ЛитМир - Электронная Библиотека

Под руководством лорда Тарлина лакей расстелил их плед немного поодаль. Возможно, Тарлин опасался, что Джейн в сегодняшнем настроении будет отпугивать важных гостей.

Маловероятно. Когда ей надоедала вся пошлость светского общества, чтобы изменить свое настроение, Джейн лишь вспоминала бесхитростную Адорну.

– Может, присядешь, Джейн? – сказала Виолетта, подойдя ближе. – Я хочу пройтись с Джорджем.

– Конечно. – Джейн поставила сумку на одеяло и помахала им рукой.

Виолетта взяла мужа под руку и улыбнулась ему, а он посмотрел на нее с такой любовью, что Джейн не выдержала и отвернулась. Ей было приятно, что Виолетта счастлива, но иногда она не могла на это смотреть. Безоблачное счастье подруги причиняло боль одинокому сердцу Джейн.

Адорна положила свою белокурую головку на плечо тетушки.

– Я посижу с вами.

Сочувствие девушки растрогало Джейн. Она любила это дитя и те хлопоты, которые оно доставляло. Несомненно, Адорна будет привлекать внимание, – она всегда привлекала внимание – и скоро их мирный уголок заполнится роем молодых людей.

– Тут тепло. Подержите, пожалуйста, мою пелерину, – попросила Адорна.

Пока Адорна снимала жакет, казалось, что смех, разговоры, даже ветер – все умолкло. Джейн так и думала – даже природные стихии умолкают при виде племянницы.

– Теперь лучше. – Адорна глубоко вздохнула, в это время один молодой джентльмен с воздушным змеем упал прямо лицом в песок. – Вам тоже жарко, тетя Джейн?

Джейн было жарко, так как ее платье было предусмотрено для этой загородной прогулки. Длинные рукава и высокий воротник защищали ее от солнца, и никто, даже Блэкберн и закоренелые сплетники не могли бы назвать этот скучный бледно-зеленый цвет соблазнительным. Джейн расстегнула пуговицы, и Адорна помогла ей снять пелерину.

Они опустились рядом на плед, глядя на пляж. Ветер развевал их юбки, поэтому они плотно подоткнули подолы и принялись любоваться рябью на воде и песком, который раздувался ветром.

По крайней мере, Джейн любовалась. Глаза Адорны следили за группками смеющихся джентльменов, рисующихся перед дамами. Время от времени она смотрела на дорогу и давала беглое описание вновь прибывших.

– Взгляните! На мистере Саусвике вечерний костюм, не правда ли, он выглядит в нем глупо? А вон мистер Браун, ухаживающий за мисс Клэптон. У нее лошадиное лицо, но он, должно быть, скоро женится, иначе его имение пойдет с молотка.

– У тебя прекрасная память на имена; Почему ты не делаешь таких успехов во французском, как в сплетничанье?

– Потому что запомнить их имена легко. Просто смотришь на лица, – пожала плечами Адорна, – и вспоминаешь. А французский ничего не значит.

– Но это не так! – запальчивость Джейн объяснялась ее любовью к языку. – Этот язык романтичен, и когда на нем говоришь, он звучит, как музыка.

– Очень гнусавая музыка. – Адорна наигранно вздохнула. – Мсье Шассер начал учить меня в день по фразе, которую я должна запомнить. Он говорит, что, пока я помню эту одну фразу, он доволен моими успехами.

Джейн не была уверена, что ей это нравится, но все знакомые ей аристократы имели довольно поверхностные знания во французском, и нужно было что-то предпринять, чтобы Адорна выучила его. Если он думает, что такой способ сработает, Джейн не будет ему мешать.

– Иногда я делаю исключение и забываю лицо, – губы Адорны, напоминающие розовый бутон, презрительно поджались. – Как сейчас. Приехали лорд и леди Атоу.

Джейн посмотрела было в сторону экипажей, но Адорна схватила ее за руку.

– Не смотрите. Может быть, они не заметят нас.

– Они тебе не нравятся? – Джейн неотрывно смотрела на море.

– После того, что они говорили на балу у леди Гудридж? – Адорна вскинула голову. – Свиньи.

– Она была груба, но не помню, чтобы он сказал что-либо неприятное.

– Ну разумеется, не сказал. Держу пари, он никогда не говорит ничего неприятного своей жене. Но он – самый отвратительный тип, словно червь.

Вспомнив его исчезновение много лет назад, Джейн согласилась.

– Кто тот пожилой мужчина? – Адорна повернула голову в сторону человека, который шел вдоль гребня, и на этот раз, ввиду ее крайней молодости, вопрос девушки не мог быть неправильно истолкован.

Он в самом деле был старый. Сгорбленный и крючковатый, он шел, опираясь на трость, а за ним двигался лакей, поспешно кидающийся следом, куда бы старик ни направился.

– Это виконт Рускин, раньше просто мистер Дэниел Маккауслэнд. – Джейн толкнула Адорну локтем. – Перестань так смотреть. Он адвокат, страшно богатый. Поговаривают, что он изобрел какое-то оружие, определившее ход военных действий, и Принни пожаловал ему титул.

– Значит, он не из знатной семьи.

– Очень не знатной. Он бы не получил титул, если бы был молод и имел наследника мужского пола, а так титул умрет вместе с ним. – Джейн улыбнулась Адорне и шепотом добавила: – Это своеобразный способ высшего сословия защитить привилегированность своего класса от простолюдинов.

– Таких, как я, – Адорна вскинула голову. – Ему нужно жениться на молодой женщине и завести ребенка назло им.

Джейн засмеялась.

– Восхитительная мысль.

– Жаль, что моя мать не встретила его, когда выходила замуж. Джейн услышала грусть в голосе девушки и бодро сказала:

– Но она встретила твоего отца и сделала его очень счастливым.

– Конечно, она сделала его счастливым. – Переводя дыхание, Адорна продолжала: – Ей нужно было выйти замуж очень быстро из-за денег.

Джейн в изумлении спросила:

– Что тебе известно о браке твоей матери?

– Я сама это поняла. – Адорна приложила палец к ямочке на своем прелестном подбородке. – Вы, сестры, осиротели после смерти вашего расточительного отца, вам тогда было десять лет, а ей семнадцать. Мама очаровывала торговцев, приобретая себе платья, чтобы пустить пыль в глаза, и, прежде чем ее заставили платить, подцепила папу.

Джейн медленно созревала, а после смерти отца и вовсе замкнулась в себе. Она не задавалась вопросом, на какие средства Мелба содержала их семью до поспешного брака с Элизером. Теперь племянница объясняла ей, и Джейн соглашалась с каждым словом.

– Ты очень хорошо помнишь свою мать.

– Конечно, – губы Адорны дрогнули. – Она была прекрасна даже во время болезни.

– Как ангел. – «Как ты», – добавила про себя Джейн.

Адорна одарила тетю своей ангельской улыбкой, которая, однако, сразу исчезла, когда девушка посмотрела поверх плеча Джейн.

– О нет. Что мсье Шассер здесь делает?

Джейн удивилась, когда увидела долговязого учителя одиноко идущим по гребню холма. Он, несомненно, был джентльменом, но, словно женщина из хорошей семьи, ставшая гувернанткой, не мог быть принятым в высшие круги общества.

– Лорд Блэкберн пригласил всех желающих, поэтому, полагаю, что мсье Шассер имеет полное право здесь присутствовать.

– Он нас скоро заметит, он хочет, чтобы мы начали заниматься каждый день. – Адорна поднялась на ноги. – Тетя Джейн, вы ведь не позволите ему?

Снова удивившись, Джейн сказала:

– Ты не говорила мне об этой его идее.

– Я надеялась, он забудет. Но он здесь и сейчас заставит меня заниматься. О тетя Джейн... – Адорна нетерпеливо переступала с ноги на ногу, желая уйти.

Джейн стало жаль ее. Сегодня не день для уроков или времяпрепровождения с незамужней теткой.

– Иди. Найди своих друзей, но оставайся в компании и не забывай время от времени наведываться.

– Конечно, тетя Джейн. – Адорна поспешила прочь.

– И не ходи с молодыми людьми смотреть на солнечные часы, – бросила ей вдогонку Джейн.

– Хорошо, тетя Джейн.

Ветер донес ее слова, и Джейн осталась одна. Было довольно странно находиться рядом с множеством людей и все-таки в стороне, без друзей, которые бы приветствовали ее. Никто не подходил к Джейн, шлейф старого скандала следует за ней по пятам.

Появление мсье Шассера не развеяло ее тягостных дум.

–Мадемуазель Хиггенботем, – он торжественно поклонился – Это мадемуазель Морант я только что видел убегающей отсюда?

28
{"b":"7260","o":1}