ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мучительно прекрасная связь
Смертный приговор
Владыка Ледяного сада. Носитель судьбы
Парадокс страсти. Она его любит, а он ее нет
Дама из сугроба
На волне здоровья. Две лучшие книги об исцелении
Тиргартен
Всё та же я
Левиафан
A
A

Главная башня падет, Хью со своими товарищами по оружию погибнет, его мечта о собственном замке, процветающем под присмотром любимой жены, обратится в прах. Это неизбежно, это только вопрос времени…

Подняв глаза, Хью увидел на крыше башни Эдлин. Удивительно, что даже в пылу битвы он ее сразу узнал, хотя на таком расстоянии отличить ее от других женщин было трудно. Почувствовав на себе его взгляд, она энергично помахала в ответ какой-то длинной ветвью, покрытой густой листвой. В памяти Хью возникла картина — день отъезда, Эдлин так же неистово размахивает белым флагом. Что бы это могло теперь значить?

Впрочем, кажется, ему не до раздумий. Заметив краем глаза блеск неприятельского меча, он едва успел заслониться щитом. Так недолго ч головы лишиться! Надо не стоять и глазеть на Эдлин, а драться за нее!

Поначалу в кровавой схватке он не обратил внимания на замешательство лучников Пембриджа у ближайшего костра. Но когда тот начал на них громко орать, Хью поднял голову и взглянул в ту сторону. Лучники разбегались. Они изо всех сил терли глаза, кашляли и ощупью, как слепые, ковыляли к воротам, словно сражение им внезапно надоело и они решили покинуть поле боя.

Это настолько заинтересовало Хью, что на миг он обрел прежнюю силу и, прикончив разом двух рыцарей, пытавшихся захватить его в плен, двинулся к покинутому костру.

В нем не было ничего необычного — просто дымящаяся груда плохо горевших поленьев с разбросанными поверху какими-то еще зелеными побегами. Хью с удивлением присматривался — должно же быть что-то, от чего разбежались взрослые сильные мужчины, чуть не плача, как маленькие дети.

Внезапно сквозь месиво дерущихся тел, к Хью прорвался всадник в полном боевом облачении и на всем скаку врезался в его боевого коня. Хью со свирепым воплем обернулся к нему, готовый вступить в схватку, и опешил — из-под неприятельского забрала на него смотрел старый друг сэр Линдон.

— Линдон! — процедил Хью сквозь зубы. Значит, вот он, предатель!

— Вот и встретились, дорогой лорд, не ожидали? — воскликнул Линдон с ухмылкой.

В отличие от своего бывшего господина, изрядно измотанного битвой с мятежниками и стремительным переходом на выручку Эдлин, сэр Линдон был полон сил и горел нетерпением вступить в этот неравный бой.

— Да, твоего предательства я не ожидал! — медленно проговорил Хью.

Линдон перестал ухмыляться и вдруг закричал пронзительным голосом:

— Ну и дурак! Я многие годы служил тебе как верный пес, надеясь, что ты разбогатеешь и воздашь мне за мои заслуги. И дождался! В угоду этой бабе ты отвернулся от верных боевых товарищей! Последнее время ты только и делал, что постоянно унижал меня.

Хью слушал его, смотрел на него, и рука не поднималась на старого друга. Линдон просто чего-то не понимает, думал он, надо ему объяснить, и все наладится.

— Ты зря обиделся, тебе нужно было только доказать, что ты раскаиваешься в содеянном, и я вернул бы тебе свое расположение.

— Нет уж! Я слишком долго доказывал тебе свою преданность, чтобы проходить испытание снова и снова. Все кончено, Хью!

По напряженному голосу Линдона Хью понял, что тот готовится нанести удар. Так оно и случилось. Хью с легкостью отразил нападение бывшего друга щитом.

— Но ты же рыцарь, твоя честь… — попытался он образумить его еще раз.

— Иметь так называемую честь могут позволить себе только богачи вроде тебя! — крикнул сэр Линдон, вновь занося меч.

Хью снова поднял щит, но Линдон неожиданно ударил по шее его коня. Меч рассек артерию, кровь забила фонтаном, и громадное животное рухнуло на колени. С лихорадочной поспешностью освободившись из стремян, Хью вскочил.

— Вот так! Только знатные дураки могут позволить себе иметь честь, милорд! — с издевкой крикнул Линдон, хватаясь за булаву.

Под конем Хью расплывалась громадная темно-красная лужа, и на глазах у хозяина он, забившись, издох. Казалось, запах крови свел Линдона и его коня с ума — они яростно атаковали пешего Хью. С огромным трудом ему удалось увернуться от тяжелых копыт и от просвистевшего совсем близко от его головы железного наконечника булавы. Что может быть нелепее смерти от руки старого друга или под копытами его коня, да еще и во дворе собственного замка, успел подумать Хью.

Хью, безусловно, превосходил Линдона в боевом мастерстве и силе, но во всем остальном в данную минуту преимущество было на стороне Линдона. И сэр Линдон, безжалостно им пользуясь, наступал и наступал. Сжимая бока коня коленями, он теснил своего бывшего господина к костру. Хью оказался в ловушке: спереди ему угрожал удар булавой, которой так ловко владел противник, сзади пламя костра уже лизало его сапоги. Спасти его могло только чудо.

Сэр Линдон уже занес руку для смертельного удара. Хью прикрылся щитом и упал на колени, приготовившись к самому худшему. Внезапно совсем рядом раздался странный свист, и что-то глухо ударило в головешку возле его икры. Хью поглядел вниз — это была стрела, обвитая каким-то зеленым растением. Испуганный резким звуком, конь сэра Линдона отпрянул. Раздумывать было некогда, Хью вскочил и бросился прочь.

— Как я погляжу, лучники в твоем проклятом замке из рук вон плохи. Впрочем, как и все остальное! — насмешливо крикнул сэр Линдон, придя в себя от неожиданного происшествия.

Просвистев в воздухе, вторая стрела шлепнулась в костер, подняв сноп искр.

Конь сэра Линдона шарахнулся и взвился на дыбы.

Еще одна стрела ударила прямо в костер. Хью, получив передышку, понял, что у него появился шанс. Выхватив из костра головню, в которую впилась одна из стрел, он ткнул ею вражескому коню прямо в морду. Тот заржал и отпрянул. Уронив булаву и щит, Линдон схватился за седло, чтобы не свалиться. Но, прежде чем он успел восстановить равновесие, конь рванулся вперед, и Линдон, гремя доспехами, всей тяжестью рухнул на землю.

Теперь их возможности сравнялись. Хью наступал на бывшего товарища, держа в вытянутой руке полыхающую головню.

Торчавшая в ней стрела занялась и задымила, распространяя запах горелых листьев.

— Убери это, Хью, ради Бога! — взмолился сэр Линдон. Он замахал руками, пытаясь отогнать от себя дым, потом стал яростно тереть лицо, и его латные рукавицы сразу почернели от крови. Хью в изумлении замер. Что с ним такое?

— Пощади, Хью! Я выполню все, что ты скажешь! — Линдон с безумным видом пятился, скуля от боли, как побитая собака. — Если ты когда-нибудь любил меня, умоляю, оставь это, брось!

Хью был совершенно ошарашен. Он не понимал, что причиняет Линдону такую безумную боль.

— Вспомни, сколько битв мы прошли с тобой вместе, Хью, дай мне шанс! — истошно вопил сэр Линдон, зажмурив глаза, словно не смел взглянуть на преданного им хозяина.

— Ладно, дам! — Хью с отвращением швырнул головню обратно в огонь. — Скажи мне только, в чем тут дело?

Но он мгновенно забыл о своем вопросе, потому что заметил поблизости лошадь без седока.

Ее никак нельзя упустить! Собрав все силы, он рванулся за ней и прыгнул в седло. Лошадь, почуяв седока, понеслась вперед, но Хью повернул ее, чтобы заняться Линдоном.

Однако тот куда-то исчез, как сквозь землю провалился.

Еще одна стрела просвистела в воздухе и исчезла в пламени.

Взглянув на крышу башни, Хью увидел Бердетта, который целился из своего большого лука во второй костер, вокруг которого все еще толпились лучники, ожидая приказа к атаке. Вдруг, видимо, заметив опасность, управляющий нырнул за парапет. И как раз вовремя: кто-то из лучников у второго костра пустил стрелу, которая ударила прямехонько туда, где только что стоял Бердетт. Теперь на крыше видна была только Эдлин. Свесившись вниз, она большими пучками рвала вившиеся между камнями зеленые побеги, представляя собой отличную мишень.

Пожалуй, в первый раз за все время битвы Пембридж выехал из-за спин своих телохранителей.

— Убей ее! — крикнул он одному из лучников.

Тот поднял лук и прицелился.

Хью страшно закричал и, ударив лошадь шпорами, бросился к лучнику. Еще секунда, и тот выстрелит! Хью понимал, что никак не успеет ему помешать, но просто не мог бездействовать. Отчаяние толкало его вперед, пусть это и было бессмысленно.

81
{"b":"7261","o":1}