберт Сидней воспользовались советом Тони и принялись обстреливать дворец Эссекса из пушки, доставленной из Тауэра, до тех пор, пока граф не сдался. Состоявшееся судебное разбирательство признало Эссекса и Саутгемптона виновными в подстрекательстве к мятежу.

Милостью королевы Елизаветы граф Саутгемптон был приговорен к пожизненному заключению в Тауэре, графа Эссекса приговорили к смерти. Ранним утром 25 февраля 1601 года он был обезглавлен.

Когда весть о состоявшейся казни достигла Уайтхолла, королева играла на клавесине. Никто не произнес ни слова. Через несколько секунд Ее Величество продолжила игру.

Леди Розалин, дочь графа Сэдлера, и ее муж, сэр Энтони Райклиф, были счастливы, когда Бог подарил им прелестную девочку, родившуюся 29 сентября 1601 года, ровно через восемь месяцев после их свадьбы. Ее назвали Елизаветой Хонорой Джин Энн Райклиф. Только один-единственный человек позволил себе отпустить ехидное замечание о раннем рождении девочки… Лорд Боузи оправился от удара по голове без особого вреда для здоровья, но было замечено, что впоследствии он стал избегать общества леди Розалин, особенно если на поясе у нее висела тяжелая сумка

73
{"b":"7259","o":1}